Двое в одном теле

— Куда ты собралась? Да еще в таком виде? — я смотрел на жену, едва сдерживаясь от ревности.

Она стояла перед зеркалом, подкрашивая губки. Красивая, женственная и сексуальная в своей короткой юбочке, открывающей стройные длинные ножки выше середины бедра, в чуть просторной блузке без рукавов, подчеркивающей упругую высокую грудь, которая, насколько я видел, не сдерживалась бюстгальтером, на высоченных шпильках. Она повернула ко мне милое лицо, вздернула изящную бровь и улыбнулась полными губами, показав ряд белых ровных зубов:

— Ты не забыл, что мы в ссоре? И самое главное из-за чего? Из-за твоей докучливой ревности.

— Да в ссоре, но я тебя не отпущу в таком виде одну!

— Только попробуй! — сузила жена глаза под пушистыми ресницами и резко повернулась к двери.

— Я все равно буду тебя контролировать! — выкрикнул я, наблюдая за замысловатыми узорами, выписываемыми женственными бедрами, когда жена подходила к лифту.

Едва дверь закрылась, мои глаза закатились, и я почувствовал, что пол уходит у меня из-под ног.

Я: Ничего не понимаю! Что со мной? Как я оказался на улице? Почему так низко? Почему мои бедра так раскачиваются? А икры так напрягаются? Я на каблуках? А спереди колыхается грудь? Я даже ощущаю себя женщиной, а не мужчиной!!!

Г о л о с (очень женственный): Кто здесь? Это ты? Вот сволочь! Как ты пробрался в мою голову? Все-таки нашел способ следить за мной! Как тебе удалось?

Я: Аня? Ты? Как я оказался в твоем теле? Я же его чувствую, как свое, только управлять не могу. Чувствую сдавленные пальцы в туфлях, трение ткани на сосках, трусики, впивающиеся между ягодицами. Как это возможно?... Ты присаживаешься на скамейку?

Ж е н а: Я в шоке! Я просто не могу осознать твоей подлости, гад ползучий. Это ж надо так меня ревновать, чтобы найти способ пробраться мне в голову!

Я: Не просто в голову, а и в тело! Но это ты мне скажи, как... Постой-постой! Чего это эти мужики так на тебя пялятся? Быстренько сомкни бедра еще плотнее и натяни на них юбку!

Ж е н а (вскакивая со скамейки): Ну, все! Хватит! На этот раз ты меня действительно разозлил!

Я: А куда мы идем? Ты не можешь помедленнее? Смотри, встречные мужики едва дырки взглядами не прожигают на твоей... эээ... нашей подпрыгивающей груди!

Ж е н а (мстительно): Куда идем? На свидание!

Я: На какое свидание? Как ты смеешь мне такое говорить?

Ж е н а: А я еще сомневалась, идти ли! Но теперь точно пойду. Моли бога, чтобы оно было дружеским, как было задумано изначально.

Я: Я не позволю тебе встречаться с посторонними мужчинами! Даже по-дружески!

Ж е н а: А что ты можешь сделать? Чувствуешь, я расстегиваю еще одну пуговичку на блузке? Мы сейчас взглянем вниз, чтобы ты убедился, как трепыхаются в образовавшемся декольте мои сиськи. Всем встречным теперь совершенно отчетливо видно, что я без лифчика. Видишь, как они взгляда не могут отвести от моей красивой груди.

Я: Нашей! Нашей груди. И я не могу позволить, чтобы они видели этот разврат. Застегнись сейчас же!

Ж е н а: Если ты считаешь все эти богатства своими (или нашими), может, мне тебя и называть в женском роде? Смотри, я встаю под навес остановки, встаю лицом в угол, приподнимаю юбку и забираюсь в трусики. Чувствуешь, нет ни яиц, ни члена? Так что сейчас ты — баба, как и я, со всеми вытекающими способностями.

Я: Может быть я с тобой и соглашусь, в женском теле я — женщина, только умоляю: вынь руку из трусиков! На остановке никого нет, да и прохожих здесь мало, но кто-нибудь с другой стороны улицы или из окон увидит! Невесть что могут подумать! Еще и видео заснимут и выложат в сеть с надписью «Красотка мастурбирует на остановке». Одерни юбку сейчас же!

Ж е н а (задумчиво): Хотя ты всегда был бабой... (Потом с жаром): Вот что! Я буду делать все тебе назло! Чувствуешь, как провожу пальчиком вдоль щелки? А теперь тереблю кончиками ногтей клитор? Приятно ведь?

Я (ошеломленно): Безумно! Ох, как ты провела в уголке между губок!... Стоп-стоп! Прекрати! Немедленно!

Ж е н а: Ах, «прекрати»? Ну, тогда вот тебе!

Я: Что?... Ох!... Что ты?... Ах!... Что ты делаешь? Зачем ввела палец внутрь? Ты нас трахаешь пальцами! Запихиваешь уже сразу два и на полную дину!... Все-все, сдаюсь, я больше не буду тебе досаждать.

Ж е н а (одергивая юбку): То-то же! И помни — наше на двоих тело под моим полным контролем, и стоит тебе вякнуть что-нибудь, как я сделаю все наоборот.

Я: Я понял-понял. Только не мастурбируй посередине улицы больше!

Ж е н а (насмешливо): Вот так? Положив руку прямо здесь на юбку в районе лобка? И надавив под низ него? Чувствуешь, ткань трусиков и юбки едва не входит с пальцем во влагалище? И заметь — все это практически в толпе!

Я: Все-все! Я клятвенно обещаю, что тебе больше не придется демонстрировать свою решимость!

Ж е н а (радостно): А вот и он! Правда, потрясающий мужчина?

Я: Вот этот? Да ну! И челюсть тяжеловата, и ноги такие здоровенные, и долговязый!

Ж е н а (зло): «Долговязый», говоришь?

Я: Эй-эй! Ты что делаешь?

Ж е н а (нарочито недоуменно): А что я делаю? Всего лишь прижимаюсь всеми выпуклостями к этому «долговзому».

Я: Прекрати! Он же воспользовался твоей горячностью! Разве ты не чувствуешь, как он еще больше прижимает нас к себе? А его рука уже гладит нашу попку! Это уже не дружеское сви... А понял! Прости-прости, не «долговязый», а «высокий»!

Ж е н а: Молодец! Кое-что ты НАЧАЛА понимать! Только жаль, не сразу ПОНЯЛА, поэтому прочувствуй, как приятно прижаться лобком к сильному мужскому бедру и немного потереться об него.

Я (сквозь зубы): Приятно-приятно...

Ж е н а: Вот и чудненько! А если бы ты не прекратила тупить, я бы поцеловала его в губы вместо того, чтобы подставить щечку, а потом насладилась бы мужским языком, властвующим в моем ротике.

Я: Но это было бы уже прямое приглашение к сексу!

Ж е н а: Ты опять?

Я: Нет-нет, прости!

Ж е н а: Не тупи больше, ДОРОГАЯ!

Я: А зачем ты его ведешь в это ресторанное купе? И зачем просишь задернуть занавеску, отделяющую купе от остального зала? И почему ты садишься рядом с ним? Я же прекрасно чувствую, как мы касаемся его бедром.

Ж е н а: Хочу создать интимную обстановку.

Я: Но он же обязательно станет приставать.

Ж е н а: Конечно! А вот дальнейшее будет зависеть от тебя. Будешь вести себя по-человечески, не будет ничего, а будешь опять ревновать и назойливо зудеть в голове, то...

Я (с ужасом): Ты же не собираешься дать ему в ресторане?

Ж е н а: Я-то не собираюсь, но вдруг ты этого захочешь... Или, вернее, вынудишь меня к этому. И вообще! Что-то ты разговорилась, дорогая!!! Сейчас официант уйдет, и...

Я: Что ты делаешь? Ты сама положила его руку к себе на бедро. Но так ведь нельзя! Нельзя замужней женщине позволять гладить себя по бедру постороннему мужчине! Он же подумает, что мы — доступная женщина!

Ж е н а: А между тем уверенные мужские пальцы уже добрались до края чулка. Правда ведь, так восхитительно ощущать сильную мужскую ладонь на внутренней стороне бедра? А знаешь что? Раз я не слышу от тебя извинений, то ко всему прочему вот так чуть раздвину ножки...

Я: Ты хочешь, чтобы он трогал тебя ТАМ через трусики? Он же не остановится на достигнутом!

Ж е н а: Я хочу? Да, хочу, но ты можешь все это прекратить!

Я: Да-да! Врежь ему! Скажи ему, что ты не такая! Пусть прекратит забираться тебе под юбку!

Ж е н а (со вздохом):Ты, и правда, как был тупой, так и осталась тупая! И тормознутая. Видишь, пока ты верещала в моей голове, он уже преспокойно ласкает меня через тонкую ткань. Ух, это так заводит, не так ли? Я: Но нельзя же посередине ресторана позволять ласкать себя через трусики! А если официант вернется? Или кто-нибудь перепутает кабинки? В конце концов, я настаиваю — останови это! Или я не знаю, что будет!

Ж е н а: А я знаю!!!

Я: Что ты сделала? Ты сама оттянула трусики и направила его руку нам между ног! Теперь даже без хлипкой преграды в виде ткани! И он уже вовсю вводит в нас палец! Ты... Ты... Ты так широко раздвинула бедра, чтобы ему было удобнее распоряжаться нашей киской!

Ж е н а: А то!

Я: Ох... Ах... Я поняла, милая! Ты у меня самая лучшая и верная! Прости меня, пожалуйста!

Ж е н а: Ну, наконец-то!

Я: Фух, ты все-таки убрала его руку из своих трусиков.

Ж е н а: Да, но чувствуешь, как он меня разбередил? Хоть на стенку лезь.

Я: Сволочь, подонок, козел! Ручки шаловливые ему бы повыдергать!

Ж е н а (строго): Кому?

Я: Да ухажеру твоему, уроду.

Ж е н а: Все никак не угомонишься?

Я: Ты зачем положила пальцы ему на пах?... Ох, ни фига себе эрекция!

Ж е н а (гордо): На меня!

Я: Все! Проверила, погордилась? А теперь убери руку! Немедленно!

Ж е н а: Вот так прямо и разбежалась!

Я: Не смей расстегивать ему ширинку! Что ты делаешь? Это же член чужого мужчины в твоей руке. Не смей его ласкать!

Ж е н а: А я и не ласкаю!

Я: А что же ты делаешь?

Ж е н а: Усиленно дрочу. Не видишь, как он пускает капельку за капелькой? А его хозяин глаза закатил и наслаждается моей ручкой?

Я: Прекрати немедленно! Нельзя же вот так сидеть рядом с посторонним обнаженным членом!

Ж е н а: Почему? Согласись, очень приятно ощущать эту мощь, стальную внутри и такую нежную сверху!

Я: Это непристойно! Это недостойно женщины — самой вцепиться в член и так его ласкать! Шлюха!

Ж е н а: Ах, так?! Ты сама напросилась!

Я: Не смей! Прости! Я виновата, только не становись перед ним на колени. Что за шутки — забираться под стол, чтобы напротив нашего лица оказался эрегированный член? Ты слишком жестоко шутишь надо мной! Ты же не собираешься это брать в ротик?

Ж е н а (восхищенно): Какой же он огромный.

Я: Да ничего особенного... Обычный... И вообще пулей, немедленно вылезай из-за стола!

Ж е н а: «Немедленно»? Немедленно я сделаю вот это.

Я: Ооо, нееет!... Ты сосешь ему!

Ж е н а: Ага! А еще ласкаю язычком и тереблю яйца ноготками. Видишь, как ему нравится? Даже постанывает... Приятно же чувствовать такую власть над мужчиной и самой наслаждаться этой твердой игрушкой в ротике?

Я: Эмм... Ух... Оооо... Но ты заталкиваешь его член прямо в горло! Мне ты так