Медсестра Таня

тебе ножки к животу.

 — У мальчишки и вправду все ноги мокрые, — согласилась Оля.

Лена отошла к раковине и включила воду.

 — Кто тут лежит на столе голышом? — засмеялась Оля, легонько ткнув меня пальцем в живот.

Густо покраснев, я снова попытался прикрыться, но Оля не дала мне этого сделать.

 — Маленькие дети не должны стесняться, — сказала мне девушка, — Особенно в больнице.

Вернулась Лена. Я с опаской наблюдал, как она намыливает маленькую тряпочку.

 — Начнем с Витюшиного животика, — улыбнулась Лена и начала протирать мне живот.

Мне было немножко щекотно, особенно когда Ленина тряпочка спустилась пониже.

 — Давай я подержу мальчишку, а то он так ерзает, — предложила Оля и не дожидаясь Лениного ответа вытянула меня за руки и ноги.

Чувствуя себя полностью беспомощным, я едва сдерживался, чтобы не заплакать от обиды.

 — Чей это маленький писюнчик? — шутливо спросила Лена, приподняв пальцами мою письку, — Сейчас мы его хорошенько со всех сторон оботрем.

 — Так смешно смотреть, как ты подмываешь семилетнего мальчишку, — улыбнулась Оля, — Как грудного.

 — Раз описался, как маленький, значит и подмывать надо, как малыша, — засмеялась Лена, продолжая протирать мне письку намыленной тряпочкой.

Слушая обидное хихиканье медсестер, мне хотелось провалиться под землю от смущения.

 — А теперь оботрем вокруг писюнчика и задерем его наверх, — улыбнулась Лена, — Можешь раздвинуть карапузу ножки? Хочу помыть вот этот маленький розовый мешочек.

Оля раздвинула мои ноги и Лена принялась нестерпимо щекотно протирать мне мошонку.

 — Ох, как мы боимся щекотки! — смеялась Лена, продолжая меня подмывать.

Посвятив моей мошонке чуть ли не целую минуту, Лена быстро вытерла мои ноги и попросила Олю задрать их вверх.

 — Займемся Витиной попой, — сообщила она.

Лена начала вытирать меня между ягодиц. Неожиданно она остановилась ровно посередине и бесцеремонно углубилась намыленной тряпочкой в мою дырочку.

 — Не научила еще мама Витю, как надо вытирать попу, — засмеялась Лена, демонстрируя Оле коричневое пятно на тряпочке, — Ничего, мы проследим, чтобы она у Витюши была чистая.

Девушки засмеялись.

 — Продолжай его так держать, — попросила Олю Лена, — Сейчас сполосну тряпочку и снова везде протру, чтобы смыть мыло.

Лена отошла к раковине и принялась полоскать тряпочку под краном. Вернувшись ко мне, она сразу начала вытирать мне попу. На этот раз обошлось без вторжения в мою дырочку. Было очень щекотно, особенно когда медсестра занялась моей мошонкой.

 — Смотри, как начал дрыгать ножками, — засмеялась Оля, — Совсем как наши малыши.

 — И не говори, — улыбнулась Лена, — Все мальчишки одинаково реагируют на щекотку. Не могут терпеть, когда им протирают мошонку. Особенно вот тут, за яичками.

 — Ага, там у мальчиков самое щекотное место, — согласилась Оля.

Попросив Олю опустить мне ноги, Лена так же старательно вытерла меня спереди. Я вздохнул с облегчением, что мои мучения закончились, но у медсестер были другие планы. Они решили помазать меня между ног детским кремом.

 — Всех малышей, которые мочат штанишки, мажут между ножек детским кремом, — ласково объяснила мне Лена, — Чтобы предотвратить опрелости..

Я с обидой понял, что медсестры специально разговаривают и обращаются со мной, как с маленьким в наказание за то, что описался. Следующие несколько минут я вынужден был терпеть, как Лена нестерпимо щекотно мажет меня холодным кремом. Медсестры как обычно принялись обидно обсуждать, как я боюсь щекотки. Я догадался, что Лена специально делает все медленно, чтобы подольше меня помучить.

 — Полежи пару минут на столе, чтобы впитался крем, — сказала Лена, наконец закончив меня мазать.

 — Ну что? — спросила Лену Оля, — Придумала, что одеть мальчишке?

 — Надо звонить родителям, чтобы принесли одежду, — вздохнула Лена, — А пока пусть ходит без штанишек.

 — Вот так в одной маечке? — засмеялась Оля, — С голой попой?

 — Подумаешь, — махнула рукой Лена, — У нас тепло. Ничего с мальчишкой от хождения без трусиков не случится.

 — Пойду позвоню Витиным родителям, — сказала Оля и вышла из комнаты.

Лена не без труда сняла меня со стола. Я стоял рядом с ней, не зная, что мне делать. Неожиданно в комнату вошла незнакомая девушка Лениного возраста.

 — Привет, Маша, — сказала Лена вошедшей медсестре.

 — Привет, — немного удивленно ответила Маша, — А что, интересно, такой большой ребенок у вас в палате делает? И почему он без трусиков?

 — В других палатах не было мест, — объяснила Лена, — Вот и положили к нам. А без трусиков потому, что недавно описался.

 — Ай-яй-яй, как не стыдно! — покачала головой незнакомая медсестра.

Стесняясь новой медсестры, я потянул вниз короткую майку.

 — Прекрати тянуть маечку! — строго сказала мне Лена, шлепнув по рукам, — Витя у нас такой стеснительный.

 — Ага! — засмеялась Маша, — Посмотри, как покраснел.

Хотелось убежать из комнаты, но Лена держала меня за руку. Мне пришлось, краснея от смущения, слушать ее рассказ про свой недавний конфуз. Заметив, как Маша с интересом рассматривает меня между ног, я еще больше смутился.

 — Пришлось уложить на пеленальный стол и подмывать, как малыша, — закончила свой рассказ Лена, — По всем правилам. Включая детский крем.

Маша наклонилась и бесцеремонно пощупала мне лобок.

 — Действительно помазали детским кремом, — засмеялась она.

Девушки продолжали меня обсуждать еще пару минут. Неожиданно из соседней комнаты послышался громкий детский рёв. Отпустив мою руку, Лена побежала к ревущему малышу. Я направился вслед за ней и сразу забрался к себе в постель, чтобы не ходить без трусов у всех на виду.

Через полчаса пришла Оля — почему-то без белого халата.

 — Ну что, позвонила Витиным родителям? — спросила Лена, — Когда они принесут ему одежду?

 — Никто не поднял трубку, — вздохнула Оля, — Наверное все на работе.

 — Придется тебе, Витя, целый день ходить с голой попой, — засмеялась Лена.

 — Подожди, ты меня не дослушала, — улыбнулась Оля, — У меня после этого безуспешного звонка появилась одна идея. Смотри, что я Вите принесла.

Оля вытащила из сумки и продемонстрировала Лене светло-желтые детские колготки.

 — Где ты взяла эти колготки? — удивилась Лена.

 — Быстренько сбегала домой, — объяснила Оля, — Я тут рядом живу.

Бесцеремонно откинув одеяло, Оля приложила детские колготки к моим ногам.

 — Как раз на Витю, — удовлетворенно кивнула она, — Это колготки моей младшей сестры. Ей тоже семь.

 — Такие желтенькие и мальчику одевать можно, — с улыбкой заметила Лена, — Вот и нашли Вите штанишки.

 — Не хочу колготки! — громко запротестовал я, — Их только маленькие носят.

 — Тогда оставайся без штанишек! — отрезала Лена, — И больше мы твоим родителям звонить не будем. Еще неизвестно, придет ли кто-то сегодня.

Понимая, что девчоночьи колготки лучше хождения с голой попой, я нехотя согласился. Я ожидал, что Оля даст мне десткие колготки, но она сама одела меня как малыша.

 — Какая прелесть! — засмеялась Оля, любуясь на меня в колготках, — Только надо подтянуть повыше.

Оля подтянула мне колготки до груди.

 — Нигде не жмет? — ласково спросила медсестра, пощупав меня между ног.

Я промолчал, чуствуя, что краснею от смущения.

 — Только попробуй еще раз описаться! — строго сказала мне Лена.

 — Если ты и эти колготки намочишь, я для тебе больше штанишек искать не собираюсь, — сказала Оля, — Начнем пеленать как грудного.

 — Кстати, ты теперь будешь ходить на горшок по расписанию, — добавила Лена, — Писать каждые два часа, а по-большому — через 15—20 минут после еды.

Лена с Олей вышли из комнаты. Я облегченно вздохнул, что они наконец оставили меня в покое. Впрочем радоваться было рано. Увидев через пару минут Олю с устрашающим шприцем в руках и я сразу понял, что он предназначался мне.

 — Спускай колготки и ложись на животик, — приказала мне девушка.

 — А может не надо? — захныкал я.

 — Ну вот, — улыбнулась Оля, — Такой большой мальчик и боится уколов. Это не больно. Как комарик укусит.

 — Он вообще всего боится, — сказала зашедшая в комнату Лена, — Хнычет по любому поводу. И что нам с таким плаксой делать?

Оля рывком стянула мне колготки до колен и подтолкнула к кровати. Укол действительно был не таким больным, как я себе представлял.

Примерно через полчаса после завтрака в палату зашла молодая врач в сопровождении пяти совсем юных медсестер-практиканток. Увидев, как Оля с Леной периодически носят в соседнюю комнату малышей, я догадался, что врач их там осматривает. Я подошел к двери и начал наблюдать за осмотром. Каждого ребенка поднимали на пеленальный стол и раздевали догола. Потом врач его слушала и щупала, подробно объясняя практиканткам, что она делает. Я с опаской ждал своей очереди.

 — Пошли, Витя, — сказала мне Оля, — Сейчас врач тебя посмотрит.

Оля отвела меня в соседнюю комнату и вопросительно посмотрела на врача.

 — Чего ты ждешь? — спросила врач, — Поднимай ребенка на стол.

 — Тяжелый он, — с улыбкой вздохнула Оля, не без труда подняв меня на пеленальный стол.

 — А что такой большой ребенок делает в палате для малышей? — спросила одна из практиканток.

 — Положили к нам потому что в обычных палатах не было мест, — объяснила Лена.

 — Интересная ситуация, — улыбнулась врач, — Даже не знаю, как сейчас его осматривать: как большого или как малыша.

Все засмеялись.

 — А вы, девчонки, что скажете? — обратилась к практиканткам врач.

 — Осматривайте как малыша, — со смехом предложила одна из юных медсестер.

 — Ага, нечего для мальчишки делать исключений, — поддержала ее другая практикантка, — Осматривайте, как всех малышей до него.

 — Конечно, как малыша, — присоединилась еще одна практикантка, — Так интереснее.

 — Хорошо, — улыбнулась врач, — Раз все хотят, чтобы я осматривала ребенка как малыша, так и поступим.

 — Кстати, мальчишка в этих колготках мало чем от ясельных малышей отличается, — заметила одна из практиканток, — Интересно, чья это была идея одеть его как двухлетнего?

 — Ага, такие забавные колготки, — засмеялась другая девушка, — Неужели его дома до сих пор так одевают?

 — У нас целая история с этими колготками, — сказала