Попутчица. Часть 4

"Сейчас!"- радостно подумал я, медленно встал на колени между разведенных ног жены, наклонился вперед и, не касаясь ее, уперся двумя руками в подстилку. "Ну, дружок, давай!" Я подался членом вперед, пока он не дотронулся до линии, разделявшую бугорок, и стал медленно водить по ней, оставляя смазку, обильно извергаемую моим дружком. Лицо жены насторожилось в ожидании момента, когда член, наконец, войдет в нее. Я продолжал свои движения, постепенно проникая головкой внутрь бугорка. "Ниже, ниже, - дружка приходилось подправлять, чтобы он попал в гости к девочке под нужным углом, - А теперь, вперед!" Я медленно и с усилием ввел член в тугое влагалище до конца.



- А-а! - застонала Татьяна, мелко дрожа. Вхождение "мальчика" был для нее одним из наиболее сладостных моментов сношения.



Мой член плотно сидел в теле женщины. В этом определенно заключалось немалое блаженство. Когда такое случилось у нас с Татьяной впервые, я был просто потрясен.



Это произошло три года назад. Со своей первой женой к тому моменту я прожил уже пять лет, у нас был ребенок, и мне казалось, момент завести любовницу вполне созрел.



Тут, как раз, подвернулась Татьяна, незамужняя студентка, более похожая на подростка, чем на взрослую женщину, при своих сорока двух килограммах. Я под любым предлогом исчезал из дома, и просиживал с ней в киевских кафе, прогуливался по осенним паркам, ходил в кино, пока я не решил, что пора переходить к более решительным действиям.



Сказав жене, что уеду с ребенком к своим родителям на пару дней, я, оставил свое чадо на попечение бабушки с дедом, вернулся в Киев.



Теперь времени на соблазнение студентки должно было хватить.



Я пригласил ее прогуляться в пригород. Сначала мы бродили по лесу, взявшись за руки, потом, замерзнув, развели костер и достали прихваченную с собой бутылку вина. Было пасмурно и серо, листва с деревьев наполовину опала и устлала опушку, на которой мы утроились, влажным разноцветным ковром. Но холод, серость и влага отступали перед огнем костра, выпитое вино кружило голову, нам было жарко, мы сидели на наших куртках, брошенных прямо на мокрые листья, и страстно целовались.



Наконец, я набрался смелости, проник рукой ей под свитер, стал гладить по спине, потом расстегнул юбку и стал гладить ниже, с трепетом ощутив место, где женский зад начинает раздваиваться на две половинки.



Тут я разошелся настолько, что разом стянул юбку с трусами вниз до колен и бросился целовать волосы на лобке.



- Не надо, не надо! - застонала студентка.



Но я уже остановиться не мог. Еще немного - и я бы изнасиловал ее среди бела дня.



- Поехали ко мне, - вдруг предложила Татьяна.



Это могло значить все, что угодно, например, приглашение попить чайку или посмотреть телевизор. "Не хочет давать", - решил я. Наступило некоторое отрезвление.



- Хорошо, - согласился я и отпустил наполовину обнаженное тело.



Мы, молча и сосредоточенно, привели себя в порядок, затоптали костер и быстро зашагали по лесу. Очень скоро мы вышли на трассу, остановили такси и доехали до Борщаговки, где Татьяна проживала с мамой в двухкомнатной квартире. "Может быть, - мелькнула мысль, - Мамы нет дома?" Напрасно! Мама дома была, да еще в компании двух своих великовозрастных подружек. Бабушки пили чай и смотрели телевизор.



- Кольцо сними! - зашептала мне подруга. Я торопливо сунул руку с кольцом в карман.



Татьяна представила меня маме, как сокурсника, пришедшего почитать конспекты.



- Здрассте! - прошипел я бабушкам, изображая стеснительного студента, и проследовал за Татьяной в ее комнату.



Как только мы остались одни, Татьяна закрыла дверь комнаты на ключ. "Сейчас будем штудировать конспекты", - догадался я, медленно подошел к "сокурснице" и, стараясь совладать с волнением, начал не торопясь ее раздевать. Оставшись лишь в трусиках и лифчике, Татьяна направилась к кушетке.



- У мамы ключ есть? - вопрос был далеко не лишний.

- Есть, но она сюда не войдет, - заверила меня подруга, - Тише, не говори ничего!



Я быстро сбросил с себя все, кроме трусов, и посмотрел на девушку, которой я собрался овладеть.



Она лежала на спине, положив голову на небольшую подушечку. Ее лицо было обращено ко мне, руки, согнутые в локтях растерянно повисли ладонями вниз над плечами, торс был выгнут немного вверх, одна нога была вытянута, а вторая согнулась в колене.



"Сейчас сниму с нее и лифчик, и трусики".



Я стал целовать ее в губы и в шею, одновременно расстегивая лифчик. Опыт семейной жизни пришелся очень даже кстати - я снял его спокойно и просто. Потом, поцеловав для приличия девушку еще пару раз, стащил с нее трусики. (Но не только со взрослыми тетками резвиться. Наш герой предается удовольствию с молодой женой - прим.ред.)



Все тот же лобок, что я видел в лесу, предстал передо мною.



Ощущение нереальности было во всем, что происходило сейчас. Девушка, обладать которой я мечтал уже давно, лежала передо мной обнаженной и, похоже, не прочь была отдаться, а я, еще не веря в это, снимал перед ней трусы и дико стеснялся. "Сейчас она увидит мой член", - стучало в голове. Трусы упали на пол, и под изучающим взглядом девушки я почувствовал себя дважды обнаженным. Она смотрела на меня снизу вверх и, естественно, видело ЭТО в первую очередь. Как приговоренный, которому предложили положить голову на плаху, я наклонился и стал устраиваться на ней, всем своим телом встречая новые для меня формы юного девичьего тела: трепетные руки, упругую грудь, тонкую гибкую талию, переходящую в широкие бедра и стройные ноги, которые я уверенно раздвинул своими коленками.



Дальше, однако, дело не пошло.



Привыкший овладевать телом жены без проблем, я подался вперед, ожидая оказаться внутри, но мой член безуспешно скользил по промежности, никуда не попадая.



"Девственница, что ли?"



Нет. Татьяна догадалась взять мой член в руку и приставить его к нужному месту.



"Опытная!"



Я начал подаваться вперед в предлагаемом направлении и после нескольких попыток не без усилия смог ввести свой член в новое для него влагалище.



"Какое небольшое, как у подростка!"



После нескольких лет жизни с женой, я и представить себе не мог, что взрослая женщина может обладать такими восхитительно малыми размерами своих достоинств, что теперь воспринимал происходящее как подарок судьбы. Меня охватил восторг, я заработал членом вовсю, неистово прижимаясь к затрепетавшему девичьему телу.



- Не спеши, - взмолилась Татьяна.



Я опомнился и решил держаться, пока она не кончит. Татьяна, между тем, извивалась подо мной, закрыв глаза и сдерживая стоны. Наконец, она затряслась и захрипела, напрягшись всем телом. "Теперь можно", - с удовлетворением подумал я и сладострастно сконцентрировался на своем дружке, туго сидевшем в хрупком теле девушки. Мужчины сатанеют, когда стенки влагалища плотно охватывают пенис, и я впал в блаженство, двигая дружка туда и обратно. Татьяна завертела бедрами, пытаясь соскользнуть с моего члена.



- Подожди, немного, сейчас, - я решительно настроился кончить в девушку.



Татьяна отчаянно забилась, но это лишь усилило мой восторг, я обхватил ее железной хваткой и сладострастно спустил, задвинув член как можно дальше вглубь восхитительно приятного влагалища.



- Ты что, В МЕНЯ кончил? - испугано спросила Татьяна.

- Да, - ответил я, глупо улыбаясь, откинувшись на спину и совершенно не стесняясь своего "дружка", победно торчащего вверх.



Подруга изменилась в лице, быстро накинула халат, схватила спринцовку и бросилась в ванную.



Как оказалось, рождение ребенка совершенно не входило в планы Татьяны ни до того, как мы поженились, ни после. "У тебя уже есть один ребенок от первой жены, зачем тебе второй?" - спрашивала она, и, как я не старался, мне не удавалось найти никаких убедительных доводов в свою пользу. Вот почему сеанс секса без предохранения, так бы и остался единственным эпизодом в нашей семейной жизни, если бы я не нашел для своей новой жены статью о женских циклах и связанных с ними периодах "естественного предохранения". Увы, таких дней за цикл набиралось едва ли с десяток, а Татьяна, для пущей верности, сокращала их количество ровно вдвое.



Вот и теперь, когда мы лежали в зарослях кустарника под Симеизом, день был, по мнению жены, "благоприятным для зачатия", что вынуждало ее принять необходимые меры.



- Ты презерватив взял? - вопрошала она, не прерывая сношения.

- Нет, - отвечал я, продолжая трудиться.

- Тогда возьми тряпочку, - велела жена.



Я порылся одной рукой в своей одежде, лежащей рядом, и достал носовой платок.



- Вот! - показал я платок жене.



Она успокоилась и закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на процессе.



Как это делать, дабы удовлетворить жену наилучшим способом, я давно изучил. Для начала, я стал осторожно пробовать вводить член в соблазнительный бугорок под лобком. Татьяна держала на весу согнутые в коленях и широко разведенные ноги, и я наслаждался видом члена, с некоторым напряжением входящего в тело женщины. Через некоторое время влагалище увлажнилось настолько, что член стал входить хоть и туго, но дальше. К тому же, жена начинала возбуждаться, и то, что раньше могло вызвать боль, теперь давало ей все большее и большее наслаждение.



- Быстрей! - командовала она.



Я ускорил темп, стараясь ненароком не кончить.



- О-о! - переполнилась восторгом жена.



Она с явным удовольствием и сладострастием подавалась навстречу моему "мальчику", раздвигая до предела бедра и выгибаясь назад. Наконец, она затряслась, как в лихорадке, и медленно обмякла.



- Ты будешь? - не открывая глаз, спросила Татьяна.



Вопрос был излишним. Я взял в руку платочек, чтобы он был всегда наготове, закрыл глаза и целиком предался любимому делу. Всем своим членом я чувствовал плотно облегающее его влагалище женщины, испытавшей оргазм только что и все еще получающей удовольствие от малейших моих движений внутри нее. Приятное сопротивление плоти вызывало все большее и больше возбуждение, мои движения становились во все возрастающей