Следствие ведут ДУРАКИ

у тебя, я бы уже подполковником давно был.

Она обернулась минут за 5. Закрыла по просьбе Николая дверь на ключ, подошла к нему и протянула баночку с вазелином.

— Вот… Что мне делать?

— Встань к столу и ляг на него грудью

Она послушно приняла требуемую позу. Раскатов подошел к ней сзади и медленно задрал узкую короткую форменную юбку на пояс

— Не носишь колготок?, — спросил он, погладив Леночку по оттопыренной попке в белых хабэшных трусиках

— Нет, а надо?

— Нет-нет. Так даже лучше, — он ухватился за резинку ее трусов и стянул их плавным движением до колен. Дальше они упали к ногам сами.

— У тебя красивая попа, курсант

— Не говорите так, я стесняюсь.

— Привыкай. Стеснительность настоящего опера не красит.

Капитан начал нежно мять булочки стажерки, одновременно свободной рукой избавляясь от штанов. Прошелся и по ее промежности, отметив, что плоть между складками скрытой густой растительностью щелки увлажнена.

— Расслабься. Вначале может быть немного больно, но ты быстро привыкнешь, — ласково говорил он, сдабривая анус Леночки хорошей порцией вазелина

— А как Вы думаете, Лариса Павловна тоже… этот опыт проводила?

— Разумеется!, — осклабился Николай.

Он частенько потрахивал Ларису после трудного рабочего дня. У них это называлось «снять нагрузку». Почему Лариса предпочитала снимать нагрузку с ним, а не со своим мужем, Николай не думал. Зачем? Подобные рассуждения угнетали его. Так вот, после очередного отпуска Ларисы в прошлом году, ее словно подменили. Она хотела трахаться только в зад. Почему? Да не пофиг ли! Всех устраивает — и ладно.

Приставив головку члена к девственной дырочки стажерки, Николай чуть надавил, введя внутрь лишь самый кончик и остановился, давая той привыкнуть к ощущениям.

— Ну как?

— Пока терпимо.

Раскатов вошел чуть глубже. Девушка ойкнула, ее сфинктер сократился и вытолкнул головку обратно.

— Так больно?

— Нет, просто непривычно, товарищ капитан.

— Расслабься.

— Я постараюсь.

Со второй попытки он сразу ввел внутрь грибок своей головки целиком. Леночка вскрикнула и напряглась, но вытолкнуть инородное тело у нее уже не вышло.

— Сейчас подождем немного. Не двигайся.

Через минуту она сама попросила его продолжать.

— Кажется, я привыкла… А много еще осталось?

— Почти весь, но самое трудное уже позади, — и он начал по сантиметру вводить свое достоинство в прямую кишку стажерки, пока член не скрылся внутри целиком.

— Вот и все. Весь вошел. Достать или подвигать немного, чтобы ты больше привыкла? Сильно больно?

— Терпимо. Подвигайте…

— Хорошо… А знаешь что? Можешь поласкать себя рукой между ножек, тогда легче будет.

— Правда?

— Точно!

— Хорошо, попробую…

Через минуту Николай уже размеренно и с полной амплитудой трахал Леночку в попу, а она не только ожесточенно дрочила себе, но и умудрялась подмахивать капитану задом. И даже кончила первой, протяжно запищав и задрожав всем телом. Раскатов разрядился следом. Да такой кайф испытал, что аж в глазах потемнело.

— А что еще будем изучать?, — спросила девушка немного погодя, натягивая трусы.

— Ну-у… Знаешь, что такое проституция?

— Конечно, мы изучали!

— Не изжили, к сожалению, до конца еще это постыдное явление. А знаешь, как мы их ловим?

— Нет.

— Внедряем сотрудниц посимпатичнее, вроде тебя (Леночка кокетливо улыбнулась), в ряды этих жриц любви, а затем ловим с поличным. Вот этим и займемся в следующий раз. Попробуешь себя в роли проститутки. Но чтоб все правдоподобно выглядело. Все их, так называемые, услуги придется освоить. Манеру поведения, одежду.

— А когда?

— Да завтра и начнем. Только здесь неудобно будет. Хм-м-м… А знаешь что? Я же один живу, в отдельной квартире. Завтра после работы вместе и поедем. А послезавтра я тебя на работу привезу. Идет?

— То есть на всю ночь?

— А как иначе? Погружаться в образ — так по полной. И еще… Вещи с собой захвати понеприличней, чтобы переодеться потом. Юбку покороче, белье… Да что я тебе объясняю? Ты девушка — лучше знаешь.

— Я поняла, товарищ капитан.

— Отлично. Тогда идем на совещание. Попа-то не болит?

— Немного. Жить можно. Но только, товарищ капитан, я еще это… девственница

— А вот это плохо. Проституток-девственниц не бывает. Значит, придется завтра и эту проблему решить

* * *

— Но зачем им Зырянова убивать?, — подала голос Леночка

— Хороший вопрос. И это нам предстоит выяснить! А уж потом передавать дело в КГБ. Полностью расследованное, на блюдечке с голубой каемочкой. Пусть знают, как мы работать умеем! Капитан Раскатов, землю ройте, но найдите на этого Зырянова все, что можно. И с женой его поработайте.

— Разрешите мне с товарищем капитаном, товарищ майор, — с надеждой попросила Соколова

— Нет, товарищ курсант. Вы вместе с экспертом Кипарисовой отправитесь в архив. Хоть до утра там сидите, но отыщите мне информацию! Если Половинкина или Курякина хоть раз по нашему ведомству засветились, я должен это знать!

— Ну пойдем, Лена, — обреченно выдохнула Лариса, которую совсем не радовала перспектива сидеть до утра в пыльном архиве.

Раскатов покинул кабинет начальника вместе с женщинами, после чего их пути разошлись в разные стороны. А Майор Дуров, оставшись один, вынул синюю баночку Nivеа, и начал тщательно втирать увлажняющий крем в руки. Его приятелю из ОБХСС не нравилась грубая кожа на руках, и майору очень не хотелось ударить в грязь лицом. Он только-только закончил, как появился дежурный и доложил:

— Товарищ майор, к Вам сержант Газп. Говорит по важному делу. Приглашать?

— Какой еще сержант?

— Тот самый, который сапоги на свалке нашел.

— А-а… Ну тогда пускай.

Дежурный вышел, а через пару секунд появился высокий, с квадратным лицом и светлыми волосами милиционер с погонами сержанта. Вид он имел молодцеватый, и в другой ситуации майор не упустил бы возможности пообщаться с ним подольше. Но сейчас ситуация была другая. Дело в том, что от сержанта исходил густой, вызывающий резь в глазах СМРАД. Майор поморщился и брезгливо спросил:

— Чего тебе?

— Разрешите доложить, тыщ майор, сержант Газп!

— Что за фамилия такая?

— Прибалтийская, тыщ майор

— А сюда как занесло?

— Дедушка перед войной сюда переехал.

— По своей воле что-ли?, — усмехнулся Дуров, — Ну-ну… Так чего тебе?

— Тыщ майор, я сапоги и другие вещи на свалке нашел…

— Это я уже знаю. Молодец. И?

— Но потом дома подумал, что эта находка будет более полезной, если узнать, откуда они на свалку попали.

— Та-ак…

— Сегодня у меня выходной, и я решил с самого утра снова вернуться на свалку. Я помнил то место, где пакет был. Пришлось покопаться конечно…

— Это я чую, — снова поморщился майор

— … Даже с головой пришлось в мусор лезть, но зато вот!, — и сержант торжественно извлек из планшетки несколько замызганных бумажек, — Это бланки из сберкассы. Той самой, которую ограбили. Их там полно было. И были они в той же куче, что и пакет!

— И что это значит?, — спросил майор, мысли которого были заняты совсем другим

Сержант же решил, что это проверка его сообразительности и, как на экзамене, ответил:

— Это означает, что преступник выбросил одежду в мусорный бак рядом со сберкассой!

— Естественно, — авторитетно сказал Дуров, а сам подумал: «Хм! А сержант не дурак! И симпатичный… Надо будет присмотреться к нему. Отмыть только сначала», но вслух добавил: — Хорошая работа, сержант!

— Разрешите вопрос, тыщ майор?

— Давай

— Наш ротный сказал, что тому, кто отличится, могут звание повысить…

— Могут. Прибавки к зарплате захотелось, сержант Гасп? На девушек не хватает?

— ГаЗп… Буква Зэ, Зинаида… Почему сразу на девушек? Я с девушками не общаюсь. Скучно. Но прибавка не помешала бы

Майор сразу повеселел.

— А кому помешает? Ну, сержант Га-З-п… По имени-то как тебя?

— Ро-ома

— Будет тебе повышение, сержант Газп Рома! Мечты-то сбываются, а?, — майор игриво подмигнул молодцу, — Сегодня же рапорт напишу. И еще вижу, что парень ты толковый. И серьезный, раз с девушками не общаешься. Так что попробую тебя в свой отдел перевести.

* * *

Мадам Зырянова совсем не производила впечатления убитой горем вдовушки. Она встретила Раскатова в коротком цветастом халатике и слегка навеселе. Проводила его в комнату, подняла кота с кресла, села на его место, а потом положила полосатого убийцу себе на колени, прикрыв голые ножки. Рядом с креслом на сервировочном столике капитан заметил початую бутылку портвейна «777» и полупустой бокал

— Слушаю Вас, товарищ милиционер, — кокетливо улыбаясь, обратилась она к визитеру

— Пришел к Вам поговорить о Вашем муже.

— А что с ним? Неужто ожил? Вы, кстати, когда тело его вернете? Чтоб похоронить уже, да забыть об этом?

— Вернем, когда кончится следствие. А вот как скоро оно закончится — зависит в том числе от того, насколько откровенны Вы со мной будете сейчас.

— О-о, офицер! Я могу быть ОЧЕНЬ откровенной!, — женщина согнала кота и картинно погладила себя по бедрам.

Она явно флиртовала с ним. И Николай был бы не прочь поддаться этому флирту, но дело было важнее

— Тогда скажите. Ваш муж работал слесарем в ЖЭКе. Вы — домохозяйка. Зарплата у него небольшая, но по Вашей квартире этого не скажешь. На что жили?

— А причем тут зарплата? Он же слесарем был. Люди у нас благодарные. Сами понимаете: кто рупь даст, кто трешку. И не пил при этом.

— А кроме работы чем он еще занимался?

— Женщин любил. Всех, кроме меня.

— С кем конкретно он встречался?

— Знаете, капитан, — с придыханием начала хозяйка, подавшись вперед и продемонстрировав свои полные груди в вырезе халата, — У меня год мужика не было!

— Это к делу не относится

— Вы так думаете? А по-моему очень даже относится! У меня год мужика не было, а тут приходит такой красавец, высокий, крепкий, в форме… О чем, по-вашему, бедная одинокая женщина может в такой ситуации думать? А Вы мне тут вопросы такие сложные задаете…

Она томно закатила глаза и медленно раздвинула ноги. Трусов на ней не было. И капитан не устоял. Подошел к ней сзади и положил руки на плечи

— Может легкий массаж поможет?