Федосонья. Часть 4

член в прекрасный девчачий задок. Он так чирикал от страсти, охватившей его, что у штурмана заложило правое ухо. К счастью, он не обращал на это внимания, потому что ладошка Федосоньи дружески обнимала его член и доставляла приятный интим, двигаясь вверх-вниз.

Что делали остальные иноземные захватчики? Как оказалось, синий был не мужчиной, а женщиной, и поэтому Абаж, задрав её балахон, невзирая на то, что их расы сильно отличались, шпокал её, выражаясь Лилушиным языком, стоячком, громко квакая при этом.

В воздухе висел туман от любовных фрикций. Они все позабыли, зачем здесь собрались. Позабыли о камнях, об угрозе разрушения Земли. Но среди них не было главного лица, имеющего к этому непосредственное отношение, коим являлся Виктор. Виктор появился внезапно, образовав инопланетным деструктором огромную дыру в стене комнаты допросов, превратившуюся в межгалактический бордель. Он появился именно в тот момент, когда все любовники с любовницами получили полноценный оргазм и эякулировали каждый в того, кому это предназначалось.

— Виктор Иванович! — вскричал Максим, соскакивая с Лилушы и с подобострастием взирая на своего начальника.

Он был уверен, что его возлюбленный не посчитает за измену Максюточки с электронной дивой. Впрочем, кошки подскрёбывали своими вредными коготками в его влюблённом сердце.

— Виктор! — вскричала Федосонья, узнав в ворвавшемся герое Земли своего резидента.

Ведь именно ему она должна была передать камни, чтобы завершить межгалактический инцидент. Теперь-то она вспомнила всё с разблокированной памятью.

— Виктор! — вскричала восставшая из мёртвых Лилу-777, теперь, когда её главный процессор был перезагружен, всё вирусное программное обеспечение, внедрённое в него чужими, было удалено. Она вновь была супер-пупер агентом 007, но ей требовалось подтверждение статуса Виктора. Поэтому она вскинула руку в пионерском салюте далёкого прошлого и произнесла пароль:

— За Родину!

— За Сталина! — был отзыв.

— Служу Мировому сообществу Земли, — доложилась служака Мирового сообщества

Прелестные ручки андрошеньки тут же преобразовались в семиствольные семисотзарядные пулемёты, стреляющие пулями семь и семьдесят семь миллиметров со скоростью семьсот семьдесят семь выстрелов в минуту. Короче, три семёрки. Ласково улыбнувшись инопланетянам, Лилу прощебетала:

— Сдавайтесь, чучела огородные, или я из вас, сей же час дуршлаги понаделаю.

Чучела тут же сдались. И были повязаны собственными верёвками.

— Камни! — протянул руку Виктор, обращаясь к одевавшейся Федосонье.

— Пароль, блин! — зазлючилась Федосонья. Ведь на кону стояла жизнь её родной планеты, и отступать от протокола она не собиралась.

— Вам привет от Гоги Шпетеря, — произнёс ключевую фразу резидент.

— Гога Шпетерь скончался два года назад от цирроза печени, — радостно улыбнувшись, произнесла отзыв агент 001.

Она подставила раскрытые ладошки к своему премиленькому ротику и стала рычать, как бурый медведь, не вовремя разбуженный от зимней спячки. Так учил её ЖКТ-инструктор методу извлекания запрятанных предметов из желудка, искусно и искусственно создавая рвотные позывы. Вскоре камушки лежали на её ручках. Она отдала их Виктору... И мир во всём Мире вновь стал обыденностью.

Эпилог

Макс развёлся с Ефимовной и женился на Лилу. Благо пару лет назад был принят закон о разрешении таких браков. Они теперь счастливы. Виктор же, напротив, взял себе в жёны Варварушку, так ласково называл её теперешний супруг. Как оказалось, он ей и до этого втихушку впендюривал, не забывая и о своём подчинённом.

Капитан со штурманом, бывая на Земле, частенько заглядывают к Федосонье. У них уже стала традицией групповушка при каждой встрече. Но и главного 001-ая не забывает и, приходя к нему в кабинет, не ограничивается ставшим тоже традиционным отсосом. Начальник, в качестве бонуса, свою подчинённую ещё и впендюривает и шпокает как в задок, так и в передок.

Что стало с инопланетянами, мне неведомо. И что это за камни, и какой от них прок пресловутому Феримостоклису, неизвестно.

Главное, что яблони по-прежнему цветут на Земле, а в межзвёздную пыль её превращать пока никто не собирается.

Дорогие читатели, если вы осилили так много букв моего рассказа и добрались до этого места, не сочтите за труд написать камент о нём. Я не против похвалы, но и поругать или указать на мои ошибки, прочитать будет тоже приятно.