Выигрыш

Тело её подрагивало, выдавая желание. Но Настя молчала и стояла, не шевелясь, опершись руками в стенку. Он приблизился к ней, слегка раздвинув её ноги своей ногой, и ладошкой стал мыть упругие губки, слегка теребя пальцами, проводя по сжимающемуся под его пальцами входу, нежно лаская подрагивающую бусинку. Пальцы заскользили в её обильной смазке. Не выдержав больше, Стас наклонил её ниже, так, что руки Насти соскользнули на край ванны, и тут же с размаху засадил ей весь член, до самого лобка. От резкого вскрика девушки, он замер, чувствуя, как что-то сразу потекло по ногам. Он посмотрел вниз и увидел тонкую струйку крови, расплывавшуюся по мокрой ноге.

 — Настюша… потрясенно прошептал он, чувствуя, как тело девушки сотрясается от рыданий в его руках. А она плакала больше от обиды, не от боли, которая постепенно покидала её дрожащее тело, от того, что представляла она этот первый раз не так, не с тем. Разбились её розовые мечты и прекрасном принце на белом коне, который брал бы её нежно и ласково, снимая боль поцелуями. Молча развернув Настю, Стас нежно, подставляя ладони под воду, смыл кровь с её ножек, с маленьких и плотных половых губок, вылез из ванной и как был мокрый, прошлепал в спальню. Вернулся с большой простынёй. Осторожно вытер девушку мягким полотенцем, завернул в простыню и отнес на кровать. «Я скоро вернусь», — сказал ей вполголоса, быстро оделся и ушёл, закрыв дом на ключ.

Вздрагивая и всхлипывая, Настя забылась тревожным сном. Часа через два она проснулась и почувствовала, что очень голодна. Она достала из сумочки коротенький халатик, одела его и пошла исследовать дом. На первом этаже нашла кухню, открыла огромный холодильник. Холодильник был пуст, только сиротливо лежал засохший кусок сыра. Она вернулась в комнату с камином, залезла с ногами на кресло и включила телевизор, уставившись невидящими глазами в экран, где прыгали и кривлялись артисты, пытаясь развеселить плоскими шутками зрителей.

Очнулась от своих дум от шума подъехавшей машины, услышала звук отрываемой двери, но не шевельнулась. Стас вошел в комнату на звук работающего телевизора, в руках у него было два больших пакета и огромный букет алых живых роз. Молча подойдя к ней, он опустился на колени, положив на её подогнутые ножки колючий букет. Настя погладила его по голове и тяжело вздохнула. Он встал, протянул ей руку, они так же молча прошли в кухню, где Стас разобрал пакеты с едой.



Красивая большая кухня освещалась в сумерки двумя изящными свечками. Тихая музыка и мерцание пламени настраивали на романтический лад. Настя молча смотрела в тарелку, не спеша доедая салат и запивая легким вином. Стас весь ужин рассказывал смешные истории, иногда вызывая слабую улыбку на её симпатичном личике. Она слегка вздрогнула, почувствовав его руку на своей, подняла глаза и увидела его карие глаза, прямо перед своими. «ПРОСТИ МЕНЯ, ДЕВОЧКА!» — столько боли и раскаянья было в этих глазах, что она сразу поверила в искренность его слов. Потом они ели мороженое, разговаривали на разные темы, пока стрелка часов не перевалила за цифру 2. Стас остался смотреть телевизор, а Настя поднялась в спальню, скинула халатик и мгновенно заснула.

Нежные, острожные поцелуи пальчиков на ногах разбудили её. Она тихонько притаилась под легким одеялом, ощущая, как губы Стаса целуют и балуют каждый пальчик на ноге, медленно продвигаясь все выше. Настя почувствовала как возбуждение охватывает её тело, поднимаясь снизу живота, внутри, словно пустота заполняется живым и трепещущим чем-то, ласкающим и обнимающим. Стас руками осторожно, но решительно раздвинул её точеные ножки и уверенно лег между ними, вдыхая аромат проснувшегося девичьего тела. Осторожно тронул языком упругие губки, провел по ним несколько раз и удовлетворенно почувствовал как они раскрываются под его опытным языком, открывая путь в долину наслаждения. Слегка приобняв Настену, он руками крепко взял её за круглую попку, намериваясь не дать ей вырваться в любом случае. Язык заплясал на её уже возбужденных губках, поглаживая их то с нажимом, то легко, порхая, слегка касаясь как крылом бабочки. Настя хотела сжать ножки, но не смогла, желание захлестнуло её, давя все попытки к сопротивлению. И тогда она просто отдалась на волю чувств и ощущений, вцепившись руками в постельное белье. Язык волновал, возбуждал, заставлял приподнимать попку навстречу ему, совершать движения вслед за ним. А он порхал сверху, касался створочек этой чудесной раковины, дразня и сводя с ума. Несколько раз словно случайно, он проникал внутрь её горячего лона, ощупывал стеночки и тут же выскальзывал обратно, словно стеснялся зайти дальше. Настя непроизвольно приподнимала бедра, стараясь насадиться на него и сжимала в кольцо мышцы, упрямо не выпуская его. Но он вновь скользил по губкам, слегка касаясь истекающего нектаром входа в сладкую пещерку. Стас кончиком языка раздвинул небольшие складочки и лизнул нежную возбужденную жемчужинку, напрягшуюся и уже выступающую наружу. Настю словно пронзило током! Она дернулась всем телом и громко застонала, тотчас её руки переместились на его голову, прижимая её крепче. Его язык сразу задвигался сверху вниз по клиторочку, словно по стволу небольшого члена, дроча и дразня. Он больше не задевал чувствительную бусинку, а выписывал пируэты языком на самом клиторе, то посасывал его, то похлопывал языком, то проводил по нему всей поверхностью языка, то мял его губами, то нежно покусывал, то рисовал самым кончиком на нем восьмерки. Всё это он делал не спеша, дразня и возбуждая её все больше. Настя стонала, вскрикивала, извивалась в его руках, вонзая ногти в его голову и плечи, то подмахивая всем тазом, то пытаясь уйти от настойчивого языка, который подчинил её своей воле, глуша и отключая сознание. Сладкая волна наслаждения и бескрайнего удовольствия накатывала на неё, поднимая к самой вершине, к пику, но вдруг откатывала обратно, не давая сорваться вниз. Настя стонала от сладостного предвкушения и разочарования, двигая все быстрее бедрами, в нетерпении подставляя

истекающее лоно под его язык. Но он не торопился, все сильнее разжигая костер её страсти. В одно из мгновений, тело девушки задергалось сильнее, и он понял, что нашел самую чувствительную точку возле клитора. Несколько раз Стас доводил Настю почти до пика, но прекращал ласку, ведущую к этому, переключаясь на другие не менее чувствительные точки, и только почувствовав, что стоны её стали более требовательными и сексуальными, тело дрожит от желания, а бедра насаживаются на его умелый язычок, только тогда он завел два пальца внутрь мокрого и горячего кратера, а языком исполнил танец «язычка колокольчика», когда кончик языка быстро дрожит и вибрирует в самом центре возбужденного клитора. Судорога прошла по её телу, раз и ещё раз, и ещё… Настя зашлась в крике, извиваясь, вырываясь из его рук, подбрасывая и выгибая тело в сладком, длительном и мощном оргазме. Она словно утонула в этой волшебной волне, накрывшей её с головой, не соображая ничего и царапая красивыми холеными ноготочками постельное бельё, собирая его в кулачки. Он оторвался от неё только, когда она затихла. Осторожно языком слизал нектар с её раскрытой розочки, поцелуями поднялся выше и навис над ней, стоя на руках и глядя в её ошалевшие и восторженные глаза. Его стоящий член чуть подрагивал в нетерпении, разбух и немного побаливали ячики, но он не торопился. Слегка поводил головкой по мокрым губкам, вызывая снова трепетную дрожь её тела в испарине, а затем головкой разведя губки, стал медленно и нежно вводить его во внутрь жаркой, узкой пещерки. Постепенно углублялся, все дальше, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не сделать снова больно. Настя развела ножки шире, давая войти ему полностью. Войдя весь, он замер, словно давая привыкнуть к размеру, ощутить заполненность нежной киски. Не опускаясь, также стоя на руках начал медленные движения, заводя его полностью и на выходе не вынимая головки. Движения становились все быстрее и резче, он старался не потерять голову, но узость пещерки, её страстное прерывистое дыхание, стоны сквозь губы подстегивали его, продвигая к концовке. Вдруг она тихонько сжала мышцами влагалища его воспаленную головку и он, зарычав, с силой вошел в неё, раз за разом, с каждым движением мощно врываясь и долбя. Судорога пробежала по телу, член стал сокращаться, освобождаясь от накопившейся спермы, выплескивая её в это гостеприимное и нежное лоно. Как же он был поражен, когда её тело в ответ приподнялось под ним и изогнулось, ногти впились царапая его плечи, а Настя громко застонав снова зашлась в оргазме, коротком, но чувствительном. Руки Стаса дрожали от напряжения, он осторожно вышел из неё, хлюпнув перемешавшимися соками. Лег рядом, прикрыв глаза и успокаивая сбитое дыхание.

Он удивленно открыл глаза, когда пальчики Настеньки заскользили по его груди, а губы нежно поцеловали его. «Я кушать хочу!» — заявила она, легко соскочила с кровати, накинула халатик и убежала вниз. Не успел он подняться, как она вернулась с бутербродами и соком на подносе. Она протянула ему стакан, он поймал её маленькую ручку и поцеловал пальчики.

Так прошла неделя. На третий день Настя позвонила домой, сказала, что с ней всё в порядке и она ещё задержится дня на три — четыре. Родители не возражали. За эти дни они освоили все комнаты и места мало-мальски подходящие для секса. Настя оказалась очень страстной девочкой и хорошей ученицей. Они освоили все места и позы, какие только знал опытный Стас, и какие могли придумать сами. Единственное, что никак он решался просить её — это минет. Накануне её отъезда домой, он съездил за продуктами для прощального ужина и вручил ей небольшую коробочку с обручальным колечком. Девушка открыла коробочку, в задумчивости постояла немного. «Я тебя не тороплю, — произнёс огорченно Стас, — пусть она стоит на камине. Если ты возьмёшь её, я пойму, что ты приняла мой предложение». Он поставил коробочку на камин.

Легкие движения разбудили его, он почувствовал Настины пальчики на своём члене в утреннем стояке. Чуть приоткрыв глаза, продолжая притворяться