В рабстве у фетишиста

ярость. Сама не знаю как, но мне удалось развернуться и залепить негодяю звонкую пощёчину.

Больше мне ничего не удалось сделать. Подошедший на помощь первому второй верзила, заломил мою левую руку, а тот, которого я ударила — правую. Вдвоём, они согнули мне спину, и я так и стояла, задницей к восседавшему на кресле седовласому ублюдку, крича и плача.

— Выебать бы тебя за твоё неповиновение — услышала я позади себя хрипловатый голос, — Вот прям этой штукой — я ощутила на своей ягодице прохладный стальной наконечник трости, — Да только не интересно мне это уже, натрахался я уже за свою жизнь...

— А вот мальчики не прочь, правда ребята? — сволочи одобрительно загудели.

Моё лицо находилось в непосредственной близости от паха одного из них, повернув голову, я ясно видела его вздувшиеся чёрные брюки.

— Что... вам... от меня... нужно? — прохрипела я, бугаи уж очень сильно заламывали мои руки, не давая мне распрямиться.

— Скоро узнаешь... Ребята, поверните её ко мне.

Амбалы, не давая мне распрямиться, развернули меня в сторону главного. Мой взгляд упёрся в его пах, но, по всей видимости, там было всё спокойно.

— Ещё раз выкинешь подобный фокус — пожалеешь — главарь взял меня за подбородок, приподнимая моё лицо.

— Мальчики, отпустите её.

«Мальчики» отпустили мои руки, я распрямила спину, поведя затёкшими плечами. Осознание того, что я стою перед тремя незнакомыми мужиками без трусов, в одном лишь бюстгальтере, пришло спустя секунды три. Вскрикнув, я закрыла руками промежность.

— Руки! — рявкнул седой и стукнул тростью об пол.

Задрожав, я отдёрнула руки. Я стояла чуть жива, а старый мерзавец подошёл вплотную ко мне, крякнув, присел передо мной на корточки и уставился мне между ног...

Я всегда следила за собой. Волосы на моей промежности короткие, светлые и не очень густые. Я регулярно брила их там, оставляя лишь чуть заметную светлую полосочку. На половых губах их у меня и без того почти нет.

Также я тщательно следила за своими ногами, орудуя бритвой и пеной не реже одного раза в три дня.

— Неплохо, неплохо — толстяк провёл ладонью по моим гладким ногам.

— Ну, последний штрих — сумасшедший распрямился, — Подойди к моему креслу, встань на колени, руки и грудь положи на кресло...

— Нет... Нет!!! — я отчаянно замотала головой, и в тот-же момент седой посторонился, и я ощутила сильный толчок в спину.

Я плюхнулась на колени перед самым креслом, амбал-Андрей вжал моё лицо в красную седушку. Ощутив тошнотворный запах плоти хозяина этой комнаты, вперемежку с запахом натуральной кожи, я ощутила позывы к рвоте, а подошедший сзади главарь раздвинул пальцами мои ягодицы.

— Ты, я вижу, никак не поумнеешь? — его палец прикоснулся к моему анусу.

Я затаила дыхание, ожидая самого страшного.

— Как я и думал — ничего нет... Одевайся — он чуть шлёпнул меня по ягодице.

Воя от стыда и ужаса, я вскочила на ноги и кинулась к куче своей одежды, лежащей на полу неподалёку.

— Видишь ли, меня привлекают женщины с... волосами, в самых разных местах — старый подонок вновь уселся в своё кресло и закурил новую сигару.

Глотая слёзы, я натягивала трусы.

— С волосами у тебя не очень, но это только пока — урод засмеялся, подавившись дымом.

— Ты пока побудешь у меня, некоторое время... Стоп!!! Совсем забыл! Подойди-ка сюда... — он стукнул тростью по полу.

Я застыла, не успев до конца натянуть колготки. Придерживая колготки руками, подковыляла к креслу.

— Грудь покажи — его приказ прозвучал как что-то само собой разумеющееся.

Без эмоций, как робот, я завела правую руку за спину и, открыв замочек лифа, вывалила свои груди.

Груди у меня большие, сочные. Почти четвёртый размер.ягодицы и демонстрировала мужчине кружочек ануса.

Вокруг сосков и вокруг ануса за все три месяца у меня не прибавилось ни волоска, а вот в промежности и в подмышках спустя месяц у меня выросла целая светлая роща. Да и на ногах образовался целый реденький лесок.

Всё это безумно радовало моего таинственного фетишиста. При осмотрах у него радостно блестели глаза, он даже просил у меня разрешения погладить мои лобковые волосы или провести своей щекой по моей волосатой ноге.

Иногда, разглядывая меня, вытаскивал из штанов свой член и с наслаждением мастурбировал. Но меня не домогался и к сексу меня не принуждал.

И вот как-то раз, когда я обросла волосами как обезьяна, так, что вовсю топорщились трусы, из подмышек волосы торчали во все стороны, а ноги напоминали ноги мужика, меня вновь привели на осмотр.

Мой таинственный фетишист, имени которого я так и не узнала, был одет как при параде, в элегантный белый костюм и галстук-бабочку.

Когда Андрей ввёл меня в зал, мой фетишист встал со своего кресла, приветствую меня.

— Анна, присаживайся, пожалуйста — он указал на кресло, стоявшее напротив его.

Это было странно, раньше второго кресла там не было. Поблагодарив, я села, сведя колени вместе. Я была одета как и в тот день, когда я сюда попала: туфли, колготки, юбка и блузка.

— Сегодня я тебя отпущу — проговорил он, — Жаль, конечно, но ничего не поделаешь.

Моё сердце затрепетало от радости. Нет, к постоянным унизительным осмотрам я уже привыкла, даже привыкла к своему заточению, но я была оторвана от мира, от семьи... Находилась в полной социальной изоляции.

— ... попрошу тебя раздеться — долетел до меня голос моего фетишиста.

— Пожалуйста, разденься ещё раз, полностью, и встань передо мной — повторил он.

Теперь уже для меня это было пустяковым делом. Я встала со своего кресла, расстегнула пуговицы блузки, потянула за молнию юбки, сняла её. Разулась, стянула колготки, ухватилась пальцами за резинку белых трусиков.

— Стой, стой! Подожди! — седовласый вскинул руку, устремив взгляд на мои трусы.

Белая ткань трусов выпирала плотной подушечкой, из-под тканевого треугольника в разные стороны лезли светлые пряди лобковых волос.

— Оставь пока так, снимай верх — его брюки вздыбились в районе паха.

Я сняла блузку и лиф. Привычно подняла вверх руки. Из-под подмышек выскочили кусты таких-же светлых, длинных волос.

— Какая ты... настоящая... — прошептал фетишист, засовывая руку под ремень своих брюк.

— Приспусти немного трусики... — прошептал он, надрачивая член в своих штанах.

Я подчинилась. Не опуская правую, левой рукой я стянула трусы до середины бёдер, оголив светлые заросли лобковых волос.

— Поиграй, поиграй с волосиками... — заикаясь, смахивая со лба пот, прошептал мужчина.

Я провела пальцами по волосам, чуть потянула их, скрутила жгутик. Мужчина, тяжело дыша, продолжал мастурбировать невидимый мне член.

Я пропустила волосы между пальцами, сжала кулак, поскребла пальцами кожу лобка. Фетишист, не отрывая глаз от сего действия, застонал, продолжая гонять «лысого».

Я вошла во вкус, никогда ещё я себя не запускала до такого состояния небритости. Мне стало интересно самой. Я ухватилась рукой за свою поросль и с силой потянула руку вверх, обнажая половые губы. Мой наблюдатель застонал громче, судорога прошла по всему его телу, он откинул голову назад и замер. На его белых брюках расплывалось большое, светлое пятно...

* * *

Минут через пятнадцать, Андрей привёл меня в мою комнату. На мне были лишь трусы и лифчик. Пока мы шли, мой конвоир ввёл меня в курс дела...

Перед моим вызволением оставалась одна небольшая мелочь...

Я сняла трусы и легла спиной на кровать, подняв и широко разведя ноги в стороны. Андрей достал из кармана небольшой пакетик и маленькие маникюрные ножницы, пристроился между моими разведёнными ногами и принялся осторожно, не спеша, состригать мои «джунгли». Работал он достаточно долго, а я думала о том, как-же я изменилась за эти три месяца.

Когда с промежностью было закончено, я подняла голову и не смогла сдержать улыбку: тут и там виднелись кустики волос, разной длины и густоты.

Мой «парикмахер» собрал полный пакет моих лобковых волос. Я подумала о том, что сейчас он займётся моими подмышками, но нет. На этом всё и закончилось. Но нет, ещё не всё.

* * *

Андрей подал мне мои трусики. Не вставая с кровати, я подняла ноги, приподняла попу, свела ноги вместе, готовясь надеть трусы, и тут почувствовала горячий, влажный язык на своей задней дырочке. Кончик языка щекотнул мой анус, ещё и ещё.

— Папа любит волосы на женском теле, а я люблю их попы — проговорил Андрей и совсем уж бесстыдно заработал языком и губами, разводя пальцами мои ягодицы.

Сколько продолжалось это бесстыдство, я точно не помню. Помню только, что между ног у меня стало мокро... я никогда ещё не испытывала такого блаженства в своей задней дырочке... и помню опять же тряпку или платок на своём лице, темнота... и больше ничего не помню.

* * *

Очнулась я у себя дома на кровати. В одном лишь лифчике. Напротив меня, на стуле сидел мой муж, глядя на меня ошарашенным и непонимающим взглядом.

Из его сбивчивого рассказа я поняла, что когда раздался звонок в дверь, муж открыл и увидел меня. Я стояла в дверях, словно пьяная, опустив голову, а в руке сжимала пачку стодолларовых банкнот...

— Дорогой, будь добр, лизни, а? — не дослушав, я подняла ноги, согнула их в коленях, пальцами развела ягодицы, обнажая анус, бесстыдный и зудящий