Смеситель

к коменданту.

— Слушаю, — сказал тот, не поднимая головы от бумаг.

— Роман Евгеньевич, — выдавила из себя Лена. «Опять мямлю», подумала она и продолжила уже твёрже. — У меня смеситель сломался, надо заменить.

— Смесителей нет, — немного нараспев ответил комендант, так и не поднимая головы. — Я уже устал повторять — не будет до нового года.

— Я знаю, — сказала Лена. — Но, может быть, мы бы с вами договорились?

Комендант поднял голову. Его лицо, загорелое и поджарое, с интересом изучило Лену.

— В каком смысле? — немного улыбаясь, сказал он.

— Вы — мне, я — вам, — немного ободрённая его улыбкой продолжила Лена.

— Взятка, то есть, — протянул комендант, пряча улыбку. — Ай-яй-яй.

— Ну почему же сразу взятка, — улыбнулась Лена, сжав за спиной руку в кулак. — Просто один хороший человек поможет другому хорошему человеку.

— А откуда мне знать, что вы хорошая?

— А вы попробуйте — тогда и поймёте, — усилием воли Лена разжала ладони и даже оперла одну кокетливо о бедро.

— Так-так, — прищурился комендант и спросил: — Вы из какой комнаты?

— Из 205-й, — сказала Лена. «Неужели засыпалась?»

— Понятно, рядом 207-я, Кравцовой, — протянул комендант. — Ну и болтушка.

— В смысле? — спросила Лена по инерции, хотя уже понимала — всё, попалась.

— Да ладно, — комендант встал из-за стола, потянулся. Прошёлся вдоль шкафов с папками, обернулся к Лене. — Как тебя звать-то?

— Лена, — сказала неудавшаяся взяточница.

— Лена. — Роман Евгеньевич встал напротив и взял её за руку. — Ты уверена, что этот смеситель тебе так нужен?

— Да, — выдавила девушка, опустив голову.

— Ты же замужем, — продолжал комендант. — А если муж узнает?

— Не узнает, — покачала головой Лена, сдерживая слёзы из последних сил. — Это же… для него.

— Ну-ну, — комендант обнял её. — Успокойся.

Лена тихо заплакала ему в плечо. Напряжение последних дней выходило из неё с этими слезами, хотелось верить, что всё страшное уже позади.

— Не передумала? — отстранив её, сказал комендант.

— Нет, — давя последние слезинки, прошептала Лена.

Комендант легко поцеловал её, чуть приобняв за талию. Потом подошёл к двери, запер, и, выглянув в окно, вернулся к стоявшей столбом посреди комнаты Лене.

— Прошу, — изящно и чуть насмешливо указал рукой на диванчик, стоявший под окном.

Лена, ужасно стесняясь и всеми силами стараясь этого не показать, начала раздеваться. Коменданта эти Ленины попытки сохранить видимое целомудрие забавляли, он покусывал губы, чтобы не засмеяться в голос. Наконец не выдержал:

— А ну-ка, девица-красавица, что с одёжкой не расстанется!

И в два счёта оставил Лену без единой тряпочки. Чуть отошёл, оценивающе глядя. Лена едва не прикрылась руками — так просто инстинкты было не побороть, — но комендант тут же сказал:

— А ну, не безобразничай!

Потом хмыкнул и сказал, глядя на бритый Ленин лобок:

— Ну, Кравцова, ни один секрет сохранить не может! Но тут хоть к месту.

Расстегнул и бросил на спинку стула рубашку, но брюки снимать не стал. Подошел к Лене и, стоя к ней лицом, обеими ладонями крепко взял её за ягодицы. Притянул к себе, так что Лена почувствовала его волосатую грудь — было немного щекотно.

Она посмотрела ему в лицо, все ещё смущаясь, — и увидела, что его немало потешают её муки совести. рассказы эротические Лена покраснела, а комендант взял её лицо в ладони и медленно поцеловал. Лена замерла от нового ощущения, а Роман Евгеньевич уже мял ей груди, ловя пальцами пока ещё маленькие соски.

Потом подхватил Лену за бёдра и, приподняв, ловко уложил на диван. Лена только ахнула, а Роман Евгеньевич уже отвёл одну из её ног в сторону и поцеловал вверху больших губ. Лена от неожиданности попыталась сдвинуть ноги, но не тут-то было — хватка у коменданта оказалась крепкой. А вскоре нахлынувшие неизведанные ощущения заставили её забыть о сопротивлении. Было так… здорово!

Едва только схлынула первая волна удовольствия, как Роман Евгеньевич скинул с себя брюки и трусы одним движением. Выпрямился, немного расставив ноги и уперев руки на талии. Лена увидела его полунапряженный член, который толчками распрямлялся и, в конце концов, стал похож на маленькую кобру. Лене показалось, что он просто огромный. «Как же он войдет?», подумала она.

Комендант, заметив сомнения на её лице, подмигнул ей и быстро развернул Лену поперек дивана, поддерживая её за попу.

— Только, пожалуйста, не так быстро, — взмолилась Лена.

— Расслабься и получай удовольствие, — шутливо приказал Роман Евгеньевич.

Пригнул крепко стоящий член и ввёл головку внутрь. Немного подождал и стал двигать дальше. Лена ощущала, как внизу живота её начинает заполнять твёрдая горячесть. Ещё немного — и всё. Заполнена до отказа. Но давление продолжалось, Роман Евгеньевич не останавливался, и она снова взмолилась:

— Ой-ой, хватит, у меня уже… места нет.

— Это пока, — спокойно и уверенно сказал комендант. Лицо его немного покраснело. — Немного поработаем, Леночка, и растянем твою чудную дырочку до моих габаритов.

И начал всемирно известные движения. Спустя какое-то время Лена ощутила, что первоначальная небольшая боль ушла, оставив только ощущение растянутости. И все чаще пробивались толчками какие-то очень приятные спазмы. Вот два из них толкнулись почти одновременно, и Лена простонала:

— А-а-а!

— Угу, — кивнул довольно Роман Евгеньевич, успевая и толкать в Ленуи поддерживать её за попу, сминая ягодицы, и периодически залезать на грудь, сжимая соски. Потом вынул из неё член и потянул Лену набок: — Ложись-ка на бочок.

Лена подчинилась, и комендант мгновение смотрел на продольные складки больших губ, сочащиеся влагой удовольствия. Потрогал их, толкнул палец внутрь. Лена инстинктивно приподняла ногу, давая ему возможность войти глубже, и за одним пальцем тут же ворвался второй. А потом и ещё два. Ощущение было непривычное, но всё перекрывало накрывающее удовольствие — Роман Евгеньевич большим пальцем успевал ещё и массировать ей круговыми движениями клитор, и без того набухший.

— А-а-а! — Лена вынулась дугой, получила легкий шлепок по попе, отозвавшийся в ней новым взрывом восторга. Руки коменданта довернули её до положения на коленках, немного развели ей ноги, и твердый член снова ворвался внутрь, теперь уже сопровождая конечную точку амплитуды мягкими шлепками мошонки по попе Лены.

Темп всё ускорялся, Лена стонала, уткнувшись в подушку дивана, и только потом услышала вопрос коменданта:

— У тебя сегодня безопасный день?

— Что? — не поняла она.

— Я хочу кончить внутрь, — почувствовала она губы Романа Евгеньевича у своего уха. — Можно затопить твой мягкий кармашек?

— Да, — ответила она поспешно, — можно!

Комендант сжал её бедра ещё крепче, ускорился ещё больше, хотя это казалось Лене невозможным… Она уже мало что понимала, пробиваемая вспышками оргазмов ежеминутно. И всё же почувствовала горячий всплеск внутри себя, ударивший прямо в матку. Она откинула голову и во весь голос простонала:

— Да-а-а!!!

Жидкие горячие плети ещё трижды обжигали её, прежде чем она и комендант затихли.

Лена даже не пыталась усмирить стучавшее сердце, бесцельно глядя в окно. Всё казалось немного нереальным — щебет птиц, шелест листвы. Казалось, миру нет никакого дела до того, что только что с ней случилось.

— Возьми, — комендант протянул ей несколько салфеток.

— Зачем? — не поняла Лена.

— Красавицу свою вытрешь, а то я в неё столько закачал, что скоро польется наружу, — немного ехидно сказал Роман Евгеньевич.

Лена покраснела, взяла салфетки и, постаравшись отвернуться, старательно вытерла себя между ног. Даже прикосновения салфеток немного заставляли вздрагивать.

— Завтра тебе смеситель поставят, — сказал комендант, вставая и одеваясь. Потом посмотрел на Лену, взявшуюся за трусики, и сказал: — Хотя какое завтра, тебе до себя бы дойти.

Он натянул брюки и, набрасывая рубашку, сказал:

— Иди к себе, а я за смесителем. Жди! — шутливо погрозив пальцем, он вышел.

Лена оделась и, помявшись немного, выглянула за дверь. Никого по счастью не было, она шмыгнула на лестницу и бегом помчалась к себе. Через пять минут в дверь постучали.

Роман Евгеньевич внёс коробку со смесителем, быстро распаковал его и, побренькивая гаечными ключами, отправился в ванную.

— Воду я перекрыл, — сказал он оттуда, — а работы тут минут на десять, если очень возиться.

Лене неловко было смотреть на коменданта, словно она совершила какой-то проступок, хотя ни в чем она не была виновата. Но и сидеть в комнате, пока он работал, было неудобно — как будто смеситель ему был нужен. И она поплелась в ванную.

Роман Евгеньевич закрутил гайки и сказал, вытирая руки:

— Я сейчас потихоньку открою воду, а ты следи. Если бежать будет — постучи немного ключом по батарее, чтоб я опять перекрыл. Поняла?

— Да, — кивнула Лена.

Но всё обошлось, вода исправно шла из кранов и лейки душа. Лена улыбнулась и вздохнула.

— Ну, как? — появился комендант. Покрутил краны, проверил всё. — Порядок! Ну, Елена Анатольевна, разрешите вас поздравить! — он протянул ей руку, улыбаясь.

— С чем? — Лена пожала ему руку, а в следующий миг уже оказалась в его объятьях. Он шлёпнул легонько её по попе, отстранился и сказал:

— С новым смесителем, конечно! А вы о чём подумали?

И лукаво улыбнулся.