История без продолжения Часть 1

задышала, вроде как ей подкатило. Я быстро закончил и вышел из дома. Через минут пять я уже своим ключом открыл входную дверь, вошел в квартиру, бросил свой портфель в угол и направился в Танькину комнату, окликнув ее в дверях. Сестра по – прежнему лежала на своем диване, пытаясь освободить от косынки руки. Повязка сползла с глаз и в них был испуг.



– Что с тобой!? – спрашиваю, освобождая сестру.



– Только прошу, не говори родителям! – Чего не говори? – спрашиваю. Да ладно, ладно, не скажу. С тобой все нормально? – Потом, потом – прикрываясь полотенцем бормочет Танька. В глазах слезы – хорошо, что ты успел придти раньше родителей. Она направилась в ванну. Я поколебавшись шагнул за ней. Танька почему–то не выгнала меня, но штору задвинула. Я сел на крышку унитаза и сказал первое, что пришло в голову.



– А ты классно выглядишь!



– Ценитель дамских прелестей – когда успел нахвататься в свои 14.



– Мать видел, тебя тоже – ты лучше.



– Просто моложе, продолжай наблюдать братик – объектов только в нашей родне с избытком. Но помни, теория без практики – деньги на ветер. Регулярная практика – это опыт в жизни подростка.



– В семейном кругу безопаснее и не менее интересней.



– Это мы с мамкой что ли? Ну ты даешь!



– Лучше бы помогла в этом.



– Ты для меня – то пацан, а для матери и подавно.



Она откинула занавеску и потянулась за полотенцем. Я перехватил ее руку и обнял Таньку за талию.



– А может договоримся? Я молчу, а ты меня просветишь в сексуальном плане и к матери подкатить подсобишь.



– Ты серьезно что ли – малолетний извращенец?



Танька прогнулась и уперлась локтем мне в грудь. И тут я почувствовал её мягкий лобок.



– А что? И мне польза и тебе в кайф.



– Ну от родного брата получать кайф – вовсе не дело.



– А ты попробуй, я быстро учусь. Со мной грубости ты не увидишь, садизм меня не привлекает, да и красивая ты очень… Семейный секс популярен и безопасен в кругах знатоков – скаламбурил я.



– Болтун и трепло!... Впрочем, может ты и прав в чем – то. Возможно, и попробую, но не сейчас, если молчать будешь…



– Считай, что договорились, а кто это тебя раздел и связал? Я видел от нас какие то парни выходили.



– Да так, поигрались в порнушку… Ну значит решили: ты молчишь и не болтаешь, а я посодействую тебе в твоих сексуальных извращениях. Ну с мамой будет видно… Хоть у нее с отцом ругань без конца, в сексе тоже свои сложности. Для женщины секс необходим, причем регулярный. Мать на сторону вряд ли пойдет – это еще найти приличного мужика надо, а тут ты сам желанием горишь. Возможно, и сладится дело если, с умом без горячки. Но тебе необходима практика. Скажу, когда будет удобнее. Резинки сама куплю, у тебя и денег не будет.



* * *



Федька закончил свой рассказ и взглянул на Николку. Тот не мигая уставился на друга.



– И что, было у тебя что – то с сестрой, или обломила тебя?



– Потом как – нибудь расскажу – довольно ухмыльнулся Федька. Ты лучше про свою мать расскажи. Неужели ни разу не пробовал хоть полапать слегка?



– Да было раз. Как – то мать послала меня в сарай, забыл уж зачем, так я там прилег на тюк с тряпьем и, вроде как, закемарил. Вдруг, чую сквозь сон, как кто – то рукой по штанам поглаживает. Приятно, знаешь, так стало. Лежу, глаз не открываю, жду, что дальше будет. Сам думаю – кто же тут со мной, может соседская Нинка балует. Ширинку расстегнула и через трусы хрен достала. Ну он взял и встал, ну не встал по настоящему, а так в легкую напрягся. Открою глаза – так сразу спалюсь и все кончится ничем. А она рукой уже подрачивать хрен стала. Вдруг слышу чьи – то тяжелые шаги и на меня набросили тряпку. Через дыры в накидке я вижу в проеме двери стоит Михалыч – наш сосед. Он оглядел сарай и увидел в полутьме женскую фигуру с корзиной.

– Вер, ты что ли?



– Тебе чего надо? – это была мать.



– Не спеши, постой, что спросить хотел – удерживая ее за руку буркнул сосед.



Тут он прижал мать к косяку дверного проема и юбка у неё поползла вверх по ноге. Но она почему – то не реагировала на эту наглость. Свободной рукой Михалыч сжал ей левую грудь и потянул мамку вниз, разворачивая ее спиной к себе.



– Ты тише, у меня за переборкой Николка шельмец заснул.



– Сама приподняла лифчик, сбросила кофту и встав на колени руками уперлась в стенку. Сосед забросил подол юбки ей на спину и стал приставлять член ей между ног. Наконец ему это удалось. Ухватив мамку руками за бедра, Михалыч стал ритмично раскачиваться, от чего ее грудь колыхалась в такт с толчками мужика. Временами он сжимал грудь руками, вызывая у ней хриплые стоны, переходящие в протяжный вой. Я встал с тюков, прижался к переборке стены и смог увидеть их двоих у стены сарая. В темноте я угадывал голые ноги матери, слышал прерывистое дыхание и шлепки тел друг от друга.



* * *



Николку охватило странное чувство к матери, которая стояла перед соседом на карачках и не переставая тихо постанывала, в такт с участившимися ударами его бедер о широкий таз Веры Николаевны. Слышалось сосредоточенное сопение и покряхтывание Михалыча. Но вскоре его усилия пришли к завершающему финалу. Вскрики женщины перекрыл гортанный хрип ее соблазнителя. Оба завалились на бок, тяжело дыша. Рука Веры Николаевны потянула юбку к коленям. Другой она стала застегивать ворот кофты.



– Ну будет тебе – сказала она переведя дыхание – хорошего по маленьку, ступай себе, не ровен час жена прознает – не оберешься сраму!

Михалыч удовлетворенно потянулся, встал отряхивая кепкой штаны и сдержано произнес глядя перед собой:



– Сама то успела?



– Мне по более времени требуется – не молодая уж – произнесла Вера Николаевна – да ладно, считай, что все нормально. Язык придерживай там. Мне разговоры ни к чему – сам понимаешь, вроде как замужняя еще. Ну ступай себе. Дверь скрипнула и сосед исчез в сумерках наступающей ночи.

Вера Николаевна заглянула за перегородку и прислушалась к ровному дыханию сына. Вроде не просыпался. Совсем дошла до сраму – с соседом …, ровно блядь подзаборная – беда просто. До старости еще не скоро, а как дальше жить? Размышляя, Вера Николаевна чувствовала прилив раздражения в себе. Вот сын подрастает, скоро по девкам заладится, а мне в пору самой под него ложиться – хотя и грех это. А что, коли люди не узнают, если все с умом устроить и себе в сласть и сыну в радость. Что в радость, так мать поняла уже давно. Не раз ловила его любопытный и смущенный взгляд на себе.



Продолжение следует