Моя кинокарьера. Часть 14

Снимаю перед тобой шляпу – не думала, что ты на такое способна, – сказала она, слегка насмешливым тоном

Я вспыхнула от её слов, чувствуя прилив жара к щекам.

– Наташа… ты же знаешь, у меня не было выбора. Если я согласилась на эту роль… то что мне остаётся? – пробормотала я, стараясь не встречаться с ней взглядом. Затем я глубоко вздохнула и добавила: – Наташа, не оставишь нас с Сережей ненадолго?

Она лукаво улыбнулась и кивнула.

– Конечно-конечно. Болтайте тут, а я пойду займусь чем-нибудь интересным.

С этими словами она ушла, оставив нас вдвоём. Я перевела взгляд на Серёжу. Он сидел молча, растерянный и будто бы немного смущенный. Его глаза внимательно изучали меня, словно он пытался понять мои мысли. Собравшись с духом, я подошла ближе и начала оправдываться.

– Дорогой… прости меня за то, что тебе пришлось всё это увидеть. Я… я не знала, что эта сцена будет настолько… – я замялась, подыскивая слово, и наконец выдохнула: – пошлой. Прости, что я не предупредила тебя заранее. Мне очень жаль.

Серёжа поднял взгляд, его брови чуть нахмурились. Он выглядел уязвленным, но старался держать себя в руках.

– Катюша, не извиняйся. Я же уже говорил тебе: это я во всём виноват. Если бы не мои долги, тебе бы не пришлось сниматься в таком… – он замолчал на мгновение, подбирая слова.

– Да, но я всё равно чувствую себя виноватой перед тобой, – ответила я, опустив глаза.

– Ты ни в чём не виновата. Я сам согласился присутствовать на съемках. Хотя… если честно, я не ожидал такого. Ну что тебя будут трогать эти мужики… да и то, что тебе это понравилось… – в его голосе прозвучала обида.

Я вздрогнула от этих слов и поспешила возразить:

– Дорогой, прости! Это совсем не то, что ты подумал. Мне не понравилось! Просто… просто понимаешь, это физиология. Моё тело само реагирует. Я ведь не могу контролировать… ну ты понимаешь… что там выделяется. Но эти актёры мне абсолютно безразличны! Ведь я люблю только тебя.

Я сделала шаг ближе и присела рядом с ним. Не в силах сдерживать эмоции, обняла его и поцеловала. Его губы были теплыми и немного напряженными, но он ответил на мой поцелуй. Его руки скользнули по моим плечам вниз и вдруг оказались между моих ног. Пальцы уверенно проникли прямо в разгоряченную киску. От неожиданного прикосновения я тихо застонала и инстинктивно положила руку ему на штаны в районе члена. Сквозь ткань я отчётливо почувствовала его твердый член.

Похоже, Серёжа тоже был возбужден, не смотря на обиду – мелькнуло у меня в голове.

– Катя… ты такая мокрая… Я тебя очень хочу, – тихо прошептал он мне на ухо.

Его слова заставили моё тело откликнуться ещё сильнее. Желание накатывало на меня.

– Дорогой, я тоже хочу тебя, – прошептала я, дрожа от его близости, – но не сейчас. Мне нужно отработать ещё одну сцену.

Я мягко убрала его руку и отстранилась. Только в этот момент до меня дошло, что я отказала мужу ради того, чтобы через несколько минут встать на колени и взять в рот член другого мужчины и на меня опять нахлынуло чувство вины.

Сережа вздохнул тяжело и с явной обидой произнёс:

– Да… я слышал, как режиссёр объявил следующую сцену. Надеюсь, это продлится недолго.

Его слова резали меня.

– Дорогой… прости… Я ведь предупреждала тебя о том, что будет такая сцена. Мне действительно придётся это сделать… – сказала я тихо.

Он поднял на меня усталый взгляд:

– Катюша… мы уже это обсуждали. Давай не будем возвращаться к этому снова. Просто пообещай мне одно: не старайся слишком сильно и думай только обо мне.

Его просьба была одновременно трогательной и болезненной для меня.

– Конечно… обещаю! Я всегда думаю только о тебе! – ответила я с улыбкой на лице, хотя внутри чувствовала себя отвратительно от своего вранья.

Правда была в том, что когда возбуждение накатывало на меня во время съемок, я забывала обо всём на свете – даже о нём…

– Сереж, мне нужно идти, успеть в туалет перед сценой, – сказала я, поднимаясь.

– Хорошо, дорогая, иди. Я буду здесь, – кивнул он, и в его глазах мелькнула тень смирения.

Я поспешила в туалет, ведь режиссёр уже объявил пятиминутную готовность. Торопясь, я едва успела пописать и сделать несколько глотков воды. Сердце билось учащенно, а моя киска все еще была влажной от неутоленного желания. Собравшись с духом, я вернулась на съемочную площадку.

Комнату на площадке переделали под стилизованную гостиную: два массивных кресла стояли по центру, а декоративный камин у стены добавлял атмосферы роскоши. В воздухе витал лёгкий аромат чего-то терпкого, возможно, вина из бокалов, которые уже стояли на столике рядом с креслами. Режиссёр собрал всех актеров для инструктажа перед следующей сценой.

– Сейчас снимаем сцену вечерних посиделок лорда и графа со своими девушками-собачками, – начал он, оглядывая нас строгим взглядом. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась нотка нетерпения. – Напомню вам краткое описание, на случай если кто-то забыл.

Он сделал паузу и посмотрел прямо на меня с укором, отчего мне стало неловко и начала нервно переминаться с ноги на ногу.

– Граф и лорд сидят в креслах, ведут светскую беседу, потягивая вино из бокалов, а девушки у их ног – массируют им ступни. Потом лорд, предлагает графу «развлечься». По его команде вы, девочки, стягиваете с них брюки. Мужчины остаются голыми ниже пояса, расслабленные, с вином в руках, а вы начинаете работать ртами делая им минет. Катя, твоя героиня начинает в паре с Виктором, а Анжела – с Вячеславом.

Моё сердце заколотилось так сильно, что я почти слышала его стук в ушах. Вот она – сцена с минетом, момент истины, который наконец то настал. Я всё ещё не могла поверить, что через несколько минут мне предстоит впервые взять в рот член другого мужчины прямо на глазах у Сережи. Хотя… нет, это будет уже второй раз. В первый раз я даже не подозревала, что он наблюдает, а теперь я буду делать это осознанно, чувствуя его взгляд на себе.

От одной только мысли об этом по телу пробежала дрожь, а между ног стало еще горячее. Я представила, как опускаюсь на колени перед Виктором Сергеевичем, расстегивая его брюки. Его твёрдый член высвобождается, и я, погружаю его в рот делая страстный минет. И всё это – под пристальным взглядом Сережи, который, возможно, сжимает кулаки, сидя в студии, борясь с собой. От этих мыслей чувство вины, стыда и сильного возбуждения одновременно нахлынули на меня, заставляя сердце биться чаще.

Мужчины сняли обувь и заняли место в креслах, положив ноги на подставленные табуретки. Нам с Анжелой режиссер велел встать перед ними на колени и взять ступни в руки, изображая массаж. Когда все было готово к съемке, режиссер скомандовал начать. Мы с Анжелой массировали ноги мужчинам, стараясь, чтобы все выглядело естественно. «Конечно, массажистка ног — это не самая достойная роль, но по сравнению со всем, что я делала до этого, это было самое приличное занятие», — подумала я.

– Хорошо сидим, Фридрих. Как тебе массаж, нравится? – спросил Гельмут, попивая вино из бокала.

– Отличный массаж, и девочки у тебя хорошие. Нужно мне тоже будет таких завести, – ответил граф Фридрих, его глаза блуждали по нашим обнаженным телам.

– Если хочешь, могу тебя познакомить с дамой, которая дрессирует таких сучек, – сказал Гельмут с ухмылкой.

– Конечно, хочу. Может, она мне поможет достать такую. Кстати, мои ноги уже достаточно размяты, а вот член еще нет. Может, твоя сучка мне его размять? – спросил граф Фридрих.

При этом, почему то бросил взгляд на меня, хотя по сценарию ему должна была делать минет Анжела.

– Разумеется. Я рад, что ты спросил. А то я и забыл, что в твоем возрасте, граф, член требует частой разминки, – ответил лорд Гельмут с легким смешком.

– Ну что вы, лорд, в вашем возрасте тоже не помешает дать ему работу. Особенно когда под рукой такие первоклассные сучки, – парировал Фридрих, и они оба рассмеялись, обмениваясь этими унизительными любезностями.

Диалог был очень унизительным, но я стиснула зубы, стараясь не выдать, как он меня задевает. Наконец, Виктор Сергеевич поднял руку, прерывая нас, и коротко приказал: “Хватит массажа, разденьте нас”. Последовала короткая склейка – мы с Анжелой принялись стягивать брюки с лорда и графа. Режиссёр вдруг велел оператору приблизить камеру, взять крупный план, как я медленно снимаю брюки с Гельмута. Его член, оказался прямо перед моим лицом – так близко, что я ощутила его запах.

Мужчины снова уселись в кресла, теперь голые ниже пояса, с бокалами в руках, а мы с Анжелой опустились на колени между их ног. Я оказалась перед Виктором Сергеевичем, Анжела – перед Вячеславом.

– Всё, девочки, берите в рот, начинаем сцену! – скомандовал режиссер, и его голос эхом отозвался в студии.

Перед тем как взять член в рот, я украдкой посмотрела в угол студии, где сидел Сережа. Мое лицо явно просматривалось с того места, где он находился, и я понимала, что ему будет абсолютно все видно: и член у меня во рту, и выражение моего лица, когда я буду его сосать. Но времени на раздумья не было, и я, нагнувшись, взяла в рот еще мягкий член Виктора Сергеевича, чувствуя, как он начинает твердеть от прикосновения моего языка.

Я начала медленно сосать его член, чувствуя, как бьется мое сердце от осознания, что Сережа наблюдает за мной. Я старалась двигаться плавно, не торопясь, давая члену мужчины окрепнуть. Я обратила внимание на свою позу. На удивление, она не была откровенной: я сидела на коленях, опираясь попой на свои пятки и сжав ноги. Это положение позволяло скрыть от чужих глаз мою возбужденную киску.

«Мотор начали», – раздался голос режиссера, и съемки начались.

– Вот так-то лучше, – протянул граф Фридрих, откинувшись в кресле с довольной улыбкой. – Ноги – это хорошо, но член во рту куда приятнее. Хорошая девочка, бери глубже. – Его похвала была адресована Анжеле, которая работала ртом над его членом.

– Нравится, как Айва сосет? – подхватил лорд Гельмут, потягивая вино. – Это ты ещё Лайзу не пробовал. Вот она – настоящая мастерица, отменная членососка. – Его рука легла мне на затылок, слегка