Жесткая месть. или око за око

снова положил её животом на подушки и вернулся к заднице. Медленными движениями я вводил пробку, растягивая анус до размеров, которые он никогда ещё не принимал. С секунды на секунду мне казалось, что она остановит меня, но Оксана вытерпела, и пробка полностью вошла в её дырочку. Девушка выдохнула, и я нажал на кнопку на пробке.

— Ай, — не столько от боли, сколько от неожиданности крикнула Оксана. – Что это?

— Нравится?

— Ннн… Нра… Наверное… Ну да, приятно вообще-то. Да, приятно. Да. О-о-о-ой, о-о-о, хорошо-о-о…

Она положила голову на подушки и начала часто дышать и попискивать. Было очень необычно и приятно на неё смотреть. Приятно не только от созерцания молодого женского тела, получающего сексуальное удовольствие, но и от осознавания, что это удовольствие она испытывает благодаря мне.

Я подошёл к ней спереди. Оксана не дожидаясь приказа открыла рот и нетерпеливо посмотрела на меня.

— Буду ебать тебя сюда пока не кончу, — констатировал я и начал трахать её. – В глаза мне смотри, сучка!

Она подняла взгляд на меня и недовольно посмотрела в глаза.

— Нечего сердиться, — сказал я ей, с каждой фрикцией вгоняя член в её рот всё резче и сильнее. – Это тебе за все твои истерики по всякой хуйне. За крышку унитаза. За то, что конспектов лекций не сохранил. Что хлеба в магазине не осталось. Что слушаю не твою музыку. Что я ещё не так делаю, блядь? Получай, сучка!

Это длилось долгих двенадцать минут – я замедлялся, когда понимал, что готов стрелять. Мне казалось, что головка моего члена сейчас лопнет от возбуждения, а внизу моего живота и в промежности приятно побаливало. Наконец, я решил больше не сдерживать себя и начал так бешено ебать её, что, казалось, в состоянии пробить ей горло. Член выстрелил, наполнил её рот спермой. Скажу честно – так бурно я не кончал ещё ни разу в жизни, а она никогда не принимала сперму в рот. Оксана смотрела на меня недоумённым взглядом, хотя я уже перестал пульсировать и лишь не вынимал член изо рта.

— Что смотришь? Глотай!

Она помотала головой. Тогда я зажал ей нос, и она судрожно сделала глотательное движение. Я немедленно отпустил её, и она выплюнула на подушки половину того, что я выплеснул в неё.

— Зачем? — прошептала она с отвращением. – Это же гадость!

— Да не переживай! Сперма – чистый протеин. Полезна для здоровья.

— Гадость, — повторила она. – Меня сейчас стошнит.

— А вот за это я тебе отшлёпаю сильнее, чем планировал.

Я взял ремень и подошёл к ней сзади. Жопа опять была влажной от пота, и в ней билась пробка. Я усилил частоту пульсаций, и Оксана вновь охнула. Я всё же не стал бить её сильно – хватило того что я нанёс ей пять средних ударов за три секунды. Кожа опять побагровела и стала сухой и горячей.

— Сука блядь, — выругалась она. – Да сколько же это ещё будет?

— Закончим?

— Да бей уже, блядь!

— Успеешь!

Я выключил пробку, но вынимать её не стал. Вместо это я взял резиновый член и начал им играть с вагиной.

— Ты что делаешь? Вынь у меня из жопы эту штуковину?

— И не подумаю, — ответил я. Это часть экзекуции.

— Ты хоть гандон надел? Или ты решил меня вдобавок оплодотворить?

— Это резиновый хуй, — ответил я. – От него если и залетишь, то нарожаешь лишь резиновых пупсов. А их кормить не надо, и можно будет сдать в детский дом в качестве инвентаря.

Страпон легко вошёл в её вагину, которая же давно ожидала, чтобы её выебали. Я вновь включил вибрацию на пробке и начал ебать Оксану резиновым членом – сначала медленно, потом быстрее.

— О-о-о, Коля, что ты делаешь? – Оксана задрожала. – Перестань, пожалуйста, ну перестань.

— Не перестану, — я усилил движения. Мне безумно нравилось трахать её и смотреть, как эта сучка извивается в изнеможении, и будучи пристёгнутая наручниками, ничего не может сделать. Я всё сильнее и сильнее ебал её, и мой собственный член от возбуждения стал твёрже самой твёрдой палки. Оксана издала истошный стон и кончила. Её таз упал на подушки. Таз дергался, красная пизда пульсировала. Наконец, ягодицы расслабились. Именно этого момента я и ждал, а потому не вынимая резиновый член из вагины и не заставляя встать раком, я ударил свою подругу ремнем пять раз настолько ощутимо, что она вновь запищала и зачала извиваться. Кожа стала уже не просто красной – она была багровой, а местами и синеватой.

— Ну как? – спросил я.

— Что?

— Нравится?

— Поговорим об этом потом, — она тяжело дышала.

— Как скажешь, детка! Вставай раком.

Она повиновалась. Я аккуратно извлёк из неё все дилдо и вытащил пробку из жопы. Оксана охнула. Она хорошо подготовилась к процедуре – стальная игрушка была чистой.

— Пришло время для взрослых игр, — сказал я ей.

— Нет, Коль, не надо! Ну пожалуйста, в другой раз!

Я надел гандон, обильно смазал его гелем и потёрся головкой о края ануса. Оксана поняла, что я не отступлюсь, и положила голову на подушку.

— Пожалуйста, пожалей. Еби хотя бы не жёстко.

Я ввёл головку в анус. На удивление, она вошла очень легко, и моя сучка ничем не показала, что ей неприятно. Сантиметров семь член углублялся в норку без особого сопротивления, но вот Оксана дёрнулась.

— Стой… Мне…

— Больно?

— Стой!

Я начал медленные фрикции, незначительно, с каждой буквально по миллиметру углубляясь в свою подружку. Она слегка постанывала, и я никак не мог понять – от боли это или от приятных ощущений. Наконец, член полностью вошёл в её задницу, и я начал медленно трахать её.

— Как ты, детка? – спросил я её.

— Терпимо, — ответила она сквозь зубы. – Буду очень признательна, если кончишь быстрее. А ещё снимаешь наручники.

Ключ лежал рядом, и я освободил её. Она схватила за ягодицы, и попыталась их раздвинуть, хотя было некуда.

— А кем ты себя чувствуешь? – снова спросил я.

— Последней шлюхой, которую ебут во все щели, но не заплатят.

— Ты бы хотела, чтобы я тебе заплатил?

— Сегодня я тебе плачу, на свою голову.

— На свою жопу, хочешь сказать?

— И жопу тоже. Коль, ты меня точно не разорвёшь?

— Я тебе сейчас помогу.

Я уже привычным образом обхватил её руками и стал теперь клитор и груди. Оксана опять часто задышала, потом застонала. Теперь было очевидно, что ей нравилось. Я трахал её всё сильнее и сильнее, и мой хуй скользил в её прямой кишке легко и свободно. Она поднимала и опускала задницу и сама двигалась навстречу мне. Её тело раскраснелось, и когда она на секунду повернула голову, я увидел что щёки горели – они были почти такого же цвета, как это багровая задница.

Я вышел из неё, и хотя диван был в двух шагах, взял на руки, переложил на него так, чтобы она оказалась на спине. Я задрал её ноги и посмотрел в промежность. Розовый анус не успел сомкнуться, и я незамедлительно вошёл в него и вновь приступил к фрикциям. Оксана опять начала стонать, а я тискал её груди, целовал в губы и уши.

Она отвечала сначала слабо, но вот её поцелую стали сосредоточеннее. Она начала меня царапать, всасывать язык в себя, целовать и сосать мои соски. Неожиданно для меня она закричала на всю квартиру – «блядь, Коленька, да что ты какой медленный, порви уже моё очко»!

Я кончил бурно и практически в том же количестве, как в рот. Так и не понял, испытала ли оргазм она, да мне было всё равно. Привычным движением я взял ремень и с размаху очень сильно ударил ей. После свиста раздался чавкающий звук. Оксана уткнулась в подушку и мелко затряслась. Вновь свист и удар. И опять. И опять. И опять.

Она что-то материлась в подушку, но я не слышал что. Лица не было видно, а когда она его подняла, оно было влажным. Но она уже перестала рыдать.

— Продолжим, — спокойно сказал я.

— Разве это не всё, — с изнеможением и мольбой спросила она. – Ты же получил что хотел.

— Что хотел получил, но выебал тебя не везде. Твоя пизда не тронута.

Я сходил в ванную и вымыл руки, стянул её руки за спиной наручниками и приступил в очередной раз к ласкам. Помассировал ей вагину, потискал соски, потёр клитор. Похоже, лимит возбуждений у девушки закончился – она никак не реагировала. Минут десять я ласкал её тело, но она почти не реагировала. И я понял, что я почти добился чего хотел.

От вида голой Оксаны я вновь был возбужден, поэтому я надел презерватив и вставил пробку в её задницу. Она вошла легко, и я нажал на кнопку, выбрав весьма чувствительный режим вибрации. Пизда Оксаны по прежнему была влажной, и я аккуратно вошёл в неё.

— Это что-то вообще интересное, — пробормотала она. – В порно это называется «двойное проникновение».

Я ощутил членом вибрацию и стал её трахать. С каждым толчком, с каждым движением моя сучка возвращалась. Всего через каких-то две минуты подо мной была та самая Оксана – она привычно стонала и как бы чуточку хныкала от наслаждения и лёгкой боли. Вскоре я слышал уже знакомые слова – сильнее, Коля, сильнее, еби меня жёстче, сделай мне больно, порви меня!

И я старался ей сделать больно – но на этот раз с самым искренним желанием. Я долбил её пизду снова и снова, непрерывно переключая режим вибрации. Оксана уже перешла на писк, а потом на ультразвук, и казалось, что весь центр вселенной сейчас сосредоточился здесь, в ей тазу, где пульсировали одновременно две её точки – пизда от моего члена и жопа от вибрирующей пули. Оксана извивалась и крутилась, и диван, с которого мы так и не слезли, скрипел со страшной силой. Я нагнулся вперёд и сунул в её рот руку – ту, которой трахал её в пизду. Она немедленно взяла и принялась сосать пальцы. Уверен, поднеси я к ней руку из жопы, она бы не заметили.

Мы кончили одновременно, и мышцы влагалища сжали мой хуй так плотно, что я испытал неимоверное блаженство. Сперма била и била в презерватив, и я никак не мог остановить этот процесс.

Но вот он завершился, я встал и взял ремень. В этот раз я не стал складывать его надвое, приготовившись к порке одним только концом. Оксана повернулась,