Командировка

в ней нашел, она же тупая пустышка. Кукла Барби и не более… то ли дело вы… — парень опять восхищенно поглядел на меня. Нет, определенно пацан ко мне подкатывает.

— Да брось, Дамир, твой папа взрослый мужчина, и он уже в том возрасте, когда мужчинам начинают нравиться девушки помоложе. Теперь каждые пять лет его пассии будут лет на пять моложе предыдущей. — Я на всякий случай проговорила это ироничным тоном, чтобы при случае обратить всё в шутку.

— Не знаю, как там у отца, мне нравятся взрослые девочки, — Дамир опять посмотрел на меня одним глазом и добавил: — Такие вот, как вы, например.

— Ну спасибо за комплимент, юноша, — я таинственно улыбнулась и постаралась увести разговор:

— А что случилось с тобой после того как нас там… — я осторожно попыталась понять, что ему известно. Признался ли ему Рафкат в том, что всё это была лишь шутка.

— Вы разве не в курсе? — чуть удивленно спросил Дамир.

— Не в курсе чего? — продолжала прикидываться я.

— Да ладно, только не говорите, что ничего не знали… — он по-прежнему смотрел на меня, лукаво прищурив глаз.

— О чем, Дамир? — я все еще не понимала, как мне себя вести.

— О том, что похищение было ненастоящим. — Сказав это, Дамир смотрел на меня, словно изучая мою реакцию. Прежде чем начать говорить, я густо покраснела.

— Это всё твой отец придумал, я тут ни при чем, я сама до последнего не знала.

— Правда! Так вы тоже были не в курсе? — казалось, Дамир был на самом деле удивлен.

— Честное слово, я сама была в шоке, когда твой отец явился мне. Я же думала, что он убит, а это, оказывается, его игры. — Дамир усмехнулся:

— Да, представляете, меня вырубили сразу после того, как я… ну это.. ну вы помните, короче, так вот, меня вырубили, очнулся я в какой-то яме. Вас нет, ничего нет, какие-то люди. Рабы… Нас водили на работу куда-то в тайгу, кажется, это где-то на Дальнем Востоке… мы там валили лес… а потом я сбежал от них. Бродил по тайге, вышел на дорогу, меня подобрал какой-то водитель. Довез до города. Ну, я, как законопослушный человек, ломанулся к ментам… рассказал там всё. Они подняли свои базы, поставили на уши всех участковых, отправили запрос в консульство, тут-то всё и выяснилось: оказывается, не было никаких рабов, никаких похитителей, да и отец мой оказался живехонек. Ох и разозлился я на него тогда. Решил к вам пойти, высказать вам всё за обман… мне ж тогда так обидно стало, я же по-настоящему там влюбился в вас. Понимаете? Меня отец еле отговорил, сказал, что вы и сами ничего не знали и что он впутал вас тоже по-темному. Сказал, что вы из-за этого чуть с мужем не развелись. Так он, выходит, не врал, и вы и правда ничего не знали?

— Правда, Дамир, твой отец мне всё рассказал уже потом, когда я вышла из игры. У меня тоже потом сложности с мужем были, — солгала я для пущей убедительности и чтобы наши с Рафкатом версии совпали.

— Он, оказывается, испугался, что я в Европе стал геем, и только ради того, чтобы проверить меня, устроил это шоу.

— Да, а вот об этом я знала. Только он меня попросил… ну… совратить тебя, ну чтобы узнать, как ты к женщинам относишься. Типа есть еще надежда или уже всё. Но то, что это будет какая-то игра, тем более с похищением, я ни сном ни духом не знала. — Я сжала рукой его пальцы и заглянула ему в глаза: — Поверь, милый Дамир, я в тот миг и сама была напугана, ведь я реально думала, что нас похитили арабы.

— Я, если честно, тогда тоже так думал. Думал, что вас увезли куда-то на Восток, а меня сделали рабом. Я реально переживал за вас, хотел броситься искать вас… знаете… мысли о вас толкнули меня на побег, я мечтал вырваться и отправиться искать вас… — Дамир говорил с закрытыми глазами, и мне вдруг стало так стыдно, словно это я придумала всю эту игру, а не его отец.

— А что было потом? — спросила я, чтобы отвлечь молодого человека от грустных воспоминаний.

— Ну… потом мы помирились с отцом. А когда я узнал, что он обо мне думал… я был в шоке, мы чуть снова не поругались. — Дамир замолчал, видимо, не зная, что еще сказать. Я решила перевести разговор:

— Я слышала, ты недавно женился?

При этих моих словах Дамир улыбнулся такой светлой улыбкой, словно я напомнила ему о чем-то очень приятном. Он убрал руку с моего бедра и положил ее на ручку переключателя режимов автоматической трансмиссии, всё еще улыбаясь, Дамир произнес:

— Да, это правда, вы знаете, Эвелина такая… — Дамир опять замечтался, — Она… ее просто невозможно не любить.

— Эвелина? — спросила я, уточняя. — Твою жену зовут Эвелина?

— Да, она норвежка, мы познакомились с ней во Франции на празднике, который мы устроили в честь окончания института.

— Она тоже училась там?

— О нет, она немного постарше. Она там была просто по делам.

— Постарше? — спросила я несколько удивленно. — Намного?

— Нет. — Он застенчиво улыбнулся. — Совсем чуть-чуть, на семь лет всего.

— Всего!? — воскликнула я, но тут же вспомнила, где учился Дамир, а там и не такое бывает. Я по-новому взглянула на молодого человека и подумала, что наверно это именно я стала той, которая сломала парню всю психику. Видимо, мы с его отцом сделали из него геронтофила. Ужас!

*** *** ***

Как же я удивилась, когда вместо моего дома он привез меня чуть не в центр города в ресторан «Кармен» — один из самых дорогих ресторанов нашего урбана. Наблюдая мою удивленно-офоноревшую физиономию, Дамир продолжал застенчиво улыбаться. А на мой вопрос: «Какого черта мы тут делаем?» — просто и лаконично (совсем как его отец) заявил мне:

— Хочу с обожаемой женщиной побыть в приятном месте, выпить шампанского и вообще…

Вот так прямо и сказал — «обожаемой». Я было подумала, что он оговорился, даже переспросила, но Дамир всё так же категорично повторил: «Обожаемой!» Ну, и что мне теперь с этим всем делать!? Да… и еще меня напрягла фраза «И вообще…», сказанная с таким загадочным выражением лица… что я просто потерялась в догадках. М-да… а мальчик-то подрос.

Без четверти восемь заголосил в сумочке мой смартфон — подарок на день рождения от шефа, кстати. Я выудила из сумочки телефон.

«Муж» — равнодушно вещал определитель. Дамир как раз наливал мне вино в бокал и, увидев надпись на дисплее и улыбчивый портрет мужа, вопросительно на меня посмотрел. Я подмигнула ему и нажала «ответить».

— Привет, — сухо поздоровался муж.

— Добрый вечер, дорогой, ты прости, я сразу не позвонила… — Муж кашлянул в трубку и чуть тише спросил:

— Судя по фоновым шумам, ты… не у мамы. Ты в людном месте?

Я бросила взгляд на зал ресторана. Столики стояли неплотно, и у каждой компании складывалось впечатление относительной уединенности. Шагах в пяти от нас сидела парочка: возрастной дядя и его спутница — девчонка лет, наверное, восемнадцати-двадцати. Чуть дальше сидело сразу две пары, там тоже взрослые дяди в компании девушек возраста их старших дочерей, если не внучек.

— Да, милый, я в ресторане.

Муж с полминуты переваривал информацию или просто прислушивался к окружавшему меня фону, но потом, видимо так ничего интересного и не услышав, всё же спросил:

— Ты там с… не одна?

Муж многозначительно помолчал в трубку. Глупый вопрос, если честно: какого бы хрена я одна поперлась в ресторан, хотя я могла бы быть там и с подругой…

— Да я не одна, я тут… с… Дамиром в общем. — прикрыв трубку рукой и понизив голос коротко ответила я.

— С кем-кем!? — удивленно воскликнул муж. — Тем самым Дамиром! Он вернулся что ли?

К тому моменту муж уже отчасти знаком был с общими деталями моего давешнего приключения, той якобы командировки, по возвращении из которой моя карьера стремительно поднялась сразу на несколько ступеней. Он тогда еще капитально насел на меня с расспросами. Терпеть эти допросы и намеки сил уже не было, и я всё ему рассказала. И вот вы мне не поверите, но пришлось ему даже видео показать. Видели бы вы его лицо… Впрочем, я уже давно подозревала, что муж мой тот еще извращенец, и, наверно, только поэтому так легко раскрыла перед ним все карты.

— Значит, ты сегодня домой ночевать не явишься, — грустнея, проворчал муж.

Я посмотрела на Дамира. Он не слышал, о чем идет речь, поэтому сидел с нейтральным выражением лица. Но, перехватив мой взгляд, он подмигнул мне и улыбнулся во весь рот.

— Очевидно, что нет, — сказала я, продолжая смотреть на молодого человека.

— Хорошо хоть дозвонился, а то переживал бы за тебя всю ночь, — со сварливыми нотками в голосе заявил мне мой. — ну желаю приятно провести время тогда.

— Да ладно тебе, — перешла я в наступление, — не позвонил бы ты, я бы сама позвонила тебе.

— Ладно, — примирительным тоном отозвался муж, — ты только сильно не напивайся там и это… — он специально держал паузу, — за здоровьем следи.

От последнего предупреждения я просто вскипела, уже набрала полные легкие воздуха, чтобы наехать на него, но муж громко чмокнул в трубку и отключился.

— Всё в порядке? — спросил мой молодой человек.

— Да, — я пожала плечами и отпила вина, — всё отлично.

— У меня Эвелина… она… — Дамир смущался, — она тоже как вы.

— В каком это смысле «как я»? — я сделала вид, что ничего не поняла, хотя уже начала догадываться, к чему он клонит.

— Ну… она тоже… — тянул молодой человек, — она тоже как вы, она может встречаться, с кем захочет.

— Да!? — я сделала удивленное лицо. — Хочешь сказать, твоя Эвелин — свободная в браке женщина?

Дамир густо покраснел, но утвердительно кивнул головой.

— Правда? — мои брови взлетели наверх. — И как к этому относится твой папа? — спросила я, делая ударение на французский манер.

Дамир скривил лицо и, понизив голос и прищурив глаз, негромко и в той же французской манере ответил:

— Папа еще не в курсе, какие у нас с Эвелин правила. И я надеюсь продержать это в тайне от него как можно дольше.

Дамир приложил палец к губам. В ответ я тоже провела пальцами по губам, так, словно застегиваю молнию, опустила уголки губ, словно даю ему честное пионерское слово. Так вот оно что пока папа боялся что сын станет геем, его отпрыск погряз в другой перверсии… м-м-мда, дела!

— У вас с Эвелин открытый брак? — спросила я из чистого любопытства, помня, что на Западе это тренд последних пяти-семи