Тяжкий труд

макияж, вульгарное ультракороткое платье или что-то, что кричало бы о её профессии. Но Карина удивила его. На ней было простое, но идеально сидящее изумрудное платье из плотного шелка с закрытыми плечами, а поверх — легкий плащ. Богатые черные волосы были аккуратно уложены, а от самой девушки пахло дорогим, едва уловимым ароматом цветов и пудры. В её облике не было ни капли пошлости — она выглядела как утонченная леди, случайно заглянувшая в это сомнительное место.

Егор замер, посмотрел на неё сверху вниз (он был почти на голову выше её), и просто приоткрыл рот от восхищения.

— Привет, — мягко сказала Карина, проходя внутрь и оценивающим взглядом окидывая комнату.

Её взгляд задержался на парне. Вблизи он выглядел еще моложе. Его щеки залил густой, пунцовый румянец, а карие глаза преданно и испуганно следили за каждым её движением. В нем не было ни капли того пренебрежения и сытого высокомерия, с которым час назад обращался с ней первый клиент.

Карина тонко чувствовала людей. Эта смесь благоговения, страха и дикого, чистого мужского желания была ей слишком знакома. Она мягко улыбнулась, прикрыв за собой дверь.

— Ну чего ты так зажался? Я не кусаюсь, — шутливо протянула она, шагнув к нему ближе. От этого шага Егор судорожно попятился, пока не уперся спиной в шкаф.

— Я… я просто… ты очень красивая, — пробормотал он, окончательно теряясь.

Карина прищурила свои ярко-серые глаза, в которых блеснула профессиональная догадка. Она подошла вплотную, заставив его ощутить тепло своего тела.

— Послушай, Егор… — она заглянула ему прямо в лицо. — Только честно. У тебя ведь это вообще в первый раз? Ты девственник?

Егор готов был провалиться сквозь землю. Он зажмурился, его уши буквально горели. Но врать этой роскошной женщине было выше его сил.

— Да, — едва слышно выдохнул он. — Да, ты у меня первая. Извини, если что-то не так…

Карина замерла. Внутри нее что-то дрогнуло. Вместо иронии или досады (ведь с девственниками всегда много хлопот) она почувствовала странную, теплую волну нежности и… азарта.

«Надо же, какой подарок под конец смены, — иронично и одновременно тепло подумала она. — Чистый лист. Никакой грязи, никакого цинизма. Ну что ж, Егорушка, раз уж я твоя первая женщина, я сделаю так, чтобы этот первый раз ты помнил всю свою жизнь. Как самую красивую сказку».

Она решила полностью взять инициативу в свои руки, чтобы парень расслабился.

— Так, первопроходец, отставить панику, — Карина легонько щелкнула его по носу. — Первым делом давай разберемся с планами. Скажи мне, у тебя с деньгами как? Помимо оплаты моих услуг, на карманные расходы что-то осталось?

— Да… — Егор закивал, судорожно вспоминая баланс на карте. — Осталось немного. Тысячи три-четыре есть.

— Отлично. Тогда мы сейчас никуда не спешим.

Карина достала свой телефон, быстро открыла приложение доставки и сделала заказ прямо в номер.

— Я заказала нам бутылку легкого охлажденного Маrtini Аsti — оно сладкое, расслабляет и не бьет по голове. И немного легкой закуски: сырную тарелку с виноградом и клубнику. А пока курьер везет наш заказ… как насчет того, чтобы вместе сходить в душ? Это поможет тебе смыть напряжение дня. И меня заодно погреешь.

Егор с трудом сглотнул. Совместный душ с девушкой… эти мечты казались ему чем-то запредельным, — сюжетом из фильмов, которые он тайком смотрел по ночам.

— Я… я согласен, — выдохнул он.

Карина начала медленно расстегивать молнию на своем изумрудном платье. Шелк соскользнул на пол, явив взору парня её роскошную фигуру в кружевном белье. Егор буквально затаил дыхание, его взгляд заскользил по изящной высокой шее, округлой груди и бесконечно длинным стройным ногам.

Она ласково взяла его за руку и повела в ванную. Егор послушно разделся, чувствуя себя невероятно неуклюжим рядом с её кошачьей грацией. Но когда она оставила его полностью обнаженным, Карина невольно скользнула взглядом вниз — и её брови удивленно приподнялись.

Даже в спокойном состоянии мужское достоинство Егора впечатляло. А под воздействием волнения и близости красивой женщины у других парней оно обычно сжималось, но у Егора оно уже начало наливаться силой. Орган был крупным, но пропорциональным, заметно толстым, с четко очерченной, выраженной головкой и набухающими буграми вен, проступающими под эластичной кожей.

«Ого… — мысленно присвистнула Карина, ощутив внезапный, вполне искренний укол возбуждения внизу живота. — А мальчик-то с сюрпризом. С таким инструментом природа его явно не обделила. Работать с этим будет одно удовольствие. Пожалуй, я даже сделаю ему скидку сегодня — он того стоит».

Она задернула шторку ванны, включила теплую воду и настроила мягкий рассеянный душ. Пар начал быстро заполнять маленькое помещение, создавая интимный полумрак.

Карина повернулась к Егору, позволяя теплым струям стекать по своим черным кудрям и плечам. Она обняла его за шею, прижимаясь упругой грудью к его широкой грудной клетке, и тихо спросила, глядя снизу вверх своими ярко-серыми глазами:

— Скажи мне, Егор… Чего бы ты больше всего хотел от меня в свой первый раз? О чем ты мечтал? Расскажи мне всё. Здесь можно не стесняться.

Горячая вода с шумом разбивалась о поддон душевой кабины, наполняя крохотную ванную густым, влажным паром. Егор стоял, боясь сделать лишний вдох. Карина была так близко, что он чувствовал жар, исходящий от её безупречной гладкой кожи. От капель воды её черные вьющиеся волосы потемнели и тяжелыми змейками легли на высокую шею и плечи.

Когда она вложила в его дрожащую ладонь кусок мыла и, лукаво улыбнувшись, повернулась спиной, Егора затрясло.

«Господи, только бы не облажаться, только бы не сделать ей больно», — лихорадочно стучало у него в висках.

Он понимал, что эта роскошная женщина старше его, что за её плечами — сотни мужчин. У нее наверняка были искушенные любовники, богачи, красавцы. Пытаться удивить её техникой или притворяться опытным самцом было бы верхом глупости. Всё, что он мог ей дать — это свою предельную, почти благоговейную нежность.

Егор осторожно намылил ладони и коснулся её плеч. Кожа Карины под его пальцами оказалась невероятно мягкой, скользкой от пены. Он бережно, едва касаясь, вел ладонями вниз, очерчивая изгиб её тонкой талии, переходя на округлые бедра. Его пальцы слегка подрагивали, и это выдавало его с головой.

В ответ на эти робкие ласки его плоть отреагировала мгновенно. Набухший, тяжелый орган, покрытый сеткой напряженных вен, налился до твердости кости, упираясь прямо в бедро Карины. От этого случайного прикосновения у Егора перехватило дыхание. Ему казалось, что он стоит на краю обрыва и готов сорваться вниз от малейшего дуновения ветра.

Карина тихонько вздохнула, подставляя лицо под струи воды. Ей действительно было приятно. После грубого, механического напора предыдущего клиента эти несмелые, почти благоговейные прикосновения Егора ощущались как настоящее очищение.

«Какой же он чистый, — думала она, чувствуя затылком его горячее, прерывистое дыхание. — И как отчаянно хочет казаться взрослым. Ничего, мальчик, мы никуда не спешим».

Они вышли из душа. Егор насухо вытер её полотенцем — так же бережно, словно хрустальную вазу. Карина увлекла его за собой на кровать, которая тихо скрипнула под их весом.

В тусклом свете настенного бра её тело янтарным отливом выделялось на белых простынях. Она легла на спину, раскинув руки, и маняще посмотрела на него своими огромными серыми глазами.

— Иди ко мне, Егорушка, — прошептала она.

Егор навис над ней. Напряжение достигло апогея. Он посмотрел на её приоткрытые влажные губы, на вздымающуюся грудь, на длинные стройные ноги, которые она медленно приоткрыла для него. В этот момент в его голове что-то щелкнуло. Страх опозориться, подсознательное давление того, что это тот самый первый раз, мысли о её колоссальном опыте и его собственной ничтожности вдруг навалились на него бетонной плитой.

«А вдруг я кончу сразу, как только войду? Вдруг ей будет противно? Вдруг я всё испорчу?!» — эта паническая мысль вонзилась в его мозг, как ледяная игла.

И в ту же секунду случилось то, чего он боялся больше смерти.

Кровь, только что бурлившая в его паху, стремительно отхлынула. Орган, еще секунду назад бывший каменным, на глазах стал терять упругость, обмяк и бессильно опустился, превратившись в мягкую, беззащитную плоть…

Продолжение следует

Прислано: Наташа Самарская