Главы из романа «Первая женщина». Главы первая и вторая

Первая женщина

Первая женщина — это первый секс. Не первая любовь... И не последняя...

«У нас в Советском Союзе секса нет»

(Л. Н. Иванова, сотрудница московской гостиницы

«Ленинград» и глава «Комитета советских женщин)

Глава первая. Пятница

— Жора, спустись к начальнику

Валера опустил телефон.

Сбежав по ступенькам на первый этаж, Георгий стукнул в дверь с табличкой «Нач. 10 отд. Кузьмин А. П. « и толкнул её.

— Садись, Георгий Владимирович.

Начальник был на двадцать лет старше Георгия, но, к своим подчинённым, всегда обращался по имени-отчеству.

— Ты закончил отчёт?

— Осталось две странички напечатать, Алексей Петрович.

— Сегодня закончишь?

— Конечно!

— Заканчивай и отдай Саше, она просмотрит и подправит, если будут замечания. Ты, в воскресенье, поедешь старшим в Новомихайловку на сельхозработы. Новомихайловка, это наше подшефное хозяйство. Ты там ещё ни разу не был?

— Нет

Георгий загрустил, ехать не хотелось. Но, тут же встрепенулся

— А надолго?

— На три недели. Ты старший и будешь там до конца.

— А из отдела кто-нибудь едет?

— В следующее воскресенье на неделю приедет Петя. Он там кого-то из второй лаборатории должен заменить.

Георгий вздохнул, поднимаясь со стула, и шагнул к двери.

— Да, чуть не забыл. Прямо сейчас сходи к Шмакову.

— Отдав пропуск вахтёру, и сказав, что идёт к Шмакову, Георгий вышел на улицу и, пройдя мимо раздвижных ворот проходной, зашёл в отдел кадров.

Кабинет замгендиректора по кадрам и режиму был на втором этаже.

— Постучав, Георгий прислушался.

— Да!

Герман Степанович разговаривал по телефону. Кивнув, показал глазами на стулья вокруг стола посреди комнаты.

Отодвинув стул, Георгий сел.

— Я перезвоню

— Так! Ты кто? Гавриленко?

Георгий кивнул и хотел встать.

— Сиди!

Шмаков встал и, выйдя из-за своего стола, сел рядом.

— В группе, вместе с тобой, восемь человек. Ещё на своих грузовиках там будут работать четыре водителя из гаража. Они приедут в понедельник, 5 сентября. У них свой старший. В группе есть двое, старше тебя. Но один, работает в институте всего месяц, а второй, слесарь Вова, ненадежный товарищ.

— Ты не куришь?

— Нет.

— Пьёшь?

Георгий пожал плечами

— Вообще-то я спортом занимаюсь.

— Литроболом?!

Георгий улыбнулся

— Лыжи, йога.

— Хорошо! Значит я правильно выбрал. Сейчас зайдёшь в отдел кадров, возьмёшь командировочные документы на всю группу, а потом в кассе получишь аванс. Остальные уже получили. Здесь оклад, но без премии. А в совхозе будут платить зарплату, за выполненную работу. Из общежития только двое: ты и Бакланов.

Шмаков глянул в потолок

— Да, Бакланов. Остальные городские. Поэтому в воскресенье они приедут в общежитие и все вместе поедете на вокзал. Электричка в 20:27. На станции вас должны ожидать. Там до деревни 35 кэмэ. Переночуете в общежитии и с утра в правление, к директору совхоза.

Шмаков встал, и протянул руку

— Ты старший. Отвечаешь за всех. До свидания.

Забрав документы и получив аванс, 50 рублей, Георгий вернулся в отдел, и допечатав отчёт, положил Саше на стол.

...

До конца рабочего дня оставалось полтора часа, и он зашёл в комнату восьмого сектора, где работал Петя Головушкин.

Возле Петиного стола, сдвинув стулья, сидели Валера и Руслан, и втроём, они просматривали какую-то книжонку.

— О, Жора! — заулыбался Валера — Ты-то нам и нужен.

— Петя, ты знаешь, что через неделю приедешь ко мне в колхоз? — спросил Георгий, подсаживаясь к ребятам.

— Угу — мотнул головой Петя — Валера, давай и его проверим.

— Да я уже ищу. Вот! Классический.

— Что за книжка? — Георгий потянулся к обложке.

— Здесь есть описание идеалов мужской красоты: классического, аполлоновского и по Леонардо да Винчи. Мы уже проверились: ни один из нас в идеал не вписался. Давай тебя проверим.

— Валяй! — согласился Георгий.

По классическим параметрам, у Георгия была идеальная фигура.

Парни, заулыбавшись, стали хлопать его по плечам и спине.

В идеал красоты, по Леонардо да Винчи, он тоже вписался. И они хлопали его, но уже не так весело.

Когда результат совпал и с аполлоновским идеалом, друзья заскучали.

Валера, захлопнув книжонку, и криво улыбнувшись, подытожил

— Аполлон ты наш!

...

На проходной было полно народу.

Как и всегда, в пятницу.

Кто-то легонько ткнул Георгия в бок.

За спиной стоял Артём и улыбался, обмахиваясь газетой.

Сентябрьское солнце припекало по-летнему и Артёму, слегка полноватому, было жарко.

— Щас бы пивка холодного, с воблой! Давай прокатимся до «Гостиницы», да выпьем по кружечке!

— И я с вами!

Искандер, в белоснежной рубахе, при галстуке, щурясь на солнце, с улыбкой смотрел на друзей.

На трамвайной остановке толпился народ. Трамвая в пределах видимости и слышимости не наблюдалось и друзья, переглянувшись, пошли пешком до «Сада».

— Искандер, займи столик, а мы с Жорой постоим в очереди.

Сдув пену, Артём сделал несколько больших глотков и, зажмурившись от наслаждения, погладил живот.

Разламывая сушёного окунька, сморщился и отрыгнул в нос.

Пиво было свежее: бочку только что раскупорили.

Повторив ещё по кружке, зашли в магазин, и прикупив две бутылки портвейна, пошли к трамвайной остановке.

В фойе общежития, проверив почту, и взяв ключи у тёти Нади, поднялись на второй этаж.

Артём с Искандером жили в конце коридора, в комнате, напротив туалета.

Комната Георгия была в центре.

Договорившись после душа вместе поужинать, разошлись.

Георгий открыл дверь, шагнул в комнату, разулся.

Четыре кровати. Стол у окна и четыре стула. Тумбочки и два шкафа, по сторонам от двери.

Переодевшись в трико и футболку, и обувшись в тапочки, пошёл в туалет.

Приспустив трико, и оттянув плавки, пальцами правой придержал член, направляя струю в унитаз. Но моча разбрызгивалась и ругнувшись — Бблядь! — сдержал мочу и сдвинув крайнюю плоть, изливал долго и с наслаждением, чувствуя, как мякнет, возбудившийся член.

...

В девятом часу вечера, поджарив на кухне картошку, сидели в комнате у Артёма.

Открылась дверь и вошёл Петя Головушкин.

Он тоже жил в комнате с Артёмом.

— Петя, садись с нами — пригласил Искандер.

— Ребят, меня девушка ждёт — и взяв с кровати гитару, вышел.

Разлив вино по стаканам, Артём взял свой

— Искандер, твой тост — и поднял стакан

— Чтоб хуй стоял и деньги были!

В дверь постучали.

— Не занято! — ответил Артём и засмеялся.

Заулыбались Искандер с Георгием.

Вошла Лена, из 314 комнаты.

— Привет. Артём, у тебя не найдётся закурить?

Искандер вскочил, и шагнув от стола, слегка наклонил голову, и жестом правой руки от груди к столу, пригласил — Присоединяйтесь!

— Какой галантный кавалер!

Ленка усмехнулась и прошла к столу.

Взяв из пачки «Мальборо» сигарету, окинула взглядом стол в поисках спичек.

Искандер снова вскочил, и подойдя к шкафу, и открыв дверцу, достал из кармана пиджака спички.

— Ребята! Ребята!

Артём встал

— Георгий не курит. Давайте покурим в коридоре.

Они вышли.

...

В одиннадцатом часу, допив, в компании с Ленкой, вино и слегка захмелев, говорили разом и смеялись путанице.

Курили, не выходя из комнаты, открыв створку окна.

На Ленкиных плечах пиджак Искандера.

— Ребята!

Ленка, приподняв голову, выпустила дым

— У меня в комнате бутылочка Варны. Кто со мной?

Искандер вскочил, опередив Артёма и, склонив голову, прижал левую руку к груди. Они ушли и Артём, со словами — Надо отлить! — пошёл в туалет.

Вернувшись через пару минут и не закрывая дверь, сказал — Проветрим

Прошло пять минут, Искандер и Ленка не возвращались.

— Ты скажи ему, Артём

— А зачем? — Артём пожал плечами.

— Лёха весной лечился, он же с Ленкой переспал

— А зачем? — Артём насупился

В коридор вышли Ленка с Искандером.

Глава вторая. Суббота

Во втором часу ночи допили Ленкино вино.

— У меня опять трусики из сушилки украли! Блядь! — выматерилась Ленка

Они смущённо молчали, не зная, как реагировать на столь интимное откровение.

— Фанаты! — нашёлся Артём, и захихикал.

— Да, сучка какая-то!

Ленка поморщилась: попытка Артёма свести к шутке, не понравилась.

— Этой сучке, проще стащить чужие трусы из сушилки, чем постирать свои, вонючие!

— «Знала бы эта сучка, у кого трусы ворует, за версту обходила б сушилку!» — подумал Георгий.

Пауза затягивалась

— А Жора у нас философ! Он прочитал двадцать два тома Ленина. Это вам не мелочь по карманам тырить! Вот!

Артём показывал пальцем на Георгия.

У Искандера удивлённо поползли вверх брови.

— Я закончил в этом году университет марксизма-ленинизма, и по теме дипломной работы пришлось просмотреть двадцать два тома Ленина. Не прочитать, а просмотреть.

— Есть у революции начало, нет у революции конца!

Продекламировал Искандер и спросил — А скажи, философ! Вселенная бесконечна или есть у неё конец?

Ленка, улыбаясь, смотрела на Георгия.

— Нету!

Артём хмыкнул — Есть у неё конец! Большой и толстый!

Искандер, опешив, сидел в замешательстве.

Ленка, прищурив масленые глаза, демонстративно медленно хлопнула несколько раз ладонями и сказала — Браво! Браво, Артём!

Артём, пренебрежительно усмехнувшись, обвёл всех взглядом.

Искандер засмеялся, Георгий смущённо улыбнулся; захихикал Артём.

— Я хочу спать!

Ленка встала.

Искандер вскочил и вышел следом.

— Я тоже спать

Артём закрыл окно, сел на свою кровать и потянул с себя рубашку.

Георгий вышел в коридор.

Было тихо и темно, и только от лестничных площадок на пол коридора падал свет.

— Ссать хочу! — грубовато сказал сам себе и, не включая свет, открыл дверь туалета.

В туалете, один унитаз в кабинке, другой у окна.

Спустил трико и плавки, и чтобы они не сползли, раздвинул ноги.

Член стоял, задрав головку! Пришлось наклониться и отогнуть его рукой, чтобы не обоссать стену. Зажурчала моча и одновременно, с характерным звуком, пошли газы. Он облегчённо передохнул, подёргал член, стряхивая. Подтягивая трико, почувствовал, как плавки впитывают мочу.

— «Сколько ни ссы, последняя капля всегда в трусы!» — усмехнулся он, выходя из туалета.

Вымыв руки и ополоснув