Рыженькая бестия

Рыженькая бестия

Майя — рыжеволосая девушка, лет двадцати, ростом где-то метр шестьдесят, стройная, ножки точёные. Я встретил её на свадьбе у наших общих знакомых, она приехала на день из Москвы. Она не была писаной красавицей, даже симпатичной её можно было бы её назвать с натягом. И всё же она была в центре внимания, парни так и вились около неё. Девчонки при виде её разве что не шипели, растаскивая своих ухажеров. Майя умела себя держать, умела сесть, умела встать, при чём выходило это у неё легко и непринуждённо, естественно, вызывающе, но не пошло, я бы сказал, что держала она себя где-то на грани хорошего тона, но эту грань не переступала. Я был без подруги и, естественно, оказался около неё.

С Майей было очень легко и приятно общаться. Свадьба шла своим чередом, мы о чём-то говорили, что-то ели, что-то пили, короче, к первому часу ночи все стали расходиться. Майя попросила меня проводить её домой. Я естественно согласился. Мы собрались и выйдя из дома пошли по ночным улицам нашего города. Проходя по набережной, Майя меня остановила.

— Давай немного постоим, поговорим.

Мы остановились и пару минут о чём — то говорили, потом Майя посмотрела на свои туфельки и сказала:

— Какая-то, скотина на ногу наступила, вытри.

— Ну что вытрешь? или тебе западло.

Она смотрела на меня как удав на свою жертву.

— Я жду!

Смотря ей в глаза, я начал медленно опускаться на корточки. Тут Майя неожиданно взяла меня за волосы, дернула на себя, и я очутился на коленях а моя голова зажата между ее ног.

— Май, ты чего отпусти — взмолился я.

Она разжала ноги, и я как пьяный упал на землю перед ней. Её взгляд был спокойный и уверенный, как будто ничего не случилось:

— Тебе понравилось?

— Будешь делать все, что я прикажу?

— Да — только и смог сказать я, стоя перед ней на коленях.

Она погладила меня по щеке рукой и ласково проговорила:

— Молодец, послушный мальчик.

И её ручка, которая до этого нежно гладила меня по щеке, схватила меня за волосы. Я поднял глаза, ища её взгляд, и тут же получил пинок в живот. От удара я пригнулся к самым её ногам:

— У меня туфли грязные. Ты что забыл?

— Вылижи! Живо!

Я сделал попытку вытереть грязь рукой, но Майя наступила ножкой на неё:

— Языком.

Я начал вылизывать туфельки сначала одну потом другую. Наконец работа была сделана. Майя обошла меня, и села на плечи, обхватив своими горячими бёдрами мою шею.

— Сними туфли и разотри мои уставшие ножки!

Я покорно снял туфельки с ее ножек и стал нежно их разминать.

— Я, хочу с тобой развлечься, но здесь не очень удобно.

— Есть место получше?

— На веранде, в детском саду, минут пять ходьбы, быстро сообразив, ответил я.

— Хорошо, но я за сегодня устала.

— Ты меня повезешь на себе.

Я встал на ноги.

— Пошёл — приказала она.

Мы направились в сторону садика. Я держал ее ножки руками, как будто они были в стременах. Иногда она привставала, как всадник в седле.

Мы подошли к забору детского садика.

— Стой! — приказал моя наездница.

Она слезла с меня, села на забор. Я перелез через забор и подставил свою шею.

Майя села мне на шею и сделав движение бедрами, сказала:

— Поехали!

Обходя кусты, я направился вглубь садика.

Привстав в очередной раз, как наездница в седле, она осмотрелась по сторонам, увидев закрытую веранду, сказала.

— Вон это то, что нужно.

— Давай поехали вон туда — указав на деревянное строение, сказала она.

Подойдя, я опустился на колени и пригнул голову, давая возможность ей слезть. Надавив мне на голову обеими руками, она как бы вытолкнула меня из-под себя, не обращая на меня никакого внимания, поднялась по ступенькам на веранду. Устроившись на лавочке, сказала:

— Иди сюда.

Я поднялся к ней на веранду.

— Ну, что так и будешь стоять?

— Живо на колени!

Я послушно опустился перед ней на колени.

— Молодец, послушный мальчик — похвалила меня Майя.

— Теперь ложись на спину.

— Головой сюда — указала она на место между ног.

Я лег перед ней как, она сказала. Майя поставила ножку мне на грудь, слегка надавив каблучком.

— Ну, как тебе рабская доля.

— Понравилось быть лошадью.

— Да.

Тут же последовал удар каблучком в грудь, у меня аж дыхание перебило:

— Да кто?

— Да Хозяйка.

— То-то же.

— Можешь называть меня ещё Госпожой.

— Ты быстро учишься, это хорошо.

Майя встала.

— Спусти колготы и трусики.

Я осторожно, стараясь не поцарапать её нежную кожу, выполнил приказ. Я стоял на коленях перед своей хозяйкой, моя голова была на уровне ее киски.

Она присела на скамейку.

— Лизал ли ты у кого ни будь?

И не дождавшись ответа, добавила.

— Ну, ничего, сейчас научишься!

Схватив обеими руками, меня за волосы, притянула голову к промежности.

— Жаль, конечно!

— И сильнее прижав мое лицо, к своей киске добавила.

— Лижи!

Проведя языком по ее внешним губкам, я стал лизать ее киску.

— Нежнее! — руководила мной Майя.

Она направляла мою голову своими руками, водя ей по всей промежности.

— Суй свой язык!

— Глубже!

— Еще глубже!

— Лижи!

— Лижи внутри!

Наблюдая за тем как я вылизываю ее прелести, она откинулась на скамейке и отпустила мою голову.

Не знаю, сколько времени прошло, но мне удалось завести ее. Она тяжело задышала, схватила мою голову двумя руками, с силой вдавив между ног, стараясь засунуть ее как можно глубже в свою промежность.

Кончив, она сильно сжала мою голову бедрами, прижимая руками к киске, я едва мог дышать. Наконец всё кончилось, Она расслабилась, отпустила меня, я хотел продолжить, но получил толчок ногой.

— Сиди.

Хозяйка закурила.

— Давай, вычисти мою киску.

После того как я сделал своё дело, она встала, и я одел на нее, трусики и колготы.

— Я устала.

— Хватит.

— Пора домой.

— В позу!

Я встал на колени, Госпожа села мне на шею, и я повёз её обратно. На улице было тихо, ни души, только я со своей наездницей.

— Я хочу поссать, — рассмеялась она.

— Ты хочешь пить? — и не дожидаясь ответа сказала:

— Снимай с меня колготы и трусы, быстро.

Я стал снимать с нее трусики и колготки.

— Хватит! сказала она, когда я опустил их чуть ниже колен.

— Теперь пригнись.

Я запрокинул голову и облокотился на руки.

Она стояла сзади, раздвинув ноги, на сколько позволяли приспущенные трусики. Одной рукой она приподняла юбочку, а другой взяв меня за волосы запихала мою голову себе между ног.

— Открой рот! Шире!

Отпустив юбочку, она обеими руками прижала мой рот к своей киске..

Она не заставила себя долго ждать, почти сразу начала писать.

— Тебе повезло, что я не хочу идти пешком, иначе бы я обосала тебя, с ног до головы.

— Глотай!

Она пускала струи с перерывом, давая возможность глотать.

— Вылижи меня там — сказала она закончив туалет. Я самым тщательным образом вылизал её куночку... Закончив работу, подтянул трусики и колготы Госпожи, и встал так, чтобы её было удобнее сесть. Она неторопливо села мне на шею, поерзала, устраиваясь поудобнее. Наконец-то команда «п-шел». Поднимаясь на ноги, я чуть не упал, за что получил удар каблуками по бокам и чуть не лишился своих волос. Дальше всё прошло, без остановок и происшествий.

Подойдя к лифту я нагнулся, дав ей возможность слезьть.

Двери лифта открылись.

— Вперед! — приказала Майа.

Я вошел в лифт, первым, она следом за мной.

Когда двери лифта закрылись она сказала.

— Ну-ка, живо на колени!

Я послушно, опустился перед ней на колени, ожидая дальнейших приказаний.

— Полижи мою киску.

Она, приподняла край юбочки, и приспустила колготки с трусиками.

Я припал к ее киске, вылизывая каждый уголок, мой язычок видно растревожил ее киску, мы раза три-четыре, то поднимались, то опускались.

Ее бедра работали как стенобитное орудие. Кончив она прижала мою голову к стенке лифта и замерла, прошло несколько секунд, потом она отошла и разведя бедра, пошире, приказала:

— Вылижи! — и подставила свою киску.

Я быстро заработал языком, выполняя приказ.

Когда лифт остановился все было готово, ее киска блестела.

Дверци открылись, она вышла на площадку, а я все еще стоял на коленях в лифте.

— Могу ли я ещё увидеть свою Госпожу — спросил я.

— Что понравилось?

— Да, Госпожа.

— Нет, ты мне больше не нужен, я завтра уезжаю.

— Госпожа, но до Москвы не так уж далеко, я мог бы к Вам приехать.

— На хрен, ты мне в Москве нужен, там другие найдутся. Я тебя просто так, любопытства ради, обработала. А теперь вали отсюда. Можешь ножку поцеловать на прощание.

Я припал к Её ноге долгим поцелуем.

— Госпожа может и передумает, но не сейчас, а ты у меня ещё пожалеешь, что попросил.

Небрежно пнула меня ногой, сказала — вали, и ушла.

На следующее утро Она уехала. Зажили синяки, костюм выкинул. Я остался один на один со своими переживаниями.

Я долго не мог забыть ту встречу. Собравшись, решил поехать в Моску с надеждой найти Майю.

Приехав в столицу, помотавшись по ней и не найдя Маю я расстроился и не знал, что делать.

Я стоял в самом центре столицы — чужом и далеком от моей малой родины городе — с двадцатью двумя рублями в кармане, жевательной резинкой, зажигалкой, пачкой сигарет, а также спортивной сумкой, в которой лежала сменная одежда. У меня не было ни еды, ни видов на ночлег, ни билета в кармане

Знакомых у меня в этом городе не было, продать из личных вещей нечего. Купив за четыре рубля справочник «Работа энд Зарплата», уселся на лавочку в Камергерском переулке. Единственная спасительная мысль: «РАБОТА!». С подневной оплатой, местом для ночевки.

Выбрал работу, где в числе прочего указывалось про предоставление жилья, регистрации, оплату проезда и (о супер!) бесплатное питание. Не испугало даже то, что в сферу деятельности разъясняла шапка «Иностранная косметическая компания». В косметике я не разбирался, но ужасно хотелось есть.

На собеседование я приехал уже под закрытие.

Заполнил анкету (пальцы никак не хотели размораживаться), зашел в небольшой уютный кабинет. Рассудок уже начал терять здравость, в голове бешенно стучала одна единственная мысль: «Только бы взяли!». В этом мне виделось избавление от всех жизненных напастей.