Репетиция агитбригады Зои Сеново

я сжимаю руками ее тело, а она не вырывается, просто стоит. Что делать?

Секунда шла за секундой, и я чувствовал, что долго так продолжаться не может. Наконец, догадался. Притянул Зойку к себе еще больше и накрыл ее губы своими.

Теперь наш поцелуй был долгим. Зоя откровенно прижалась ко мне, обвила руками шею и слегка откинула голову назад.

Совершенно неосознанно я держал ее одной рукой, а второй шарил по ее телу. Это произошло само собой. Я об этом не думал. Я такого решения не принимал. Просто моя рука вдруг начала двигаться по Зойку — с плеча на шею, на спину, живот и вверх на… На грудь. Упругую небольшую грудь. Ладонь сжала ее, и я почувствовал, что не могу вздохнуть от ощущений, мгновенно наполнивших меня.

И в ответ… В ответ ее дыхание сбилось, ее сердце застучало, ее тело ощутимо начало слабеть. Я ощутил все это совершенно явственно. Кто бы мог подумать, что это можно почувствовать!

И тут…

Тут случилось уж совсем немыслимое. Зойкина рука опустилась с моего плеча на спину, скользнула по ней, спустилась ниже и… легла на мою задницу!

Мне кажется, я подпрыгнул! Ощущения были такие, будто я сейчас, прямо сейчас кончу. Сладостная волна захлестнула мое тело. Как, оказывается, невероятно приятно, когда красивая девушка трогает твой зад!

Ничего себе! Девушка положила руку мне на задницу!

Я издал какой-то звук и вновь припал к губам Зои.

Она касалась моей задницы рукой! Она что, готова… готова отдаться мне?

Я чувствовал, как девушка дрожит.

Я нащупал пуговку на спине и попытался ее расстегнуть. Это были не обычные пуговицы. Они ведь должны были удерживать трико даже во время гимнастических упражнений! На ощупь, одной рукой, я расстегнуть их не смог.

И снова Зойка меня поразила. Она ведь чувствовала, что я пытаюсь сделать, но не сопротивлялась. Вообще никак не реагировала на мои потуги.

Осмелев, я оторвался от нее и развернул к себе спиной. Ее рука, конечно, оставила мой зад, и я тут же ощутил пустоту, нехватку этого прикосновения. Зато я смог прижаться к девушке сзади. Смог прикоснуться губами к ее шее, на самой границе волос на затылке.

Зоя тяжело дышала.

Я снова стал возиться с пуговицами. Уже обеими руками.

И тут Зойка, видимо, пришла в себя. Она вдруг отстранилась от меня, резко развернулась ко мне передом и сказала, тихо так сказала:

— Не надо. Пожалуйста, не надо.

Она меня просит? Я снова опешил. Я так привык за эти недели, что Зоя командует, требует, дает указание, что сейчас был поражен самим фактом, что она меня тихо и несмело о чем-то попросила. И только потом я стал понимать, о чем именно она меня попросила.

Я слегка от нее отодвинулся.

— Но почему? — традиционной фразой всех павианов отреагировал я.

Эти слова еще больше отрезвили Зою. Она отрезала уже обычным своим тоном:

— Я сказала «нет», понял?

Я замер. Мне было обидно. Мне казалось, что мы уже перешагнули какую-то грань в наших отношениях, и говорить со мной так девушка теперь не будет.

И снова Зоя меня удивила. Она вдруг стала говорить, тихо и мягко:

— Извини, не обижайся. Не обижайся. Ладно?

— Я тебе не нравлюсь? — спросил я неуверенно.

— Нет, нет, ты чудесный Удивительный. Красивый. Замечательный.

— Что же тогда?

— Ну, понимаешь, — прошептала Зоя, — девочки другие, чем мальчики. Они не могут вот так вот просто… ну… Понимаешь?

Я не понимал. Вообще. Чего не могут? И чем другие?

Мы молчали. Я чувствовал ее дыхание. Чувствовал ее запах. Чувствовал ее тепло.

— Ты ведь меня младше, — вдруг выпалила Зойка.

Да какое это имеет значение!

— Я не могу, я постоянно ощущаю, что ты… ну… младше…

Что за черт!

Я молчал, не зная, что сказать.

Зоя добавила:

— Я девственница.

Я в очередной раз опешил. Сама призналась! А ведь я подозревал это!

— И хочу ею остаться до замужества.

Зоя легоньким движением обвила мою шею, приподнялась на цыпочки и поцеловала меня в губы.

По моему телу снова пробежала дрожь желания.

— Понял теперь?

Я кивнул. Ничего я не понял.

Я пригнулся и поцеловал ее в ответ. Я хотел сделать это так, как она, совсем по-сестрински (или по-братски), но у меня так не получилось. Все-таки ее губы были такими податливыми, а стан таким тонким!

— А ты, однако, перевозбудился, — прошептала Зоя, когда я, наконец, смог оторваться от нее. — У меня весь живот исколот этим твоим… Ну, на который все пялятся. Завтра синяки будут.

Мне стало так стыдно! Я и не замечал, что мой член с силой вжимался в Зою. И, кстати, я не думал, что девчонки чувствуют, что именно к ним прижимается. И я, почему-то, никак не ожидал от Зойки, что она столь откровенно мне об этом скажет…

Глава 5. Урок

— Тебе нужно научиться сбрасывать напряжение, — говорила Зоя. — Нельзя ходить все время таким… ну, таким!

— Угу, — неуверенно буркнул я. Не признаваться же ей, что онанизм мне не помогает!

— Поговори с друзьями. Я серьезно. Есть способы переносить… все это… легче все это переносить.

— Угу, — опять пробормотал я.

Зоя погладила рукой мое плечо и, после секундного колебания, добавила:

— Я тебе покажу.

Я замер. Покажет? Что? Я чувствовал, что сейчас произойдет что-то прекрасное, но не мог понять, что.

Зоя опять провела рукой по моему плечу, потом спустилась по моей руке и нащупала ладонь. В полной темноте она взяла ее и повела ею по моему же боку. Потом осторожно заставила эту ладонь скользнуть к внутренней поверхности бедер.

Я ошалело вздохнул. Такого я не ожидал.

Но она продолжала. Она подняла мою ладонь чуть выше, прижала ее на секунду к яйцам, и, наконец, положила ее прямо на мой член.

Я невольно весь напрягся. Мое тело выгнулось от сладостного ощущения. Дыхание сбилось.

Я таращился в темноту широко открытыми глазами, не в силах прийти в себя от изумления от того, что делал Зоя, но это изумление сразу же отступило на зданий план, так приятно мне было. Я делал такие движения сотни раз, но никогда они не доставляли мне столько удовольствия. Ощущение Зойкиной ладошки, прижимающей с тыльной стороны мою собственную ладонь к собственному члену, было неописуемо.

Зоя сжала мои пальцы вокруг торчащего члена. Трико послушно позволило пальцам погрузиться в ткань и практически полностью обхватить налившуюся кровью палку.

Зоя, не отпуская руку, прикоснулась губами к моей шее.

Ее пальцы, заставлявшие мою ладонь сжимать собственный член, слегка надавили, и наши руки слегка скользнули по нему вниз. Кожица на головке послушно залупилась.

Ее рука потянула мой кулак вверх и тут же снова надавила вниз. Вверх и вниз. Вверх и вниз. Удовольствие, которое испытывал я, было непередаваемым. То, что я делал, было весьма похоже на мое ежедневное мастурбирование, но таких ощущений я никогда не испытывал.

— Штаны слегка мешают, — прошептала Зоя.

Он могла в этот момент говорить!

Зойка отпустил мою руку. Легко нащупала в темноте пуговицы. Так же легко расстегнула их. Одну за другой. Не торопясь. Спокойно, последовательно.

Стянула трико с меня. Точнее дотянула его до середины бедер. Я оказался в одних трусах, но Зойка тут же взялась и за них. Потянула резинку. Член изнутри уперся в ткань и не пустил. Зоя потянула вниз еще сильнее. Член наклонился вслед за резинкой, доставив мне очередную волну сладостного удовольствия.

Девушка раздевала меня! Одно это могло свести меня с ума!

Зоя еще раз дернула вниз. Член не пускал. Девушка потянула с силой, и трусы, наконец, освободились от державшего их кола. Член стремительно взлетел и громко ударился о живот.

Зойка вздрогнула. Я услышал, как она с силой втянула ноздрями воздух. Сам я тоже издал какой-то звук. Меня захлестнуло щемящее удовольствие.

Девичьи руки в несколько движений стащили трусы на бедра, к трико. Зоя неизбежно должна была наклониться, чтобы это сделать, ее лицо просто обязано было оказаться рядом с моим животом, может даже, близко от члена. Ничего этого я не почувствовал, в темноте не увидел, но понимание, что это должно было произойти, наполняло меня томительным ощущением по всему телу.

Девушка легко прижалась ко мне.

Черт, я же стоял совершенно голый! И неважно, что она этого не видела. Я был голым! И Зоя ко мне, голому, прижималась!

Прохладный воздух обволакивал мое разгоряченное тело, струился по заднице, обволакивал вздрагивающий от напряжения член.

Зойкина рука совсем не по-сестрински скользнула по моему животу, прикоснулась на секунду к ребристому торсу, провела по груди, нащупала плечо. Спустилась по руке к кисти. Взяла ее с тыльной стороны. Положила на мой собственный живот. Потянула вниз…

Зойкина ладонь наткнулась на торчащий член. Девушка то ли не рассчитала, то ли сделала это специально, но член с силой уперся о ребро ее собственной ладони. Зойка отдернула руку, а потом уже осторожнее положила мою ладонь прямо на член. Ее пальцы сжали мои пальцы вокруг разгоряченного стержня.

Я застонал. Тихо, но, боюсь, вполне явственно. Это было так приятно! Как могло столь простое движение доставлять столько удовольствия! Я делал это множество раз сам, этой же ладонью, но никогда ничего такого не испытывал.

Я почувствовал в воздухе легкую волну собственного запаха. Он добрался наконец до ноздрей. Я услышал, как сбилось дыхание Зойки. А потом девушка снова с силой втянула воздух ноздрями. Она тоже почувствовала этот запах. В другой обстановке мне стало бы стыдно, но сейчас я уже был за пределом, когда испытываешь обычные человеческие эмоции.

Девичья рука еще крепче сжала мою кисть, заставляя пальцы плотно обхватить ствол.

Это был какой-то сюрреализм — я чувствовал, как Зоя прикасается всем телом ко мне сбоку, как ее ладонь сжимает мою руку на мою собственном члене, как пульсирует твердый стержень.

Я вновь попытался обнять Зою, но она легонько меня оттолкнула.

— Стой ровно, не шевелись, — прошептала она.

Почему мы шептались? Мы ведь были одни в огромном актовом зале. В полной темноте.

И тут, будто пытаясь помочь мне стоять ровно, будто пытаясь поддержать меня, Зойка положила свою вторую руку на мою задницу.

Меня будто пронзило удовольствие. Прохладная девичья ладошка на моей голой заднице! Я думал, что умру прямо там.

Зоя сжала ягодицу. Ее пальцы мгновенно оказались довольно глубоко