Крапивная лихорадка

или отваливались пара веток крапивы, он из оставшихся к ним добавлял новые и продолжал. Я чтоб не смущать его просто закрыл глаза и даже отвернулся. Брат понял мой жест по своему – как будь то мне всё равно что он там будет делать. Я так и думал и он пока не кончил всю крапиву, так и не остановился. А когда уже от веника почти ничего не осталось, он запрятал прутья малины и шиповника и сказал, я сейчас приду и собрав всё, унёс на берег за огород и выбросил. Мне конечно тогда было всё что он унёс как то безразлично. Хоть мне потом не уносить – даже вроде подумал я. А когда он вернулся, то спросил у меня.

— Как ощущения? – и показал рукой на головку.

— Вроде ничего. Терпимо. И почему мы с тобой раньше об этом не догадались – сказал я.

Брат пожал плечами и спросил.

— А что будет если я сожму член?

— Попробуй – ответил я.

Он одел варежку и взял член в области головки.

— Что руки марать не хочешь – спросил я.

— Нет, уколоться боюсь – ответил он.

В это время он сдавил головку и все кусочки стеблей шиповника сжались от его силы и стали впиваться шипами и в крайнюю плоть и в тело головки.

— Ну как? – спросил он.

— Терпимо, но больно немного – ответил я.

Брат ослабил давление и потом ещё раз сжал.

— А так?

— Немного больнее, но терпеть можно – ответил я.

— Ну извини, сильнее давить нет сил – ответил он.

— Видно точно у тебя уже всё атрофировалось от крапивы, раз ничего совсем не чувствуешь. Проводишь меня до деревни – сказал он.

— А что на ночь не останешься, светло ведь ещё да и что там случится и дед с баушкой помогут.

— Нет, всё же я пойду сегодня – стал настаивать брат.

— Ну хорошо, я сейчас, помоги убрать эти двери – сказал я.

Я встал и взглянул на часы. Было около 22-00. Только я хотел взять рубашку, чтоб одеться, как брат остановил меня.

— А что тебе без одежды слабо чтоль.

— Нет, я уже много раз так ходил – сказал я.

— Тогда пошли – предложил брат и мы через огород вышли за деревню.

— Не мешают колючки – спросил он ан ходу.

— Нет конечно — и я взглянул на свой член,

Он был весь покрыт мелкими точками и во множестве волдырей. Раздутая головка с колючками под кожей болталась в разные стороны и ударялась то об одну ногу, то о другую.

— Да, постарался братец, теперь неделю волдыри проходить будут – подумал я про себя и уверенно шёл вперёд.

За сорок минут мы быстрым шагом дошли до родной деревни. Попрощавшись на опушке я пригласил брата ещё, обещая придумать что то новое и он пообещал окинув взглядом пой уже начинающий припухать член.

Когда он скрылся из виду, я помахал ему рукой и вернулся обратно не спеша. Так как уже смеркалось, я шёл осторожно, чтоб не налететь на торчащий от дерева сучёк. Дома я осторожно освободил от колючек головку и отодвинул крайнюю плоть и потом ещё долго вынимал из тела колючки от шиповника. Спасть в ту ночь я так и не лёг – вернее не смог уснуть от впечатлений. Я даже был готов снова вернуться к родителям и попросить брата о помощи. Но что-то меня остановило.

В этом году ни брат, ни Димка больше ко мне не приезжали и я спокойно после последнего раза залечился от волдырей . Колючки и шипы ещё долго вытирались и доставляли раздражение. Ранки после сдавливания братом головки тоже зажили как на крайней плоти, так и на теле головки.

Ещё два года пролетели незаметно и без особых изменений. Я погряз в домашних делах и даже порой думал о том, чтоб ко мне никто вдруг случайно не нагрянул. Но мыслями решать за других я не мог. Брат с друзьями приехали ко мне на рыбалку, Потом они все разъехались, а брат остался до утра, чтоб на другой день ехать ещё и к родителям. Разговор у нас начался на пустом месте и всё началось как и в прошлый раз. А когда я уже на последнем этапе лежал во дворе и брат охаживал мой член и яйца выложенные на двери от курятника, я думал про своё обещание. Ведь я при расставании ему пообещал что то придумать новое. В голову ничего не шло, а брат собирал новый веник и вкладывая в него стебли шиповника, парил и хлестал по моим гениталиям постоянно ворочая их с боку на бок, чтоб досталось везде и равномерно. Брат был немного под хмельком как и я. Ведь я тоже с ними был на рыбалке и поэтому толком и не думалось ни о чём и вдруг меня осенила необычная идея. Брат в это время уже хлестал об меня четвёртый веник, внутри которого было несколько веток шиповника и колючки от них с каждым разом оставались в теле моего члена, и мошонки. Я окликнул брала и напомнил ему об обещании.

— Слушаю, что ты там выдумал – сказал он.

— А если нарезать веток шиповника и тех колючек и положить на доски под мошонку и член, а потом снова попарить?

— Хм, я не против – сказал брат и взялся за дело.

Вскоре он приподнял мои яйца и под них наложил коротких стеблей с колючками и положил на ним мои яйца, а потом отогнул член и по всей его длине тоже разложил стебли шиповника и чертополоха и положил на них член. Рядом с ним ещё осталось много коротко настриженных кусочком колючек и он спросил меня.

— А это куда?

— Ложи сверху, зря нарезал чтоль. – ответил я.

Когда брат засыпал колючками мой член и яйца сверху, он спросил меня.

— Если начну хлестать, они разлетятся все.

— Ну прижми их тогда – сказал я неподумав.

Ну брат и рад стараться. Положив сверху на мой член и яйца варежки, он придавил всё руками и даже сжал легонько. Я никак на это не прореагировал и тогда он сдавил уже сильнее, а потом ещё и ещё. Что происходило под рукавичками, ни я ни брат не видели. Можно было только предположить, как колючки и шипы впиваются в кожу моего члена и мошонки. Иногда было чуть больно и неприятно. Наверное колючка глубоко проникала под кожу. Но потом всё становилось нормально. Брат так увлёкся, что на меня даже не обращал внимания и я спросил его.

— Ты что там тесто мнёшь или уже раскатываешь – спросил я, так как его движения напоминали мне это.

— Нет, но это идея и он стал не сдавливать мой член и яйца, а как бы катать их по колючкам на которых они лежали и тем самым передвигал по всей поверхности и те колючки, что лежали верху.

Я не могу этого вам описать, как он был весь просто поглощён этим занятием, да и меня самого начинало трясти от возбуждения. Помню что я что то спросил у него и голос у меня дрожал. Это было какое то безумие. Голова вообще не соображала. Хоть я и не чувствовал ничего, так как чувствительность после крапивы была почти нулевая, но осознавая то, что делал с моим членом и яйцами брат, меня всего начало трясти. Брат тоже был наверное на пике возбуждения и не смотрел на меня. Всё его внимание было направлено на мой член и яйца и на колючки которыми они были завалены. Я даже на время закрыл глаза и куда то провалился. Сколько это состояние продолжалось, я не помню и тем более что там делал брат. Может секунды, а может и минуты. Когда я открыл глаза, то увидел как брат сдавливает облепленный колючками член. Его выражение на лице мне даже сравнить не с кем и не с чем.

— Я вроде отключился – сказал я.

— Что – вздрогнув ответил брат.

— Я вроде в отключке был – повторил я.

Он отпустил из рук мой член и зажатые между ним и рукавичками стебли шиповника и чертополоха посыпались на поверхность двери. На его штанах было огромное мокрое пятно. Я понял, что он кончил прямо себе в штаны. Брат тоже пришёл в себя и стал осознавать что случилось и сжав ногами мокрое место, сказал.

— Я сейчас приду.

Вернулся он минут через пять с мокрыми трико и в мокрых плавках.

— Не успел немного ссыкнул, пришлось замывать – оправдывался он.

Ну и что, я то ведь знал что он врал мне и оправдывался зачем то.

— Тебе не больно – спросил он.

— Вроде бы нет, я не чувствую ничего – ответил я

Брат стал всё убирать и развязал мой член перетянутый у самого основания. Он был весь синий и облеплен колючками. Осторожно мы всё убрали и я выбрался из под дверки. Осмотревшись я прищёлкнул языком.

— Порезвились так порезвились – сказал брат.

— Ничего, зато есть что будет вспомнить – ответил я и взяв в руки член и яйца, стал осматривать всё. Он был у меня лысым, но после случившегося весь покрыт воткнутыми в кожу шипами и колючками от шиповника, малины и чертополоха. Мы долго выдёргивали их потом пинцетом, но терпения очистить всё у нас не хватило. Кое где немного выступали капельки крови, особенно когда мы освободили головку и крайнюю плоть. Но вскоре кровь перестала выступать. Утром брат уехал.

Хоть я его и приглашал в гости снова, но он ничего не пообещал, а через год у него родился второй сын, и ему теперь было не до меня. Год назад он всё же приезжал ко мне в гости, и мы снова с ним немного выпили за здоровье и его жену и детей и потом оторвались снова, но всё было почти так же что и три года назад. Так что повторяться я не стану, а то что мы по пробовали с ним новое, я впервые проделал с Димкой за год до последней встречи с братом. Об этом я хочу рассказать и продолжить свою историю.

В общем я понял, что брату теперь ко мне не вырваться и сам, а это было два года назад, поехал в город чтоб кое что купить м встретиться с Димкой. Последнее время он что то забыл меня и приезжали с женой только весной помогать садить огород и осенью на уборку. Я им помогла с овощами и они были рады этому. Выдумав предлог, я зашёл на огонёк к Димке. Он дома был один. Его жена была на дежурстве и вернётся только утром. Мы долго болтали и я ему рассказывал приключения с братом выдавая их за свои как будь то я сам всё проделывал один. Вскоре я заметил, что глаза у друга загорели и сославшись что хочу спать, лёг на диван. Я притворился что сплю и слушал как Димка ещё долго ворочался и уже за полночь заснул.

Утром я уехал, но мысль о том что Димка заинтересовался, не покидала меня. И я не ошибся. Недели через три он приехал. Стояла жара и был месяц июль. Только небольшие дожди иногда баловали нас.

За разговором и кружкой пива мы расслабились и я стал снова Димке уже более подробно рассказывать о своих достижениях или приключениях. Он заинтересовался и спросил меня.

— А ты как себя чувствуешь сейчас после всего этого.

— Вполне нормально – ответил я.

Я знал что он не вытерпит и приедет. Он ещё в детстве любил мучит