Камень из космоса. Глава 3

Витька нашел свой второй тапок, одел его и собрался идти на верхнюю площадку. Он хотел встретиться с Татьяной Борисовной до того, как она уйдет на работу. Камень лежал приятной, теплой тяжестью в кармане домашних штанов.

— Тра-та-та! Мы воткнем тебе тудааа!!! — напевал себе под нос угловатый парень, шлепая к выходу.

Дзынь-дзынь! Дзынь-дзынь! — раздался звонок телефона. Он поднял трубку и посмотрел на себя в высокое, ростовое зеркало в коридоре. Его попросила поставить отца мать, что бы красоваться перед выходом. Выстрельнул в отражение пальцем.

— Говори, Дэн.

— Здарова, Витек! Нужна помощь.

— Какая это? — нахмурилось отражение в зеркале и засунуло руку под мышку. Похоже встреча с Татьяной Борисовной откладывалась.

— Мне надо мебель передвинуть в гостиной, потом обратно задвинуть. Тут мамка ремонт устроила. — горестно вздохнул Денис.

— А без меня никак? — раздраженное отражение начало пинать косяк. — попроси Тимоху.

— Ты ближе него живешь, да и толку больше, когда дело касается грубой, физической силы — усмехнулся Дэн-кончай ломаться уже.

Тут голос у него стал тише.

— Да и мамку мою знаешь, при тебе не так ворчать будет.

— Ладно, заезжай. Найду костюм негра пока. И да, ты мне сорвал очуменный секс, друг называется.

На том конце раздался смех.

— Буду через десять минут сексмэн! Ну ты дал! Аж до слёз! Секс у него!

Витька отключилэ разговор.

...

Утро у Дениса началось с подъёма, будто он оказался в армии.

— Вставай, Денька! Позавтракаешь и пойдем трудиться! — резкий голос матери разорвал сладкую тишину, вбивая каждую букву в сонные уши.

— А? Чего? — черные глаза еле разлепились и смуглая, худая рука Дениса накрыла его косматую голову подушкой. В проёме дверей стоял силуэт матери.

— Я жду тебя через полчаса Клоков-младший!

Дверь закрылась. Спорить было бесполезно с таким упрямым деспотом. Только хуже будет, стукнув подушку кулаком, Денис приподнялся и встал с кровати.

«Недаром, папка попивает пиво, да до ночи работает. Мне бы поскорее свалить из этого матриархата.»

Он вышел в коридор. Тут и там лежали рулоны обоев, клей, кисти. Мать не вовремя ушла в отпуск и затеяла дома свое любимое занятие-ремонт. С кухни доносился, так любимый ею, аромат крепкого кофе. Играло радио. Высокая, худая, как и сын, Татьяна Дмитриевна Клокова готовилась к масштабной операции по переделке гостиной. Сейчас она сидела на стуле и пила горячий эспрессо. Зашёл сын и выпил из графина стакан воды, совсем как его отец. Она повернула овальное лицо с крупными чертами лица к нему:

— Ты будешь хлопья или бутерброды?

— Хлопья — зевнул Денис.

— Не зевай, когда разговариваешь — она встала и длинные, тонкие, как у жирафа ноги прошли до буфета. Она начала копаться в шкафчике и готовить сыну завтрак. Удивительно, при таких ногах, у нее был крупный зад.

«Видимо, трудовая мозоль выросла от сидения в кабинете, так шутил над ее формами Тимоха.»

— Твой отец сегодня работает в две смены. Начальник склада совсем обнаглел. Мне надо, что бы ты позвонил одному из твоих друзей-оболтусов и что бы вы передвинули мне мебель.

Темная голова Татьяны с короткой, как у мальчика, прической повернулась в ожидании ответа.

— Заметано-буркнул Денис.

— Вот и славно — повернулась, с миской хлопьев в молоке, Татьяна к сыну и широко ему улыбнулась тонкими, ярко накрашенными, губами.

...

Витька не успел пройти и одного уровня в «Быстрый и дохлый», как зазвонил дверной звонок. Он бросил джойстик, выключил приставку и пошёл открывать гостю замок. Денис встретил его кислой улыбкой:

— Пошли нигер! Время таскать камни.

Витька зашнуровал кеды, распрямился и вложил весь пафос в голос:

— Сделаем это!

Он бывал в гостях у Клоковых и знал, что в гостиной у них дома стоит не мебель, а настоящее испытание даже для бывалых грузчиков. И мать у него настоящая стерва. Она пилила и мужа и сына. Он отправлялся в ад. Но что не сделаешь, ради мужской дружбы.

...

— Ну наконец! Кавалерия подъехала! — встретила их мама Дениса. — Разувайтесь, берите сланцы и за мной, мальчики! Она деловито воткнула тонкие руки в бока, нависла над Витькой всем своим ростом. Парни сменили обувь.

Они прошли в квартиру за хозяйкой, Витькины глаза смотрели на переваливающиеся ягодицы Татьяны Дмитриевны, обтянутые домашними, тонкими штанами. Поверх она накинула старую рубашку.

Дэн поймал его взгляд, проследил до торчащим, над длинными, ходулями-ногами, задом матери и зарядил Витьке крепкий подзатыльник.

Витька виновато посмотрел на него и пожал плечами.

«Что тут такого?»

В ответ Денис помахал тяжёлым кулаком.

— Как там погода на улице? — спросила через плечо, чеканя каждую букву Татьяна.

— Жа... — начал было Витька, как она его перебила тоном, не терпящим пререканий.

— Вот, ваш план на сегодня. Начните с этого шкафа — сдув с глаза черную, косую челку, Татьяна указала пальцем на громадину слева от ребят.

Витька взялся за бок.

— Да нет же! — нервно воскликнула она-Бери только за низ, он очень не любит отпечатков. — И по-акку-ратнее!

Буркнув себе под нос Витька взялся за неудобный край и они с Денисом потащили тяжёлую ношу.

Спустя десять минут на футболках друзей появились тёмные круги на спине и подмышками, лица блестели от пота.

Тут Дэн остановился:

— Ты что, так и таскаешь тот булыган с собой?

Он наклонился и подобрал с пола слабо мерцающий камешек. Повертел в руках.

В это время Татьяна Дмитриевна хотела раздражённо начать выговаривать им о любой причине, лишь бы валять дурака и не помогать. Но мысли начали утекать, расплываться. Она пыталась их удержать в фокусе сознания, но вместо этого вперилась на пах Дениса и облизывала губы.

«Какой он у него, я давно не видела. С мальчишками всегда какие-то проблемы. Надо прекратить пялиться... Ооох... как давно я не чувствовала себя так... сладко»

Влагалище промокло и теперь истекало прямо через синие стринги, в тонкие штаны. Ткань между ног у женщины потемнела. Дыхание стало глубоким, прерывистым. Руки стали гулять по телу, приглаживать невидимые складки на чувствительных местах.

Витька заметил, как она несколько раз, будто случайно потерла с силой штаны между ног и крепко сжала одну из маленьких грудей.

— Эээээ, Дэн... дай мне камень и дотащим грёбаный саркофаг. — он раскрыл ладонь и подошёл к другу.

— Да, держи — Худой, долговязый, как мать, он улыбнулся и протянул камешек. Витька поспешно засунул его в карман и взялся за край очередного монстра отечественной мебельной промышленности.

— Тетя Таня, куда его?

— Сюда мальчики-рассеянно ответила Татьяна. Ее большие, миндалевидные глаза избегали смотреть на Витьку и Дэна. В комнате стало жарко, от мужских тел исходил пьянящий запах пота и молодости. Он сводил с ума, душил ее от желания. Длинные пальцы сами потянулись к пуговицам.

Татьяна расстегнула рубашку гораздо ниже, чем позволяют себе приличные женщины и при каждом наклоне открывался прекрасный вид на ее припухлости. Она начала собирать перед мальчиками мусор с ковра, задерживаясь в наклоне дольше, чем того требовалось.

Тут Витька попросил:

— Тут надо подержать створки, а то сломаются.

— Конечно, конечно — она услужливо бросила дела и подбежала к ним.

— Ниже, держите дверцы ниже тетя Таня! Они там открыться могут легче верхних! — сочинял, пыхтя Витька, вперив глаза в распахнутое декольте матери друга. Она сделала как он говорил и нагнулась придерживать самые низкие дверцы.

— Вот эти Витя?

— Да, да! Так и держите!

Маленькие груди полностью открылись в оттопыренных чашках лифчика, забелели в просвете ткани.

Они лежали в паралоновых чашках небольшими, размером с яблоко, выпуклостями с маленькими, набухшими розовыми сосками, торчащими короткими отростками в стороны. Хоть бюст и блистал скромностью, осознание, что он наблюдает за чем-то запретным, взбудоражило ум Витьки. Мать у Дениса всегда одевалась в длинные платья и плотно застегивала все пуговицы. Он даже не рассматривал ее, как женщину, но сейчас она казалась ему очень даже ничего. Раз хочет показать свои прелести кому-то кроме папки Дениса, пусть показывает.

Он вытягивал шею, что бы как можно дальше заглянуть в вырез рубашки, помогающей с переносом шкафа, тети Тани.

Денис в это время похоже заметил темное пятно под крупными, дрожащими ягодицами матери и глаза у него округлились до пятаков. Они занесли в коридор последнюю часть стенки.

— Освободили комнату ма. — выдохнул радостно Ден и похлопал по плечу Витьку:

— Спасибо друган! Пойдём отвезу тебя, откуда взял!

Татьяне не хотелось их отпускать.

— Будете чай, вы заслужили — она упёрлась руками в колени, словно тоже отдыхала после тяжёлых подъемов. Парни уставились на щель между плотно сомкнутыми грудями.

— Н-нет, мы поедем-Дениса похоже раздражало то, как его мать флиртует перед другом.

— Да, мне там ещё надо дела всякие делать свои, ага — начал одеваться Витька.

— Как жаль. — резкие нотки ушли из ее голоса, она улыбнулась — Заходи почаще Виктор. Побольше бы моему сыну таких друзей иметь.

— Пока, ма! — дверь закрылась за сутулой спиной.

«Мой мальчик ещё стесняется своего роста» — подумала с теплом она и быстро пошла в его комнату. Залезла рукой под матрац, потом заглянула в тумбочку.

— Где же они... они точно есть, я знаю. — она нахмурила под черной челкой лоб.

Татьяна Дмитриевна нагнулась, встала на колени. Зад округлился и стал гигантским. Ее рука залезла в тень, под кровать.

Нащупала и вытянула грязные трусы в засохшей сперме сына.

— Попались! — с ликованием она сжала их в кулаке. Спустила до середины своих худых, длинных ног штаны с трусами и голым задом упала на постель Дениса. Она развела поудобнее в стороны изящные ноги, положила на лицо расправленные трусы и вдохнула пьянящий аромат потной промежности и терпкий запах старого эякулята.

Из груди у нее вырвался стон.

— Аааах...

«Что со мной? Я такая извращенка. Через неделю у меня годовщина свадьбы с Толей, а я лежу в спальне сына и нюхаю его трусы. Я хочу крепкий хуй... хочу насаживать свою пизду на крепкий хуй мальчишек! К черту все!»

Она засунула пальцы