4 зрелые женщины силой лишили девственности 18-летнего

с какой-то одной, остальные обязательно озвучат ей общую рекомендацию или… анти-рекомендацию. И услышанное общее мнение будет для нее очень важно для принятия дальнейшего решения на предмет продолжения знакомства.

Поэтому, встав, Серёжа рассказал о своем житие-бытие, всячески стараясь представить себя в самом выгодном свете. И получилось это у него столь удачно, что женщины даже зааплодировали и убедили его выпить большой бокал водки, от которого вскоре в голове от непривычки зашумело, ноги слегка отяжелели, а на душе стало очень легко.

А дальше уже вставали обитательницы комнаты и говорили о себе, и после каждого спича Серёже вновь и вновь наливали ту же водку.

Хоть Серёжа и хорошо выпил, он вскоре уже различал всех по именам, даже не путая. Попытки узнать их отчества были пресечены («Мы еще не такие старые, нас можно называть и по именам!»).

Итак, Зинаида, его первая собеседница на скамейке, самая старшая. Ей 52. Визуально она выглядит не очень, как, впрочем, и все здесь, красавиц в этой комнате точно нет. Зинаида – типичная простая женщина, при этом властная, довольно развязная и грубоватая. Таких еще часто называют «хабалками». В этой компании она безусловный лидер и авторитет. Сама она полная, ширококостная, по росту — примерно такая, как сам Серёжа.

Ее подруге Серафиме, интересовавшейся, не учится ли он в Консерватории – 46. О ее личности достаточно трудно что-то сказать, да и о себе она говорила мало. При этом она, что называется, статная: высокого роста, выше Сережи на полголовы и тоже достаточно полная, как и Зинаида.

Самая колоритная здесь Балжан, которой 35. Это крупная «жгучая» брюнетка со столь же темными и слегка раскосыми глазами. Примечательно ее сложение: тело словно отлито из бронзы, ни капли жира, одни мышцы. Балжан в молодости занималась борьбой, даже выступала на соревнованиях, иногда и сейчас в любительский борцовский зал захаживает, да и просто качаться не забывает. Она немногословна, взгляд немигающий и прямо «припечатывающий», даже немного не по себе становится.

Скорее всего, ее далекими предками были древние хазары или половцы. У этих народов некоторые незамужние женщины иногда носили мужскую одежду, скакали верхом не хуже мужчин и даже наравне с ними участвовали в битвах. В роковой для русских битве при Каяле в 1185 году окруженных дружинников князя Игоря эти амазонки на скаку срывали арканами с коней. «Интересно, а что они делали с ними потом?» — мелькнула у Серёжи игривая мысль, впрочем, косвенный ответ на то был: позже некоторые из плененных дружинников на Русь не возвратились, а влились в степной коллектив, став мужьями этих половчанок. Надо думать, оценили их страстность не только в метании арканов, что у тогдашних русских ярославен, возможно, было в дефиците.

Тут же он пресек такой ход мыслей. Выстраивать подобные ассоциации применительно к Балжан, которая старше его на 17 лет, не комильфо для джентльмена, а себя он относил именно к этой категории.

Последняя – Даша, 28 лет, самая молодая из всех. Это полный антипод Балжан. Она невысокая и стройная, вполне в духе журнальных стандартов. В отличие от своих трех подруг, которые, мягко говоря, красотой не блистали, ее внешность вполне могла сойти за миловидную, если бы не одно «но». По выражению ее лица стервозность была видна с первого же взгляда. Хотя сейчас она вела себя вполне пристойно, это никого не могло бы обмануть.

А еще с Балжан у нее были явно непростые отношения. Например, они постарались даже рядом не садиться. Впрочем, Серёжа отметил это лишь мельком, отношения внутри этой компании его вообще не волновали, а мысли его сейчас были связаны с ожидаемым приходом Вики.

А она все не шла, хотя час уже прошел, а водки Серёже явно перелили. Впрочем, особо пьяным он себя не чувствовал, лишь было легкое головокружение при общем подъеме настроения.

— Немного запаздывает но вот-вот подойдет, — сказала Зинаида, внимательно наблюдавшая за его выражением лица. – Ты уж, дружочек, чуть-чуть потерпи. Можно потанцевать пока. Медленный танец, кавалеры приглашают дам.

Она нажала на кнопку магнитофона, и в комнате зазвучала неспешная песня Джо Дассена.

Серёжа не испытывал никакого желания танцевать, но в ином случае возникла бы некоторая неловкость. Поэтому он, согнувшись в церемониальном легком поклоне, протянул руку сидящей Серафиме. Она, приняв приглашение, поднялась с места, и они принялись неспешно встраиваться в ритмы песни лирического французского певца.

Почему-то прикосновение партнерши по танцу было для Серёжи приятным. Он даже на мгновение подумал, что будь ему самому сорок шесть… Впрочем, довести до конца эту мысль он не успел, потому что вдруг в голову пришел страх: а вдруг Вика сегодня вообще не придет? От этих тревожных раздумий его отвлек негромкий голос Серафимы:

— А можно слегка бестактный вопрос? Почему вы пригласили танцевать именно меня?

Серёже надо было проявлять находчивость и непринужденность в разговоре и за словом в карман не лезть, потому что эта дама была одним из возможных его рекомендателей, когда знакомство с Викой все же состоится. Поэтому он ответил:

— Я ростом ниже вас и немного из-за этого комплексую. А клин клином вышибают.

— Удивительная непосредственность, возможная только в восемнадцать лет — улыбнулась Серафима. – Представьте себе, а я слегка комплексую из-за своего высокого роста.

— Тогда давайте комплексовать вместе, — сказал Серёжа, и оба рассмеялись.

— Так, стоп танцы! – вдруг резко сказала Зинаида и нажала на выключение магнитофона. Песня Дассена мгновенно оборвалась. Серёжа с изумлением посмотрел на старшую из женщин. У возникло ощущение, что начинает происходить что-то странное.

— У меня важное сообщение. Для тебя, Сергей Батькович, — объяснила Зинаида. — Садись, сейчас его услышишь.

Он сел и выжидательно уставился на нее.

— Вика не придет! – словно отрубила Зинаида.

— Не придет? – тупо переспросил Серёжа. Он ничего не понимал.

— Потому что никакой Вики нет. Мы тебя разыграли.

— А… зачем? – с трудом нашел он слова.

— Вот это правильный вопрос. Отвечаю: мы живем здесь вчетвером, у нас как бы коммуна, стараемся, чтобы все было общее. Но есть одна проблема. Красотой мы, как видишь, не вышли, возраст наш сам знаешь, поэтому с личной жизнью у нас плохо. Мужиков вокруг все меньше, жизнь плохая, от нее они спиваются. И чем дальше, тем становится все хуже. А мы тоже иногда радости для себя хотим. Поэтому такое тебе предложение – на сегодня стать нашим общим любовником. А сложится хорошо, так и дальше тоже.

Сделав паузу, Зинаида добавила:

— Ты и внешне нам приглянулся, красивый, а заодно хорошо, что девственник еще. В сексе будешь слушаться, как себя вести, а для бабы это важно. Взрослым мужикам все хорошее только для себя нужно, а на то, чтобы женщине было хорошо, они кладут с пробором. Потому что знает, мерзавец, что баба от него так и так никуда не денется, так уж у нас на Руси сложилось. Но нам-то тоже хоть раз на своей улице праздника хочется. Имеем право?

Сказать, что Серёжа был ошеломлен – значит ничего не сказать. Ему показалось, что мир перевернулся. Может, он вообще спит? У него даже появилось желание себя ущипнуть.

Да, что-то такое в книжках он иногда читал. Но книжка – одно, а реальная жизнь – другое. О таких случаях он даже не слышал, и почему-то представить себе то, что сейчас озвучила Зинаида, он не мог даже гипотетически.

Зинаида старше его на 34 года, Серафима – на 28, Балжан – на 17, Даша – на 10.

И еще – их четверо! Четверо!

Может, это еще один розыгрыш? Но еще более странный. Да, наверное, это так. Хотя – непонятно для чего. Но тогда, чтобы не вызвать насмешек, на которые обычно обречен растерянный человек, он должен сохранить достоинство, собраться и отвечать в юмористическом духе.

Только вот какие слова найти после услышанного?

Но слова все же нашлись.

— Я почти не курю, иногда балуюсь, но такое неожиданное предложение заслуживает сигареты, — попытался он выдавить из себя улыбку, хотя сейчас здесь больше уже никто не улыбался. – Я выйду на минутку покурить и слегка осмыслю.

Он сунул руку в карман, где действительно лежала пачка сигарет («на всякий случай»), достал ее и спички и сделал шаг к двери.

Но дальше произошло совсем уж неожиданное.

Балжан, которая, как выяснилось, наблюдала за каждым его движением, сделала в его сторону пару плавных шагов, резко развернула Серёжу спиной к себе и мгновенно «зафиксировала», взяв сзади его руки в захват, который называется «замок». Машинально он попытался освободиться, но вырваться из железной хватки Балжан – бесполезная попытка. Не зря же она занималась борьбой и качалась.

— Потом покуришь, — отрезала Зинаида. – Сейчас твой ответ нужен. И он только один может быть. «Нет» не принимается. Убежать не сможешь, Балжан спортсменка, она тебя в два счета догонит, заломает и приведет обратно. Да и ключи от наружной двери только у нас. Мы в этом здании одни, как ты знаешь.

— А если я откажусь? – растерянно спросил Серёжа.

— Тогда тебе только хуже будет. Возбудим тебе член, пережмем специальным кольцом, чтобы не падал, и начнем тебя седлать. Будет больно, в смысле, тебе, а не нам. Загнуться не дадим, но импотентом останешься.

— Вас же посадят!

— А кто потом докажет? У тебя свидетели есть?

Зинаида усмехнулась и добавила:

— А вот если по доброму согласию, то только удовольствие получишь. Будем брать тебя не все сразу, а по очереди. Разрешим кончать, после каждой дадим отдых. В качестве отдыха будешь нам лизать там, где скажем. Ну, ты уже понял где. Все уяснил?

Розыгрыш приобретал все более космический масштаб. Может быть, здесь все с ума посходили? А что, бывают ведь случаи массового психоза. Только вот как в этой ситуации вести себя ему, который здесь единственный в здравом уме?

Впрочем, может быть, не только он? Кажется, есть еще один вменяемый человек в этом дурдоме.

Серёжа нашел глазами Серафиму, которая стояла на некоторой дистанции и держалась как бы отстраненно, и обратился к ней:

— Может быть, хоть вы мне объясните, что здесь происходит?