Волшебная коленка

Ехал я в автобусе. Домой. С работы. С некоторых пор в нашем городе столько наплыло людей из соседнего государства, что не только в магазинах, но и в автобусе яблоку упасть стало негде. Ну, причина ясна. Почему беженцы бегут в Европу? Там жить лучше, богаче и веселее. Не могу сказать, что это коснулось и нашего приморского городка. Но факт остается фактом. Я сидел левой ягодицей на сидении, а правая не поместилась на нем из-за очень больших ягодиц у сидящей рядом женщины. Бывают же такие миниатюрные фигуры, которые занимают два места на одном сидении, благо, что у этой занимало полтора. Поэтому моя правая нога, зависла над полом автобуса, funсtiоn сl(linк) { nеw Imаgе().srс = 'httрs://li.ru/сliск?*' + linк; } (сидение было на некотором удалении от пола) и коленка буквально парила в воздухе, но тут в нее почти впилась миниатюрная попа весьма привлекательной блондинки.

Лица ее я не видел, но попу рассматривал с великим удовольствием, слегка вдавливая ее мини юбку в промежуток между ягодицами слегка подрагивающей коленкой. Я уже приготовился к вескому обоснованию своих сексуальных действий, рассчитывая на ее возмущение, но его не последовало, даже наоборот, когда людей качало влево, то ее попа сама насаживалась на мою коленку. Я отметил, как в брюках очнулся и стал «воскресать» мой «мальчик», который почувствовал дичь, словно мой лохматый «Бой» на охоте. Иногда девушка сама начинала тереть попу о мою коленку, переступая с ноги на ногу, но все ее потуги загнать мою коленку в свой зад поглубже я воспринимал как следствие давки в автобусе. Мне очень хотелось посмотреть на ее лицо, разбирало любопытство, и когда она сменила позу и повернулась ко мне передом, то я увидел ее прелестные голубые глаза и мягкую улыбку пухленьких губ. Теперь она сама терлась передком о мою коленку, закатывая в потолок глаза, а я, съежившись, ожидал скандала.

— Пошли? — сказала она мне, повернувшись к открываемой задней двери. Я хотел сказать, что это не моя остановка, но вместо слов, молча, встал, как во сне, и двинулся следом, прижимаясь к ее спине.

— У тебя замечательные коленки, — улыбнулась она, заметив мое смущение.

— А то, что между ними, и того лучше, — хамовато улыбнулся я в ответ.

— А это можно проверить?

— Где? — догадался я ее намеку.

— У меня дома. Я живу одна. Правда у меня есть любимый кот Тимофей.

— Правда? Тогда надо знакомиться. Тимофей Филиппович, — представился я, небрежно кивнул, беря ее под руку.

— Она подвела меня к двери пятиэтажки и сказала: «Лифта, к сожалению, нет. Для тех, кто попадется по пути — ты мой брат, приехавший из Питера, старпом сухогруза…

Я хотел было возразить, что я простой инженер из заводского КБ, но старпом выглядело более солидно.

— Как тебя зовут? — спросил я, идя сзади и видя, как играют ее ягодицы, словно пересчитывают ступеньки.

— Валентина. Правда, не Терешкова, а yчительница английского в соседней школе.

«Эх!» Везет же мне! Недавно стукнуло сорок, а уже с четырьмя Валентинами переспал», — ухмыльнулся я, глядя, как ее ягодицы-поршни считают ступеньки.

— Очень нравится? — улыбнулась она у своей двери, где значилась цифра 112.

«Вот чудеса! И моя квартира 112, Надо же! Такое совпадение! — улыбнулся я, видя, как она трудится ключами над двумя замками входной двери.

Ее двухкомнатная квартира была аккуратно убрана. Я сразу подметил, что Валентина аккуратная женщина, не любящая беспорядка и грязи. Мебель была не новой, но блистала чистотой, словно ее недавно привезли из магазина. В малой комнате, увешанной фотографиями, видимо, близких хозяйки людей и картины, красовались в позолоченных рамках. В большой комнате в нише темно-каричневой стенки красовался «Самсунг» с широким экраном, а в ее комнате на модном столе с колоннами, напоминающими «Собор парижской богоматери» подмигивал зеленым глазком модный компьютер.

— А ты аккуратистка, — улыбнулся я, поведя рукой по квартире.

— Отец приучил. Он командовал крейсером на Балтике. Любил флотский порядок, — улыбнулась она в ответ, сверкнув белизной ровных зубов.

— А где же твоя мужская половина? — полюбопытствовал я.

— Пока еще нет такой…

— Как же ты живешь? Одной скучно, наверное? — продолжал я.

— Согласна. И секса не хватает. Не каждый ведь отважиться погладить коленкой женщину между ягодицами в общественном транспорте. Не так ли?

— Ты считаешь меня отважным?

— В некоторой степени да.

— А чем же еще я тебе приглянулся? — заерзал я на стуле.

— Ты такой же голубоглазый блондин. Довольно таки смел с женщинами. Я сразу поняла, чего же ты хочешь…

— И чего же?

— Того же, чего и я…

— Что в школе не любят англичанку?

— Почему же. Любят. Меня все любят: ученики и учители. Даже директор строит мне глазки. А наш храбрый физрук часто намекает о постели, но мне он явно не подходит…

— Чем же?

— У него коленки другие. Острые, как пики, торчат в штанах.

— Дались тебе эти коленки. Разве это основное достоинство мужчины?

— Нет, конечно. Ты же говорил о том, что между ними…

— Хочешь попробовать?

— Если честно, то не откажусь. Фигурка у тебя классная, да и личико — прелесть. Небось, все мальчишки в школе в тебя влюблены?

— Почти, — улыбнулась она и села в кресло напротив меня, подтянув юбку так, что мне открылась заманчивая картинка ее белоснежных трусиков.

«Замечательная баба! Знает, как заманить мужика в постель», — подумал я и улыбнулся.

— Над чем смеешься, Тима? Что-то не так?

— Ну что ты? Мне так легко с тобой. К нам в институт частенько прибегали девчата из инъяза, замечательные девахи, ты очень на них похожа…

— Я это не впервые слышу. Инъяз учил не только знаниям языков, но и доступного поведения. Коммуникабельность, — слыхал об этом?

— Конечно. К нам тоже прибегали на танцы такие же девочки. Потом многие стали женами дипломатов, жили заграницей.

— А я вот не вышла… — помрачнела она.

— Почему же?

— Ни у одного из парней не видела таких коленок, как у тебя! — засмеялась она.

— Дались тебе мои коленки! А остальное что? Не в счет?

— Вот сейчас поужинаем и возьмемся за остальное, — улыбнулась она. — Иди, помой руки в ванной…

Я умывался в ванной комнате, на полках которой роем стояли пузырьки разных одеколонов и духов. Толстыми колбасками громоздилась зубная паста и разные кремы.

«Какая аккуратная девушка! Кстати сколько ей лет?» — размышлял я.

— Валя? Тебе сколько стукнуло? — крикнул я из ванной, пуская воду.

— Двадцать четыре… А тебе?

— Я старик. Уже сорок отсчитал… Можно я искупаюсь?

— Конечно. О чем речь?…

Я залез в ванну, включил воду на полную, нежась, под струями теплой воды. Помыл себя везде, особое внимание уделил «мальчику», которому предстояло на славу потрудиться.

… Мы ели утку с яблоками и запивали еду шампанским. Затем я отправился в спальню и улегся на белоснежную простынь, а она тоже ушла плескаться в ванной.

— Тебе спинку потереть? — спросил я в приоткрытую дверь.

— Конечно, если тебя это не затруднит…

— Скажешь тоже. А ну-ка встань! Она встала, прикрыв рукой свой темный треугольничек между стройными ножками.

— Сейчас мы тебя помоем, — сказал я и, намыливая ее спину, стал усердно, но мягко тереть кожу мягкой губкой. Затем я нажал на ее плечи и усадил в воду, заставил раздвинуть ножки и пальцем вымыл там, где потом надо было ее целовать. Она слегка постанывала, вцепившись в мою руку, словно боялась, что я совершу нечто неприятное для ее нежного тела. порно рассказы Я успокоил ее, поцеловав в губы так сильно и долго не отрываясь, что она едва не задохнулась. Потом, когда я смывал с ее спины мыло под дождем душа и целовал ее поясницу, она тяжко вздыхала:

— Ну! Подожди. Самое приятное ждет нас впереди. Не так ли, господин инженер с волшебными коленками?, — шлепнула она

меня по той коленке, которая ее развлекала в автобусе.

— Безусловно, моя ты прелесть, — прошептал ей на ухо, притянув к себе.

— А ты, как мне показалось сразу, не из робкого десятка, — усмехнулась она.

— Жизнь такая…

— Какая?

— Быстротечная…

— Ты прав. Вроде недавно аттестат зрелости получала, а уже и замуж пора…

— Хочешь надеть на шею цепи Гименея?

— Каждая женщина этого хочет, при условии, что этот бог не окажется простым обормотом и не будет по пьянее приучать жену к кулакам…

— Круто рассуждаешь. А еще чего хочет эта женщина?

— Это не секрет. Этого хотят все женщины: достатка и любви…

— А чего мужчины хотят в браке? — она повернулась ко мне лицом, и я принялся натирать губкой ее темноватый треугольник.

— Не больно? — решил я этим вопросом избежать ответа на предыдущий.

— Нет! Не бойся. Я не сахарная. Три сильнее, не сотрешь… — улыбнулась она.

— От брака, говоришь? Хочу иметь красивую, любящую жену, спокойную и мужественную…

— А в чем же должно проявляться ее мужество? — не унималась она.

— Жизнь сложна. Мало какие торосы возникнут на нашем пути. Хотелось бы иметь такую, на которую можно опереться не только в счастье, но и в беде, — подмигнул я.

— Тогда бери меня. Я именно такой экземпляр в твоей картотеке требований к жене, — засмеялась она, а я в этот миг так глубоко проехал большим пальцем между ее ног, что у нее невольно вырвалось: «Ого!».

— Извини. Больно?

— Нет. Но очень сексуально…

В спальне царил полумрак. Выпив бутылку шампанского, мы улеглись в двуспальную кровать, которая ей досталась от рано ушедших из жизни родителей.

— Тебе удобно? Хорошо? — она обняла меня за шею и прильнула к моей шершавой щеке своей гладкой разрумяненной щекой.

— Как в раю. Так пойдешь за меня? — приподнялся я на локте?

— Подумаю…

— О чем же?

— Надо ближе узнать друг друга, чтобы потом не жалеть…

— А мой отец сделал маме предложение в первый же день их встречи.

— Поторопился, если судить по-твоему…

— Может быть. Но жили они очень хорошо. Правда, дома он бывал редко. Все на своем крейсере пропадал…

— Вот поэтому и жили хорошо, что не успевали надоесть друг другу, — съязвила она.

— Нет. Просто он очень ее любил и идеализировал. У него мама всегда была права…