Обратной дороги нет

пачки, неожиданно сказала:

— А ведь ты, жопа, хитренький, ты совсем не раб...

Я поднес горящую зажигалку к ее лицу. Ира прикурила и продолжала:

— В тебе, конечно же, есть много мазохистского, но ты просто такой увалень, пассивчик, а?

— Да, я с последней раставался, она мне так и сказала: « тебя хоть самого трахай», — честно ответил я

— Вот я тебя и трахаю. Ебу — ебу и никак не заебу. А ты не та тряпка, которых я перевидала. Ты с чувством достоинства, унижаешься, как пес ноги лижешь, а все равно гордый, бля... Как мой Француз. Тот ноги мне вылижет и между ног, преданный, а сядет и такой важный...

— Я тебя чем — то расстроил? — тихо спросил я.

— Нет. Просто я увидела в тебе все это в первую встречу. Сначала подумала, что этот воспитанный мальчик решил поиграть в садо — мазо, испытать чего — то новенького, остренького. Я даже, честно тебе скажу, хотела опустить тебя, как говорят, ниже плинтуса, а потом пустить по кругу. Это я нашла бы с кем. Потом, думаю, нет, поиграюсь сама... Наливай, а не дрочи его там под столом.

— Я его не дрочу, а узлом связываю, боюсь описаться, — улыбаясь ответил я.

— Да уж твою пиписку свяжешь! Тоже мне шланг нашел! Рассмешил. Ладно, пошли в сад, а то я сама описаюсь...

В прихожей я достал из шкафа ошейник, протянул ей и встал на четвереньки. Самое сложное было спуститься с крыльца и быстренько с бетонной дорожки на газон, чтобы не стереть коленки до крови. Но поводок держал меня, и я семенил рядом со своей хозяйкой. Ирина шла босиком. Трава была прохладная. Я уже готов был просто обоссаться, но в то же время член стоял, и я не знал как быть.

— Стоять, — тихо скомандовала Ира.

Я замер на месте и почувствовал, как она встала надо мной сзади, потому что ее голые коленки сжали мою задницу с обеих сторон.

Ира замерла только на пару секунд и тут же мурашки побежали по моей спине. Горячая сильная струя ударила мне в низ спины...

Где — то лаяли собаки, трещала ночная саранча и божественная журчащая музыка надо мной. Струйки скатывались с моих бедер по ляжкам, текли между моих ягодиц по яйцам... Не описать этого чувства. Мурашки по всему телу.

Когда она закончила, обоссав меня снизу всего по — пояс, сказала:

— Ну, давай, француз...

Не первый раз она выводила меня в сад на поводке.о чем — то жалеть даже сейчас, после этого пинка по яйцам?! Ее груди, голый живот, бедра, ноги — все сводило меня сума. Сколько у меня было разных красавиц, но такого чувства я не испытывал никогда.

— Слушай, пупс, ты очень скрытный почему — то. На мои вопросы отвечаешь кратко, будто боишься, что я узнаю о тебе чего то такого. Ты вроде бы весь голый передо мной и готов выполнить мою любую прихоть, но все равно я о тебе мало что знаю. У нас с тобой вроде бы складываются отношения, полтора месяца встречаемся...

— Я не знаю что говорить.

— Хорошо. Я буду спрашивать, а ты будешь честно отвечать. Только честно.

— Честно.

— Когда у тебя последний раз была женщина?

— Уже больше пол-года прошло.

— Мама мия! И что, ты все это время дрочишь?

— Да, каждый день по нескольку раз. Теперь не дрочу, когда ты мне запрещаешь.

— Да ты оригинал, пупс! А почему? Не было приличной женщины? Уверена, что ты бабам нравишься. Ну твоя пиписка, конечно же, почти детская, зато язычком умеешь как лесбиянка. Я знаю что говорю.

— Мне они надоели.

— Как это? Может ты мальчиков больше любишь и не признаешься?

— Да нет, я не педик. Просто я искал такую как ты.

Ира долго и внимательно смотрела на меня, что я не выдержал ее взгляда и опустил глаза.

Я на минуту вспомнил свою бывшую любовь...

— Так, кажется, я поняла.

И начала расспрашивать подробно про Ольгу, мою последнюю женщину. Немножко странно, но я честно отвечал на все вопросы.

— Тогда сразу другой вопрос. Ты у парня или у мужчины в рот брал? Мы договорились, что только честно.

— Нет, Ира, я же говорю — не педик.

— А то натуралы не сосут, не смеши меня. Как ты страпон сосешь — натуральная хуесоска! И жопа твоя разработана как влагалище матери — героини! Ах, да, ты рассказывал, что много лет трахал себя. Потом твоя Оля тебя ебала. И что, ни разу не было желания, чтобы тебя мужик реально отъебал?

Я замотал головой.

— А если я прикажу? Ты же не сможешь мне отказать?

Я посмотрел на нее. Ирина явно не шутила.

— А покраснел — то опять как юнец. Ну так что? Я жду.

Я кивнул.

— Я не слышу, пупс

— Да, — тихо ответил я

— Вот и молодец. Ну учти, если в самый момент ты начнешь капризничать вдруг... я выгоню тебя. Выгоню навсегда. Была уже глубокая ночь. Ирина впервые оставила меня у себя на ночь. И я вдруг подумал, а где я буду спать? Может и не буду, буду лежать около ее ног как Француз и охранять ее сон. А жаль, что я не могу лизать свой член, у себя бы я даже отсосал. Сперму — то свою много раз пробовал.

Ирина повела меня в свою шикарную спальню, чуть ли не половину которой занимала огромная кровать. Включив люстру, она сбросила на ходу белый халат на пол. Я сзади шел и наслаждался этим зрелищем. Боже, какая возбуждающая попа! Как она поигрывает половинками при каждом шаге! Как же я хочу ее бесконечно лизать!

Потом в комнате остался гореть только красный ночник. Она достала из тумбочки знакомую веревочку с петлей. И перетянула мне член с яичками. Осталось взять перо и начнется сладкая пытка. Но перья так и остались в вазочке. Ира легла на кровать на спину и широко расставила согнутые в коленях ноги. Я ждал только команду. Мой член не больно, но был сжат под яйцами и уже не реально раздувался.

Через несколько секунд я полусидя на полу и полулежа на кровати вылизывал ее писю... Когда я осторожно начал сосать ее набухший клитор, Ира схватила меня за волосы и застонала. Она так обильно кончала, что иногда мне казалось, что ее сока было больше, чем у меня спермы. Я снова лизал и лизал. Все щеки у меня были влажными и липкими. Я не вольно терся членом о край кровати и боялся кончить. И тут я услышал, как она со стоном сказала:

— Лезь ко мне...

Я не понял чего она захотела, но встал коленями на край кровати перед ней.

— Ты чего, не понял, тупица? Ложись на меня.

Мне показалось, что я ослышался

— Блядь! Ты чего, не слышал команду?!

Меня всего затрясло еще до того, как я почувствовал ее тело.

— Ну! Уже забыл как это делается, мальчик?

Это сон или... Меня трясло как девственника, как в первый раз. Я вошел в ее влагалище и чуть не кончил сразу. Сжатое кольцо вокруг яичек тормозило мой оргазм, но не надолго. Какая она гладкая и упругая и мой член в ней! Я держался на локтях, боясь лечь на нее всем телом. Я так плотно чувствовал ее живот и грудь... Нет, я сейчас сума сойду!

— Где она?... а вот

Она нашла конец веревки и дернула, что я вскрикнул. Мои яйца оказались в жесткой петле, а веревка сдавила ложбину между моих ягодиц.

— Кончать будешь только по моей команде, — прошептала Ира, — понял?

— Д-а-а, — с трудом ответил я и медлено вошел в нее весь.

Началось невобразимое. Я чувствовал ее всю. Ее влагалище было глубоким, как я мог и предположить. Получалось так, что я подстраивался под ее желания и движения. Я подмахивал ей, а не наоборот...

— А... медленее, — стонала она

— Да-а...

О, Боже, дай мне продержаться еще!

И тут она начала кончать.

— Нет, — почти закричала Ира, — не сейчас!... Еще... еще.

Веревка терла мою жопу, она нещадно дергала ей.

— Все, давай!

Дальше я себя не контролировал. Я спускал опять с болью, но казалось, что сперма лилась медленее, чем я мог...

И тут Ира кажется бросила веревку, потому что вцепилась в мою спину ногтями. Я был счастлив, что моей женщине было так хорошо. Казалось, что кончал я бесконечно, пульсируя внутри... Мы стонали, даже кричали от удовольствия... Я не прекращал движений и мой член даже не думал падать. Без перерыва все началось снова...

Мы взмокли от пота, а под яйцами образовалась целая лужа, липкая лужа.

Потом, когда я вышел из нее, я лежал на животе рядом. Прошло минут десять, может быть больше и Ира спросила:

— Еще сможешь?

— Француз постарается, — смело ответил я

— Переворачивайся, юморист

Ира обхватила мой липкий член. Он ослаб, но тут же вскочил в ее руке. Она сняла веревку и села на член сверху. Скачки начались сумасшедшие. Я гладил ее бедра, ляжки. Ее большие груди прыгали над моей головой. Тут наши взгляды встретились, я видел, как Ира просто болдела от этой ебли. Она упиралась руками о мои плечи. Но тут я получил звонкую пощечину:

— Убери свои глазища наглые

— Еще

— На, сучка!

— Еще

— Получай! А... А-а-а...

Ира кончала. Она просто села на меня, не прекращая скачек, а я трахал ее снизу. Она лупила меня пощечинами слева и справа и кричала, потому что плыла на мне. Оргазм за оргазмом...

Мое лицо горело огнем, но я был счастлив... Когда мы засыпали, уже светлело.

Утром что — то изменилось. Ира как — то пыталась больше молчать. Мне показалось, что ей даже не по себе от того, что между нами это произошло. Мы одетые выпили кофе, и я сам сказал:

— Ира, мне наверное лучше уехать, — даже не спросил, а сказал я.

— Да. Я позвоню.

Я вызвал по мобильнику такси и закурил за воротами этого дома. Была суббота, солнечный день, но мне даже не хотелось выходить из дома. Я лежал голый перед телеком и смотрел МТV. И вдруг меня как током ударило. А что, если после этой ночи Ира мне больше не позвонит? Наверное, она поняла, что перешла какую — то ту черту... Выходные прошли кое — как. Я не находил себе места, ходил с мобильником и в ванную, и в туалет, боясь пропустить звонка. Ира позвонила! Вечером в понедельник и, как всегда, спросила: смогу ли я приехать к ней завтра в 6 вечера?

Еще бы! Разве было, что я хоть раз не мог? Я был счастлив, надумал себе всякой ерунды и ходил как потерянный. Вот дурак! Значит, я все — таки ей нужен. Последняя ночь вообще была фантастической, хоть и без страпона. Ирина страпонила меня далеко не всегда, но это меня не расстраивало.

На работе я взял отгул на среду, предвкушая, что она снова оставит меня на ночь. Мне снова открыл калитку этот лысый в белых шортах и цветастой распахнутой рубашке