Орловские партизаны. Часть 2

и не спеша натянула трусики, поправила платье, достала зеркальце и помаду из сумки, подкрасила губы, поправила причёску, повесила сумку на плечо и как ни в чем не бывало пошла обратно.

Мы с Пашкой, был в шоке от увиденного и дрочили, смакуя все подробности быстрого секса его мамочки и дембеля, молодого парня, который был всего на каких-то 4 года нас старше, и кончили 2 раза подряд. Выбравшись из своего укрытия, мы обнаружили, что все уже перепили, и мамки Пашки, среди гостей не было. Попрощавшись со всеми, мы с Пашкой, пошли к нему, домой. Хоть и время было ещё раннее, начало восьмого вечера, его мама лежала у себя в комнате и кажется, спала. Возможно, алкоголь и секс на неё так подействовали. Зайдя в ванную, Пашка обнаружил в корзине для белья те самые ее трусики, которые были нетипично грязными с внутренней стороны, они пахли ее выделениями и - вполне отчётливо - спермой. Татьяна Петровна спала пьяным сном а мы с Пашкой, нюхали ее ссаные трусы и дрочили на них, забрызгивая промежность, грязных трусов училки, своей молодой спермой



А уже после школы, перед тем как нам залететь на зону, Пашка едва не выебал мою мать, продавщицу Людмилу Ивановну. Хозяин магазина, Али помешал, не вовремя зашел в свой ларек под вечер. Может он сам в этот день, хотел засадить моей толстожопой мамаше, чурки, любят таких баб, ебать в очко. Но факт остаеться фактом, если бы не этот Али, мой друг бы, реально засадил моей пьяной мамаше. Она даже ссала перед ним выставив напоказ, свою черную пиздень. В тот день мы бухали в парке за школой, я с Пашкой и Антоха, еще наш один друг. Как обычно в самый разгар, бухло кончилось и курево тоже и за добавкой, выпало идти Пашке. А дальше пишу с его слов: Часы на моей Нокии показывали 21:08, когда я подошёл к магазину. Дверь была закрыта, и я постучал. Прождав так минуты три, я заметил заезжающую на задний двор магазина Газель, и пошёл туда. Тётя Люда стояла на пороге чёрного входа в магазин и курила сигарету, заметила меня:

- О, а чего это ты один?

- Да ваш Костя, нажрался, Антон его домой провожать пошёл, ну а я к вам на помощь.

- Молодец, Пашка, ты настоящий друг мужчина, - сказала она улыбаясь, кинула окурок на землю и наступила на него.

Водитель поздоровался с нами, вручил тете Люде какие-то документы, и мы с ним вдвоём стали таскать ящики в подсобку. Через 40 минут я почувствовал дикую усталость, благо, перетащить нам осталось всего 2 ящика, после чего я вышел из магазина, сел у порога и закурил. Вскоре из магазина вышел водитель с документами, сел в свою Газель и укатил. Из магазина вышла тётя Люда:

- А чего это ты тут сидишь? У меня уже все готово! - сказала она и пошла обратно в подсобку.

Я докурил и вошёл вслед за ней.

- Давай только дверь закроем, чтоб никто не мешал, - сказала она, - поверни там замок на 2 оборота.

Я закрыл дверь на замок и увидел накрытую тётей Людой поляну на низком столике, стоявшем около дивана. Наверно Али, на нем тебя и дерёт, - подумалось мне, - а иначе зачем вам диван в подсобке магазина?

Тётя Люда сняла передник и жестом пригласила меня присесть на диван и угощаться. На столе стояла запотевшая бутылка "Путинки", два пластиковых стаканчика, и закуска - банка консервированных магазинных огурцов и мясная нарезка.

Мать Костяна села рядом:

- Ну наливай, мужчина, хорошо потрудился, теперь настало время хорошо отдохнуть.

Я плеснул нам водки на дно стаканов.

- Да давай по полному, чего мелочиться, - предложила она.

Я послушно наполнил стаканы до краев.

Мы чокнулись, отпили, закусили.

- А ты как, куда на работу, идти собираешься?

Я рассказал о своих планах, тётя Люда меня похвалила и мы выпили ещё по одной. Я смотрел на ее грудь и коленки, ее платье чуть задралось, и она слегка захмелела.

- А у вас хорошая работа, денежная...

Сказал я матери Кости.

- Да разве ж это работа? - возразила она, - пашешь тут за копейки по 12 часов, все калдыри вон постоянно бухло в долг просят, да и условия - ни поссать сходить нормально, да и хозяин все норовит под юбку залезть... Ой,

- осеклась она, - Что-то, Паш, я захмелела, лишнего тебе ещё наговорю, пошли лучше покурим?

Я согласился, накинул ветровку и помог одеть куртку Людмиле Ивановне:

- Ой, ну прям джентльмен, - расплылась она в улыбке.

Признаться, выпитое возымело на меня действие, и я уже был не прочь трахнуть толстую мамку моего друга. Мы вышли и молча закурили. Не знаю, что на меня нашло, но я приобнял тётю Люду за талию:

- Все будет хорошо, теть Люд.

- Ты правда так считаешь? - повернулась она в мою сторону.

- Ну конечно.

Докурив, мы растоптали бычки, и тётя Люда сказала:

- Ты иди, налей нам пока, а я щас...

- Что такое, вам нехорошо?

- Да нет, иди же, - смущенно сказала она.

- Но...

- Пожурчать мне надо, - перебила она меня, я понимающе кивнул и вошёл внутрь, но не стал плотно закрывать дверь и стал наблюдать за мамкой друга в щель, где были петли.

Мать Кости, встала попой к стене, задрала платье, спустила свои колготки вместе с простыми кремовыми трусами, отставила жопу назад и наклонилась, не присаживаясь, пустила струю, которая у неё почему-то лилась немного назад и поливала нижнюю часть стены магазина. Ее жопа была поистине огромного размера, и мой хуй встал колом. Я приоткрыл дверь и выглянул из-за неё, но тётя Люда тут же заметила мои движения, повернулась в мою сторону иулыбнувшись, выдала:

- И не стыдно за ссущей бабой подглядывать?

Я ничего не ответил, но она продолжила - Ладно, смотри, мне не жалко, но тут она закончила и тут же натянула трусы с колготками и поправила платье.

Зашла внутрь, я помог ей снять куртку, а она все не унималась:

- Ты что, никогда не видел ссущих баб? Может, ты и пизду никогда не видел?

- Нет, - соврал я, - мне было очень интересно. И что ж вы, постоянно на работе туда ходите? Я б каждый день приходил посмотреть!

- Да щас, у меня вон ведро стоит, - кивнула она на стоявшее в дальнем углу ведро, - но я его уже ополоснула сегодня, а до завтра оставить так все тут ссаниной провоняет. Так что ж ты, хочешь рассмотреть бабскую пизду?

- Да, - честно признался я, - А вы мне правда покажете?

- Налей нам ещё по стакану, - сказала она.

Мы выпили, и тётя Люда продолжила:

- Значит, говоришь, хочешь увидеть, что у меня в трусах? И не дожидаясь моего ответа, встала с дивана, - Ну ладно, смотри!

Она встала с дивана, задрала своё платье и спустила колготки с трусами до

колен.

- Любуйся! - сказала она и стала покачиваться из стороны в сторону, слегка расставив свои полные ноги.

А посмотреть было на что! Лобок тёти Люды зарос курчавыми чёрными волосами, как и ее пизда, которая источала сильный запах.

- А потрогать можно? - робко спросил я.

- Не наглейте, юноша, - сказала она, выпив ещё немного водки, а потом добавила, - Да трогай, я ж вижу, что ты хочешь, - и кивнула на мой стояк, который был заметен и в джинсах. Я поднёс ладонь к ее лобку и вёл ее между пухлых ляжек, нащупал губки, которые казались мне огромными и как-то широко расставленными, в отличие от маминых, которые слегка приоткрывались, когда она писала, и тетя Люда текла. Потом она убрала мою руку, сняла полностью колготки с трусами, кинула их на пол и села на диван, широко раздвинув ноги и прижав ступни к заднице, так что ее сочащаяся пиздища как будто призывала войти в неё. Я гладил ее снаружи, чувствуя как она намокает ещё сильнее, потом засунул палец внутрь, там было очень мокро и горячо, но пальцу было там очень просторно, и я вспомнил, как было в порнухе, и вставил второй, затем третий. Тётя Люда закатила глаза и постанывала, а я расстегнул джинсы свободной рукой и достал свой стоящий член. Она обратила на него внимание:

- Вот это агрегат ты себе отрастил! Я хочу, чтобы он был во мне! - и прилегла на диван, раздвинув ноги, - Ложись на меня сверху!..

Сказала мне мать моего кореша, Костяна и было только, хотел на нее залезть, как в входную дверь магазина, сильно забарабанили и раздался кортавый голос Али, хозяина ларька.

- Люда, открой, ты что закрылась..?

Вопил за дверью азербайджанец и Костину мать, как ветром сдуло с дивана, она мигом, натянула трусы а колготки сунула в карман фартука, встала одернула юбку и выпроводила меня через заднию дверь, подсобки. Пообещав, встретиться в другой раз, но вскоре нас замели менты.



Два дня до конца срока, мы с Пашкой были как на иголках. Сна у нас практически не было, даже в ночь мы с другом вставали, чтобы покурить и обсудить, как мы будем, трахать своих матерей и мою сестру Ольгу. Обсуждали правда втихоря, чтобы никто не знал, на зоне мать святая и за секс с ней, даже в рассказах, можно запросто угодить в "петушатник" Это на воле, инцест популярен а в тюрьме нет. Ну разве что можно рассказывать про секс с тещей, это допускается а остальное табу.

-- Знаешь Паштет, а мне больше хочеться Ольге засадить, чем матери...

-- У мамаши уже все отвислое а у сестры, тело обалденное, молодое а сиськи еще не размяты сильно...

Говорил я другу, мысленно представляя, как буду ебать Ольгу на глазах у матери. Хотя раньше до зоны, я дрочил только на мать и на мамашу Пашки, училку, Татьяну Петровну. А на Ольгу у меня не стоял. Ну не нравилась мне раньше моя старшия сестра. К тому же Ольга, никогда не оставляла свои ношеные трусы в ванной, как это делала моя мать. И я с юных лет, был воспитан, на запахе ссак и выделний, своей бляди мамы, Людмилы Ивановны, у которой, такая большая жопа и по ходу, разьебаное очко. Ведь она частенько задерживалась на работе, "принимая товар" а ее по ходу, там дрючил, хозяин ларька Али. А азеры как и армяне, прямо помещаны на ебле в жопу, ну я точно зуб давал. Что этот похожий на большую, черную обезьяну Али, не мог не отказаться от искушения, чтобы не засадить, смазливой москвичке, в очко. Тем боллее с такой большой и пухлой жопой, как у моей мамаши.

-- Да мне тоже твоя сестра Костян нравиться, и тетя Люда...

-- Как только воспинаю тот случай в магазине, когда когда она ссала при мне, выставив свою черную пиздень...

-- Но больше всего Костя, я свою мать, Татьяну Петровну, хочу выебать и дать ей за щеку...

-- Хочу ебать эту блядь и смотреть ей в глаза...

-- Пусть она стонет