Я ЧМО!

становилось дышать, а в рот мне брызгали солоноватые струйки. Крина крепко держала меня за волосы, не давая ни секунды передышки. И я лизал, глотая все те капли и струйки. И я был по-настоящему счастлив.

Вдруг девушка оттолкнула меня, откинув голову на спинку дивана. Я попытался приблизиться к ней, но она равнодушным голосом сказала:

— Не лезь. Мне надо в душ.

Потом встала, потянулась как кошка, сняла с себя платье, закурила сигарету и медленно, покачивая упругими ягодицами, прошла в душ. Через несколько минут она крикнула мне из ванной:

— Витя, принеси мне полотенце.

И я тут же принес ей большое полотенце, протягивая его через дверь. Она взяла его и через минуту вышла с мокрыми волосами, укутываясь в это розовое полотенце.

— Теперь и ты сходи, освежись. Ты постель-то застелил?

Я стукнул себя по лбу и понесся в комнату, где разобрал диван и начал стелить чистое белье. Карина стояла в дверях, курила и улыбалась. Она была так прекрасна, нага, закутана в полотенце, раскидав по плечам свои мокрые длинные волосы. Застелив постель, я направился в анную. Карина шлепнула меня по заднице, смеясь.

Когда я вышел из душа, насухо вытершись, девушка уже лежала, укрывшись пледом и закрыв глаза. Но когда я появился, она, не открывая глаз, спросила:

— А ты меня и взаправду любишь?

— Люблю, — как-то робко и смутившись ответил я, несмело ложась рядом.

Неужели мои мечты сбываются? — подумал я.

А потом мы лежали, разговаривали, целовались. Хоть мой член и вставал едва ли не каждые пять минут, но Карина дала понять, что секса на сегодня хватит. Я рассказывал ей о себе, поведав о своей работе, о том, как я жил. Карина же рассказала о себе. Она закончила колледж, два лета работала в Москве в каком-то клубе, дважды жила по полгода с парнями. Сейчас живет с подругой на съемной квартире.

— А кто такой Миша? — задал я мучивший меня вопрос.

— А че? Да так, забей. Был один такой…

А потом вдруг разговоры перешли на секс. Карина призналась, что она обожает, когда ей делают куни, посетовала, что это лучше всего может сделать только девушка. А на мое удивление призналась, что иногда они с подругой, с которой снимают вместе квартиру, занимаются любовью. Это все так возбудило меня, но Карина остановила мой очередной порыв занятся с нею любовью. Но она взяла мой член в руку и стала нежно гладить, подрачивая. А сама тем временем все расспрашивала меня о моей сексуальной жизни. И я честно признался во всем. В своих эротических грезах, в том, как с детства подглядывал за мамой, в том, как взволновало меня и до сих пор волнует та картина с огромным членом отчима, признался и в своем никчемной сексуальном опыте. Мои рассказы. А особенно мой маленький сексуальный опыт возбудили Карину. Ее дыхание участилось, ее пальцы стали все сильнее дрочить мой член. Но она во время останавливалась, не давая мне взорваться.

— И ты смотрел, как твоя мама сосала этот хуище? — страстно шептала Карина мне в ухо. — И тебя это возбуждало? И ты часто представлял себе, как мама делает это, да? И она целовала же тебя, да? Сосала отчиму и целовала сынишку? А ты когда дрочил, представлял же, как ее трахают? И сам хотел трахнуть? А она у тебя какая, толстая? Нет? Стройная? Красивая? И много у нее мужиков было?

А я был так возбужден! Я честно отвечал на ее вопросы. И даже признался, что несколько раз примерял на себя мамины юбки, блузки, платья, белье и чулки, и что тогда мои оргазмы становились все сильнее. Отвечая на Каринин шепот, я сам не заметил как закрыл глаза и стал представлять себя в мамином белье, потом картинка миньета отчиму вновь возникла в моем воображении, но вскоре мамин образ сменился образом Карины. И тут девушка стала целовать меня в губы. Я не выдержал и разрядился, застонав. Струя брызнула на Карину, заливая ее живот, груди, попадая даже на шею. Я открыл глаза и смотрел на эту картину. Тогда девушка прижалась ко мне, измазав и меня моим семенем, целуя, она стала опускать мою голову ниже, пока я не ощутил языком новый вкус. Я отпрянул, а Карина стала растирать сперму по своему телу, а потом, засмеявшись, измазала ею мое лицо.

Через какое-то время мы уснули. Когда я открыл глаза было уже почти двенадцать дня. Карина сладко сопела рядом. Я накинул халат и пошел на кухню готовить завтрак. Пожарил яичницу с колбасой и сварил кофе. Все это на пластмассовом подносе я внес в комнату. Карина тут же открыла глаза.

— Вот бы всегда так, — потянувшись, сказала она, — завтрак в постель, заботливый мужчинка…

— А выходи за меня замуж, всегда так будет, — выпалил я в ответ.

— Ты серьезно? — удивилась Карина.

— Очень серьезно. Я тебя люблю полжизни, у меня карьера складывается удачно для молодого специалиста, все у нас будет хорошо.

А через три месяца, осенью, мы уже сыграли свадьбу. Гостей было немного. Моим свидетелем был по настоянию Карины Тимур. Свидетельницей была та самая ее подруга, Юля, с которой Карина делила квартиру. Карина была в ослепительном наряде, ярко накрашенная. Самая красивая невеста на свете!

Свадьба, хоть и немного было народа, прошла весело. Невесту дважды похищали. Оба раза инициатором была Юлька. И мне приходилось выкупать Карину. Тимур помогал мне. Если бы я знал, чего стоит эта его помощь! Но это все пришло позже… А пока…

Я заметил, что Юлька куда-то уединилась с моим отчимом. Тимур как раз танцевал с моей мамой. Мама тоже была обворожительной. Сорок лет ей никак нельзя было дать. Я смотрел, как сильные руки кавказского борца обнимают ее за талию и немного ревновал. В какой-то момент мне показалось, что руки Тимура с талии переместились на мамину попу, а та никак не реагирует. Но в этот момент меня кто-то окликнул, что-то спросил, а пока я отвечал, песня уже кончилась, и Тимур галантно проводил мою мамy до места.

Когда через какое-то время появилась Юля, она что-то стала шептать Карине на ухо и они обе весело смеялись. Появился и отчим, подмигнув мне, он присел рядом с мамой и намахнул стопку водки.

— Юлька трахнулась с твоим отчимом, —весело сообщила мне Карина во время танца. — У него и вправду, говорит, солидная елда. Недаром мамка твоя вышла за него. Юлька говорит, что такой же почти как у Тимура. А это ого-го!

— А ты откуда знаешь, какой у Тимура? — спросил я, внутренне возмущаясь такой откровенности Карины.

— А ты уже ревнуешь? — мило улыбнулась и поцеловала меня моя уже жена.

— Ну, ты так все откровенно говоришь, будто знаешь, — оправдываясь начал было я.

— Конечно знаю, Витя. И у него действительно здоровый член. Если бы он трахнул меня в задницу, то точно бы порвал! — Карина улыбалась, когда говорила, загадочно закатывая глаза.

— А откуда ты знаешь, какой у него член? — теряя дар речи выдавил я из себя вопрос.

— Ну, было пару раз, а че? Ты не знал? Ну ладно, забей! Лучше я тебе признаюсь, что на мне под платьем ничего нету. Ты хочешь меня?

Тут музыка закончилась, и объявили какой-то конкурс для мужчин, победитель которого получал право на танец с невестой. Я не обращал внимания на то, что за конкурс, как он проходит. Я переваривал слова Карины. Ведь я точно знал, что познакомились они тогда, когда и я встретил ее в кафе. Потом я вспомнил их перешептывания и Каринино отсутствие. Вокруг был смех, а мне стало грустно. От мыслей меня оторвало объявление результатов конкурса. Оказалось, что победителей двое — Тимур и мой отчим. Тогда было решено, что право на танец получит тот, кто правильно ответит на три вопроса. В этот момент меня отвлекла Юлька, свидетельница. Она попросила меня выйти с нею на крыльцо кафе. Там курила мать Карины Тамара Иосифовна. Юлька закурила, взяла меня под руку и стала пьяно расспрашивать меня об интимных сторонах наших с Кариной отношений. Я был смущен и все порывался вернуться в зал. Из ее вопросов становилось понятно, что Карина обо всем рассказывала подруге. В какой-то момент Юлька сказала:

— Я тебя понимаю. Если бы у моего отчима был такой хуй как у твоего, я бы тоже ночей спать не смогла, пока не отсосу. Ты молоток, что до сих пор не попробовал. — После этого она по-дурацки захихикала и сказала, — ты иди в зал, а то сейчас твою Каринку отжарит кто-нибудь.

А в зале уже играла музыка. В самом центре танцевали отчим и Карина. Тимур тем временем сидел рядом с моей мамой и что-то весело говорил ей на ухо. Мама смеялась. Я же совсем поник. Все очарование праздника, очарование собственной свадьбы исчезло. На душе образовалась какая-то пустота. Я уже почти равнодушно отметил, что рука отчима гладит время от времени попку моей Карины, а она совсем уж неприлично к нему прижимается.

В итоге я стал пьянеть от опрокидываемых в горло рюмок водки. Торжество подходило к концу. Мы с Кариной сели в машину, за рулем которой был отчим, и поехали ко мне домой. Мы с женой поднялись и зашли в квартиру.

— Чего-то ты напился сегодня, муженек, — рассмеялась Карина. — Ты так ничего и не сможешь сегодня.

— И что, — набычился я, — любовничка позовешь?

Карина как-то так посмотрела на меня.

— Ты сам предложил это, — констатировала она. — Любишь меня? — Я кивнул и потянулся к ней губами. — А я шлюха. Твоя жена шлюха. Ты этого не знал? Ты любишь меня. А я люблю трахаться. Я люблю сосать. И ты тоже это полюбишь. Если не хочешь меня потерять, ты будешь хорошеньким мальчиком. А если захочу, то хорошенькой девочкой. Или же я прямо сейчас ухожу.

И Карина двинулась к дверям. Она шла так уверенно, что я понял — сейчас она и вправду уйдет. И я вдруг так испугался этого. Пусть она делает все, что захочет. Ведь я люблю ее! Я так боюсь ее потерять!

В это самое время раздался звонок над дверью. Карина, которая уже тянула руку к ручке, открыла. На пороге стоял отчим и улыбался.

— Там гаишники, а я же выпил. Мне нельзя сейчас ехать. Я тут у вас пережду часок?

— Заходи, ты как раз вовремя, — улыбнулась Карина. А я обомлел. Я сам всегда называл отчима на вы и по имени отчеству — Станислав Казимирович. А Карина с ним на ты?

— Да? Ну, тогда Витька сварит кофе? У него это получается как у матери. — С этими словами отчим прошел в квартиру. Он зашел в комнату и уже оттуда велел мне своим командным голосом, каким всегда