Смешные видео приколы
Познакомится для секса

Игрушка ее высочества. Часть 2

— Как тебя зовут? — спросил Игорь.

Они лежали без движения в кровати, куда доползли, когда все закончилось.

— Ллаэйна, — отозвалась принцесса. — Дочь Гнора и Ллионы, небесная принцесса Пандау и всей Северной Полусферы... Я думала, это все знают.

— Семь тысяч лет оказались слишком большим испытанием для твоей славы.

— Значит, теперь ты утверждаешь, что прибыл сюда из будущего? Ты же говорил, что все это галлюцинация!

— Фиг его знает. Я запутался, Ллаэйна. Там, в моем будущем — или в реальности, или хрен его знает где — там, у себя мне было хреново. А здесь мне хорошо. С тобой. Расскажи мне... Расскажи, что это за каурцы, с которыми вы воюете.

— А ты точно не их шпион? Впрочем, это неважно... Каурцы — это такие же люди, как мы с тобой. Только они подданные короля Цувириона, и это, увы, лишает их всех достоинств. У них никакой культуры, дикость сплошная, зато мощное оружие. Впрочем, они наверняка говорят то же самое про нас... В Кауре есть то, чего у нас нет: мехорги.

— Что это?

— Существа, которых вывели в их тайных лабораториях. Мехорги не люди, хоть и похожи на людей. Это такие живые машины для убийства. У них нет никаких культурных потребностей, никакой морали, зато невероятная выносливость, ловкость, сила, нечувствительность к боли — своей и чужой. Говорят, каурские ученые подавили их болевой рефлекс. Идеальные солдаты, короче говоря. Ты, кстати, на них похож...

— Вот уж спасибо!

— ... Но при этом ты умен и ласков. У мехоргов, говорят, тоже шерсть на теле. Странно... мехорги очень похотливы, и... как бы тебе это объяснить... Их, конечно, боятся и ненавидят, но... В то же время многие женщины втайне мечтают, чтобы в них произрос мехорг. Или даже не мечтают, а...

— Фетиш, — сказал Игорь. — У нас это называется эротическим фетишем.

— А мне выпало, стало быть, счастье: в меня произрос мехорг, который при этом похож на человека, и к тому же мой раб! О небо, о звезды...

— А я думал, ты уже не считаешь меня своим рабом.

— Как это не считаю? — искренне изумилась принцесса. — А кто же тогда ты?

Честно говоря, Игорь ничего не имел против того, чтобы быть рабом Ллаэйны. Но принцип был дороже:

— А если ты станешь королевой? Кем я буду?

— Тем же, кем и был: моим рабом. Любимым рабом.

— А если тебе нужно будет замуж? Тогда ты будешь спать и со мной, и со своим мужем? Или бросишь кого-то из нас?

— Хм... Наверно, я... никогда не выйду замуж! Потому что я теперь не хочу, чтобы в меня произростал кто-то, кроме тебя!

Ллаэйна вдруг прижалась к Игорю, как ребенок, вдавившись лбом ему в грудную клетку, и стала агрессивно ласкаться, вгоняя дрожь в разомлевшее Игорево тело.

Вдруг она отшатнулась и прикрыла руками грудь. Игорь увидел, что она плачет.

«Ты же сама все это устроила», — хотел он сказать ей, — «потому что я похож на этих ваших мехоргов. Знала, что так будет, хоть и обманывала себя, что, мол, только немножко посмотришь и все такое...»

Так он хотел сказать ей.

Но не сказал. А вместо того обнял ее и осторожно поцеловал в ухо. Потом в висок, в лоб, в глаза...

Вскоре его пушка вновь вошла в Ллаэйну до позвоночника, и та корчилась на ней, как бабочка на булавке.

— Я не могу, — ныла она басом. — Я сейчас умру... ааа... аааа... АААААИИЫЫ!... — и тело ее билось в конвульсиях, а мутные глаза глядели на Игоря жалобно, будто умоляли отключить в ней похоть и снова сделать девушкой.

— Мехорг... в меня... — шептала она, вздрагивая от последних отголосков своей катастрофы.

— Тебе хорошо? — спросил Игорь, тревожно глядя нарозовое личико.

— Мне... никогда еще... не было... Только очень хочется есть.

— И мне.

— Сейчас... сейчас будет еда.

Ллаэйна с трудом встала, подошла, пошатываясь, к стене и набрала код на прозрачной панели.

— Кто-то принесет ее? — спросил Игорь.

— Ты такой дикий, — хихикнула Ллаэйна. — Она приедет прямо в мои покои.

— Здесь? — Игорь ткнул на прямоугольный абрис на стене, в котором он уже научился распознавать двери.

— Нет. Это вход в укрытие.

— Какое укрытие?..

— Ну, у нас все помешаны на войне. Понимаешь, у этого проклятого короля Цувириона, кроме мехоргов, есть еще и бомбы пустоты. Если взорвать такую бомбу — она смешает всю материю в огненную пустоту. После нее не остается ничего. Они еще ни разу не взрывали ее, хоть и постоянно грозятся... Когда я была маленькой, я все время лазила сюда. Там запас еды и питья на год, его постоянно обновляют... А вот и еда!

Мелодично пропел сигнал. Стена сама собой распахнулась, и из ниши выехал изящный столик, уставленный тарелками.

Игорь спрыгнул с кровати. Хоть это и была галлюцинация, но, кажется, наяву он никогда не испытывал такого волчьего голода...

***

— Ты такой большой... просто огроооомный! — восхищенно скулила принцесса, обнимая Игоря руками и ногами. Наевшсь, она стала истомно-ласковой. — Даже если ты не мехорг — может быть, ты их потомок... Ты совсем не такой, как мы.

Сама Ллаэйна была изысканней всех рас, известных Игорю. Едва заметные отличия — форма глаз, лица и особенно ушей, вытянутых кверху — делали ее внешность неуловимо странной, будто принцесса была ожившим персонажем компьютерной игры.

— Скажи, Ллаэйна...

— Да?

— Ты называешь себя небесной принцессой, свой род небесным племенем... Почему?

— Много веков тому назад Небесные Отцы осенили нашу Сферу своим присутствием. Я их прямой потомок.

— Они прилетали еще?

— Нет. Это было очень давно, и... больше никто ничего не знает. Их считают богами. Почти все, что мы умеем, мы взяли от них — культуру, науку...

— От них что-то осталось?

— Немного. Древние тексты уже почти никто не понимает. Их потом перевели в самый надежный материал — камень. Эти каменные копии теперь считаются священными. Некоторые хранятся здесь, в Гангиолане — например, знаменитый Камень Пророчеств.

— Что он пророчит?

— Точно не помню. Кажется, на нем написано, что однажды, когда погибнет все и вся, явится посланник Отцов, чтобы спасти самое драгоценное... Все это, даже если и имело когда-то смысл, давно превратилось в миф. Как вот эта история о том, что пониматели могут работать сами по себе...

— Расскажи ее.

— Ну, все пониматели ловят волну трансляторов. На одном из камней написано, что иногда они могут работать и без них. Так бывает, когда у двух людей устанавливается особое созвучие духовных энергий... Но на самом деле это бывает так редко, что, считай, вообще не бывает. Думаю, это сказка, хоть в нее и хочется верить... Лет тридцать назад в Бааб-Иллу строили огромный космоскоп, чтобы связаться с Небесными Отцами. Там было много рабов из разных стран. Каурцы подложили бомбу в транслятор, все пониматели отключились и началось такое, что и рассказать нельзя... Ааа!... Что ты делаешь?

Игорь лизал набухший сосок и щекотал край раковинки, дразня ее, чтобы середка как следует истомилась и вымокла.и глянул в окно. — Ллаэйна! — крикнул он. — Быстро вставай, бери одежду, и — бегом в укрытие!

— Ыыыыыы... — отозвалось существо, лежавшее без движения в горе подушек.

— Ты слышишь меня? Бегом!..

— Ну что там такооое?... — принцесса недовольно подняла голову.

— Какие-то круглые штуки летят прямо на нас. И у них дофига пушек, если я хоть что-нибудь понимаю.

— Это, наверно, папин флагман... Чего ты перепугался, глупенький?

Но Игорь не слушал ее. Похватав свои и ее тряпки, он подбежал к Ллаэйне, сгреб ее и поволок, не обращая внимания на протесты.

— Набирай код. Быстро!

— Невоспитанный мехорг! Где это видано — так обращаться с принцессой? — ворчала Ллаэйна, тыкая пальцем в панель.

Раскрылся вход, и Игорь втолкнул туда ее, войдя следом сам.

Стена задвинулась, и сам собой включился свет. Они были в небольшом коридоре, ведущем к лифту.

— Доволен? — с сарказмом спросила Ллаэйна.

— Пока не знаю, — сказал Игорь, прислушиваясь.

Стены и пол дрожали мелкой, едва ощутимой дрожью.

***

— Долго нам еще тут торчать? — скулила принцесса. — Я соскучилась по солнышку!

— Я уже говорил тебе: выходить самим опасно. Нужно дождаться, пока за нами придут.

— Как получилось, что мой раб командует мной, как наложницей? — капризно морщилась она, не проявляя, впрочем, никаких поползновений восстановить порядок. Игорь успокаивающе целовал ее.

— По-моему, ты просто трусишка, — говорила она, бесстыдно подставляя Игорю интимные места. — Придумал какую-то войну. Это ведь не всерьез — все эти угрозы, бомбы... Просто мужчины играют в свои игры. Им непременно нужно показать, что они сильнее всех... А и в самом деле — почему никто не приходит?... Ах да — я же заблокировала вход в свои покои... Но сюда можно попасть и из других мест. Меня находили здесь в детстве...

В убежище не было никакой связи с внешним миром, и Игорь потерял счет дням.

В еде и воде недостатка не было, хоть ему уже и успели надоесть местные консервы с неизменным приторно-кисловатым привкусом. Принцесса говорила, что здесь был местный генератор энергии, и за свет и воздух тоже можно не беспокоиться.

По правде говоря, поводов для беспокойства и без того хватало, но они не вмещались в Игоря, доверху полного своей маленькой госпожой.

Это было безумие, которое не могло окончиться хорошо, но тем острее было блаженство, горящее где-то совсем рядом со смертью. Игорь чувствовал, что та совсем близко, и его игры с Ллаэйной становились все более отчаянными.

Он лишил невинности ее анус, лиловый, как бутон анютиных глазок. Ллаэйна понятия не имела, что так можно, и чуть не изошла слюной и слезами, когда впервые наполнилась Игоревой плотью сзади, и ей было так мучительно толсто, сладко и стыдно. Сквозь зудящий анус Ллаэйну будто заливали горячим сиропом; тот наполнял ее до ушей, распирал тело и нервы, и вот-вот она могла лопнуть и умереть...

В убежище было много зеркал. Когда Ллаэйна любилась с Игорьом, она избегала их. Однажды Игорь «произрос» в ее зад, после чего обхватил Ллаэйну, поднял и поднес к зеркалу.

— Нет! Не надо! — кричала она, отворачиваясь изо всех сил; но не утерпела — глянула... и уже не могла оторваться.

Игорь мял ей груди и промежность, а Ллаэйна корячила ноги и пялилась
На Главную
© Livebig
2026
MobTop - рейтинг мобильных сайтов