Медсестра Таня. Часть 2

— Полежи так пять минут, — сказала она, полностью намазав меня кремом.

Таня вышла из палаты, забрав с собой мою одежду. К этому моменту я уже хорошо представлял, в какую игру она играет, но старался не показывать вида.

— Кто это тут лежит голышом? — улыбнулась Таня, вернувшись в палату, — Маленький Витюша? Медсестра взяла мокрую тряпочку и стала буквально соскребать с моего тела крем. Как я и предполагал, он был эпиляционным.

— Переворачивайся на живот, — скомандовала Таня.

Я лег на живот, удивляясь, зачем Тане понадобилось мазать меня кремом сзади, потому что там у меня почти не было волос. Медсестра точно так же дала мне полежать пять минут и потом старательно протерла все мокрой тряпочкой.

— Теперь можно мыть, — сказала Таня и я почувствовал, что она снова принялась тереть мне спину какой-то тряпочкой.

Тщательно помыв меня сзади, Таня скомандовала мне переворачиваться на спину.

— Вот так помоем Витюше ручки, — начала ласково приговаривать медсестра, — А теперь грудку.

Намыленная тряпочка в Таниной руке спустилась мне на живот.

— Какой у нас животик, — приговаривала Таня.

Чувствуя, как она спустилась пониже и принялась протирать мне лобок, я не знал, куда деться от смущения.

— После этого крема совсем другое дело, — довольно улыбнулась Таня, щекотно пощупав мне лобок, — Такая гладкая кожа. Как будто моешь грудного малыша.

Таня принялась щекотно протирать меня намыленной тряпочкой между ног.

— Ой, а что это такое? – неожиданно засмеялась девушка, — Витюшин маленький писюнчик?

Я подумал, что размер моего вертикально стоящего члена полностью исключал уменьшительно-ласкательные суффиксы, но Таня конечно имела право на собственное мнение и выбор слов.

— Маленьким мальчикам надо хорошенько мыть писюнчик, — ласково сказала мне Таня, — Вот так, со всех сторон.

Я понимал, что Таня специально меня дразнит.

— А теперь поднимем Витюше вверх ножки и хорошенько помоем между ними.

Задрав заученным движением мои ноги, Таня начала щекотно мыть мне мошонку. Не в силах терпеть щекотку, я начал ерзать на кровати.

— Что такое? – с улыбкой спросила медсестра, нестерпимо щекотно протирая мне тряпочкой за яичками, — Чего ты начал нервничать? Совсем как мой шестимесячный племянник, когда его подмывают между ножек. Кстати, его тоже зовут Витюшей. И почему все мальчики так боятся щекотки?

Медсестра начала тереть тряпочкой у меня между ягодиц и неожиданно запихнула ее мне в попу.

— Что испугался? – засмеялась она, — Должна же я как следует помыть тебе попу.

Следующие несколько минут Таня молча протирала меня другой мокрой тряпочкой, чтобы смыть мыло.

— Какое все гладкое и нежное! – улыбнулась она, потрогав мне мошонку, — Совсем как у малыша.

Вынужденный терпеть, как Таня бесцеремонно трогает меня, где хочет, я не знал, куда деться от смущения. Разумеется мне нравилась игра в ребенка, но Танино рвение было немножко шокирующим.

— Что ты так покраснел? – засмеялась медсестра, — Маленький ребенок не должны стесняться лежать голышом.

Таня взяла в руки и начала разглядывать белую майку с забавным рисунком: голубыми машинками и самолетами. Я удивился, где она такую достала, потому что мой размер был совсем не детским.

— Давай оденем вот эту маечку, — ласково сказала Таня, помогая мне сесть.

Медсестра одела мне майку и я снова лег на спину.

— Какая прелесть! – улыбнулась Таня, — Коротенькая, как распашонка.

Я посмотрел вниз. Майка действительно едва прикрывала мне пупок.

— Побудешь без трусиков, — сообщила мне Таня, — Они тебе сейчас ни к чему. Вот подгузник бы точно не помешал.

Полюбовавшись на меня еще полминуты, Таня наконец накрыла меня одеялом.

— Вот и помыли Витюшу, — улыбнулась она, — Ну что, нравится быть чистым?

— Угу, — кивнул я.

Медсестра быстро собрала все свои принадлежности и вышла из палаты.

Следующий Танин визит был аж после обеда. На этот раз она пришла не одна, а с уже знакомой мне практиканткой Ирой. Я немножко испугался, когда медсестры подкатили к моей кровати носилки.

— Перелезай! – скомандовала Таня, бесцеремонно откинув мое одеяло.

Заметив, как Ира уставилась мне между ног, я вспомнил, что лежу без трусов и густо покраснел.

— Сейчас я тебе помогу, — улыбнулась Таня.

С трудом ворочая ногой в гипсе, я неуклюже перелез с помощью медсестер на носилки. Таня накрыла меня простыней и медсестры покатили носилки к двери.

— Куда вы меня везете? – поинтересовался я, когда мы оказались в коридоре.

— На процедуры, — уклончиво ответила Таня.

Девушки завезли меня в процедурный кабинет и переложили с носилок на кушетку

— Откуда у Вити эта майка? – захихикала Ира, — Такая смешная.

— Ага, такая забавная маечка, — со смехом согласилась Таня.

— А почему он без трусов? – поинтересовалась Ира.

— Витюшины трусики грязные, — объяснила Таня, — Отдала стирать. Кстати, зачем ему вообще здесь в больнице, трусы? У него же постельный режим.

Лежа без трусов перед обсуждавшими меня девушками, я не знал, куда деться от смущения. Единственное, что оставалось — это прикрываться руками.

— Какой стеснительный, — засмеялась Таня, — Как будто мы не видели маленьких мальчиков голышом.

Мягко разняв мои руки, Таня положила их мне по бокам.

— Скажи, так похож на малыша, — повернулась она к Ире, — Видишь, как у него гладко между ножек?

Таня легонько провела пальцами по моему лобку, заставив меня еще больше смутиться.

— Смотри, как покраснел, — тихонько захихикала Ира.

— Сейчас сделаем тебе клизму, — объявила мне Таня, — Ты у нас уже два дня не ходил по-большому.

Таня начала легонько гладить мой живот.

— Сделаем нашему малышу клизму, он покакает и больше не будет болеть животик, — ласково сказала она.

— Чего ты с ним постоянно так сюсюкаешь? – со смехом спросила Ира, — Как будто с ясельным.

— Я почему-то Витю по другому не воспринимаю, — улыбнулась Таня, — Он сейчас так напоминает моего шестимесячного племянника.

— Твоего племянника кажется тоже Витей зовут, — вспомнила Ира, — Ну что, будешь ставить клизму?

— Сейчас, — улыбнулась Таня, — Я хотела сначала взять у него анализ мочи.

— Что, прямо здесь? – спросила Ира с ехидной улыбкой.

— А где? – улыбнулась Таня, — Пускай пописает в баночку.

— Давайте потом, — смущенно пролепетал я, чувствуя, как горят щеки.

— Никаких потом! – отрезала Таня.

— Ну может не надо? – попросил я.

— Что ты хнычешь, как маленький? — улыбнулась Таня, — Я между прочим еще позавчера оставила тебе баночку, в которую ты должен был пописать. Раз ты такой безответственный, мне придется проследить за всем лично. Сейчас прямо при мне наполнишь эту баночку.

Таня принесла маленькую баночку и эмалированный тазик.

— Задирай ему ноги, Ириша, — попросила она вторую медсестру.

Ира задрала мне вверх ноги.

— Еще выше! – попросила Таня, — Прижми коленки к животу. Ага, вот так. А я сейчас подставлю Вите под попу тазик.

Я поежился от прикосновения холодного металла.

— Совсем как его шестимесячный тёзка, — улыбнулась Таня, — Моя сестра теперь держит Витюшу над тазиком, чтобы он туда писал и какал. На горшок рано, потому что малыш пока плохо сидит.

«Она что теперь все время будет сравнивать меня со своим маленьким племяенником?» — немного обиженно подумал я.

— Чего ты ждешь, Витя? – повысила голос Таня, — Давай писай! Ты сейчас хуже ясельного. Даже мой шестимесячный племянник сразу понимает, чего от него хотят, когда держат голышом над тазиком.

Я почувствовал, как чужие пальцы приподняли мой «писюнчик».

— Пись-пись-пись, — начала ласково приговаривать Таня.

— Уговариваешь его как малыша, — засмеялась Ира.

— Малышей не так уговаривают, — улыбнулась Таня.

Таня хитро подмигнула Ире и снова начала разговаривать со мной, как с маленьким.

— Кто сейчас пописает в тазик? – ласково улыбнулась она, — Разве Витюша не хочет нам продемонстировать, как он умеет пускать струйку?

Услышав заливистый смех Иры, я густо покраснел.

— Покажи нам, как маленькие мальчики пускают фонтанчик, — продолжала ласково уговаривать меня Таня, — Пись-пись-пись… Не забыл, зачем мальчикам нужен писюнчик?

— Ну ты даешь! – засмеялась Ира, — Назвать вот это писюнчиком…

— Ш-ш-ш, — приложила палец к губам Таня, — Не мешай мне уговаривать малыша.

Таня слегка потеребила мой член.

— Будь хорошим мальчиком, — ласково сказала мне она, — Пописай для меня в тазик. Я же вижу, как ты хочешь. Мамы с медсестрами всегда знают, когда малышу пора на горшок. И по-маленькому, и по-большому.

— Что-то пока твои уговоры на Витю никак не действуют, — со смехом сказала Ира.

— Уговорами от него и вправду ничего не добьешься, — согласилась Таня, — Надо сделать специальный массаж.

Таня попросила Иру опустить мои ноги вниз и принялась массировать мне низ живота. Медсестра знала, куда нажимать, потому что мне сразу сильно захотелось по-маленькому. Через две минуты интенсивного массажа позыв стал таким сильным, как будто я терпел целый день.

— Ох, как кто-то сейчас пустит струйку, — улыбнулась Таня, продолжая массировать мне живот, — Не надо терпеть, Витюша. Пописаешь в тазик и все от тебя отстанут.

Таня прекратила меня массировать и рывком задрала мне вверх ноги.

— Можешь подержать вот так? – попросила она Иру.

— Снова прижать колени к груди? – спросила Ира, взяв у