Доигрались. Глава 1: Аутентичность

куда дотягивается. Потом мошонку, яйца. Берет головку в рот. Сосет неумело. Ну, да. Та еще мороженка. Но старается. Во взгляде — вековые жертвенность и преданность. Приятно, когда член воспринимают как подарок. Он дарит — она принимает в дар...

— Высунь язык. И попробуй взять его поглубже. — обращаюсь к Лис.

Она пытается. Поначалу у нее не получается, но постепенно результат улучшается. Тем временем Ая запускает пальцы в пещерку Лисенки и начинает ласкать ее там. Лис крутит попкой, старясь насадиться на пальцы Аи.

— Ая, по аккуратнее там. Лис еще девочка и я хочу, чтобы она ею какое-то время оставалась.

— Да, Хозяин. Я уже поняла. У нее там так узко и горячо. Тебе понравится. Я даже немного завидую тебе сейчас. — выпендривается Ая и мурлычет довольно под нос что-то...

— Лис, поласкай рукой Аю тоже. Не будь эгоисткой...

Лис мычит что-то утвердительно и ее рука тянется к промежности подруги. Ая начинает громко стонать в ответ. Ну, вот баланс достроен и мы заключаем наш тройственный союз. Скоро, правда, он пополнится еще членами. Гы. Отставить. Одной весьма юной и пока еще живой пизденкой (епта, ну я и циник) и... Да, нужен еще парень. Слишком много женской энергии в стае. Странно, почему приходит на ум именно это слово? Стая по Винджу или лунная семья по Хайнлану. В этом что-то есть. Командный интеллект. А есть ли замысел у бога на человеческие союзы? Ведь на Адаму и Еву такой замысел изначально точно был. Или нет? Змий как метафора инобытия для Евы. Выходит, Ева была первой кто первым из людей побывал «там, де нас нэма». Можем ли мы в таком случае говорить об аутентичности стаи, вернувшейся из небытия или инобытия?..

Бля, кажется, я отвлекся. А дело то близится к развязке. Вагины издают милые сердцу чавкающие и хлюпающие звуки. Ая урчит, Лис ей поддакивает оханьем и аханьем.

— Гр... Ыыы... Ах... О... Пожалуйста, еще. Да... Гр... Ыыы... Ах... Да... Да... Гр... Ыыы... Ааааа...

Мысли в сторону. Эх, чтобы мы делали без копипаста? Шучу-шучу, уважаемая публика. Обещаю к новой эротической сцене придумать другую комбинацию букв, символизирующих женскую страсть...

Девушки кончают практически одновременно. Ая в этот момент довольно ощутимо прикусывает член. Надо будет взять на заметку. Ае в момент оргазма член в рот лучше не класть, а то укусит. Укусит, укусит, укусит...

Вид кончающих девиц подводит и меня к оргазму. Освобождаюсь от зубов Аи и насаживаю голову Лис на хуй. Вот так-то лучше. Лис успевает высунуть язык и благодаря этому вгоняю член прямо в глотку.

— Посмотри на меня. — шепчу Лисенке.

Лис поднимает на меня ошалелый взгляд. На ее глазах наворачиваются слезы, слюнка тянется из уголка рта. Она мычит, но терпит. Умница. Ага, помню, я это уже говорил...

Изливаю семя. Кончаю. Бля, как же хорошо...

Разрешаю девчонкам одеться и привести себя в порядок. Наша оргия не проходит не замеченной второй половиной вагона. Пусть порадуются за нас. Может, дома вздрочнут и помастурбируют перед сном.как торчат. Поди, и между ног уже река. Гы...

Девушка всхлипывает, но снимает шорты. Все смотрят то на ее стринги, то на сиськи. Она вновь прикрывается. Теперь уже одно рукой низ, а другой грудь.

— Ой, беда-беда, огорченье... Бля, ты долго будешь выпендриваться? Трусы сняла, руки убрала. Пизду всем показала. Живо. А то выебу тебя при всех. Ты этого добиваешься, сучка?

Девчонка испуганно мычит.

— Нет. Пожалуйста. Я. Все. Сделаю.

Все молчат. Слышен только стук колес. Ждут и смотрят ей межу ног. «Явсесделаю» наклоняется и, наконец, снимает трусы. Забираю и кидаю к остальным шмоткам. Становлюсь лицом к ней, со стороны честной компании. Ну, и что тут у нас.

Ахуеть! Вот это пизденка у юной ссыкушки. На лобке интимная прическа в форме латинской буквы «V». Да ты у нас и, правда, победительница конкурса «Мисс пизда электрички». Половые губы эпилированы. Все гладенько и чистенько. Хоть еби, хоть вылизывай, хоть кнутом охаживай. Такая пизда все стерпит. Между половых губешек тихарится сочный клиторок. Из влагалища выделяется капелька смазки, растягивается и превращается в свисающую тонкую ниточку. Лепота...

— Ая, Лис идите сюда. — бросаю клич подругам.

Те с интересом подходят.

— Пофоткайте это стыдобище, пока оно не обоссалось тут при всех.

— Нет, прошу вас. — Девчонка, как может, прикрывает руками пизденку и сиськи.

Я встаю и кидаю ей пощечину. Не сильно, но обидно. Девчонка закрывает лицо руками и начинает реветь пуще прежнего. Я развожу ее руки и опускаю их вниз.

— Ну, ну. Не реви. Сейчас все закончится.

Ая фотографирует, а Лис снимает видео этой вагоно-вагинной экзекуции. Память. Память. Память...

— Разведи половые губы и повторяй: «Запомните меня пиздой». — обращаюсь к страдалице.

Девушка, окончательно сломленная уже состоявшимся унижением, выполняет незамысловатое послушание. Разводит набухшие большие половые губы, смотрит на нас, на ребят из своей компании и произносит:

— Запомните меня пиздой... Запомните меня пиздой... Запомните меня...

И тут случается казус. Наша «Явсесделаю», видимо, слишком сильно надавив на промежность и, набравшись храбрости или мудрости, решает таки помочиться при нас. Кап-кап-кап... Из пизды на пол бежит тоненькая струйка... Девушка, опомнившись, пытается сдержаться, но у нее не получается... Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси капают горькие, капают кап-кап, капают прямо на копьё... Девчонки, ее товарки, начинают смеяться и переглядываться. Парни во всю таращатся девушке между ног. Ну, пиздец, друзья-товарищи. Ладно, держитесь. Аукнутся кошке мышкины слезки...

Я подхожу к девочке, становлюсь сзади. Беру под коленки, опрокидываю на себя и широко раздвигаю ее ноги. Улавливаю момент и направляю ее вагину на сидящих слева. Девочка не выдерживает и пускают сильную струю. Прямо на сидящих напротив. А потом направляю на сидящих справа. И тут начинается хаос, вакханалия, раздрай и вечные шатания... Светопреставление, короче. Ребята вопят, закрывают руками лица и отчаянно пытаются выбраться из писающей на них ловушки. Но Ая и Лис, ничтоже сумняшеся, загораживают им проход, со всех сил толкают обратно, опрокидывая на скамейки и даже на пол. Не забывая при этом снимать происходящее на камеру. Какие они у меня все-таки умницы...

Некоторым ее подругам мы с «Явсесделаю» умудряемся нассать прямо в рот. А хули было его раззевать и орать. Чай, не в Думе. Да и там тоже, как оказалось, не место для дискуссий. Гы...

— Ххх... Не надо. Дайте пройти... А... Тьфу, тьфу... Она мне в рот нассала... Сука, перестань... Хлю-хлю... Гркх... Гркх... Мамочки... Ххх...

Девчонки начинают реветь во всю мощь своих «онижедетских» голосищ. Так пора закругляться. Тем более, что живительный поток влаги постепенно уменьшается, иссякает, а затем и вовсе прекращается...

Я освобождаю проход, мои подруги делают то же самое. Усаживаю девочку на скамейку рядом с ее одеждой. А вся честная гоп-компания сваливает из вагона за секунду. Остановка. Вижу, как они выскакивают из поезда. Что ж, разумное решение в сложившейся ситуации...

— Тебя как зовут? — спрашиваю у горемычной обоссанки.

— Викки. Можно, Вик. — всхлипывая отвечает девочка.

— Теперь ты с нами, Вик. — подбадриваю ее. — Идем.

Обнимаю и веду голышку к нашему логову. Ая и Лис подхватывают ее одежду и дружно топают следом. Достаю влажные салфетки и протираю ей живот, промежность, попу, ноги. Везде, куда попала моча. Потом достаю бутылочку перуанского бальзама и наношу несколько капель на ладонь.

— Расставь пошире ноги и выпяти лобок, пожалуйста — прошу я.

Викки покорно выполняет, с некоторым любопытством глядя на меня. Касаюсь ее промежности и начинаю втирать масло в кожу. Лобок, набухшие большие половые губы, слегка раскрытые малые половые губки, клитор. Погружаю палец во влагалище. Викки вздрагивает, но не пытается высвободиться. И снова, здравствуйте, я ваша девочка. Целка. Сегодня прямо урожайный день на целочек-припевочек. Завершаю процедуру, смазывая слегка попу и ноги. В конце надеваю на нее шорты, помогаю с футболкой.

— Ммм. А трусы?..

— Обойдешься. Еще чего.

— Ага. Обойдусь. — и лыбится так самодовольно.

Ая и Лис завороженно переглядываются. Прямо, дежавю сегодня какое-то по этим трусам. Честное слово...

Мы рассаживаемся. Ая и Лис напротив. Викки со мной рядом. Достаю термос и кружки. Разливаю всем крымский травяной чай.

— Ну, за знакомство, девчонки. В нашем мире, а не виртуальном. Да-да, Ая. Это тебя касается. Три года мы с тобой виртом страдали. Однако, срок. С пользой для дела, разумеется. Ты создала Тихий дождь...

— Ну, не без твоих прагматических вирусов. — лукаво подмигивает Ая.

Мы чокаемся кружками с горячим ароматным чаем. Крымский, мать его, чабрец. Вещь...

Пьем молча. Неожиданно раздается звонок и я принимаю вызов.

— Алло! Кто говорит? — с улыбкой произношу я. — Да, вижу-вижу. У меня твой номер забит. Ты же наша первая подопытная крольчиха.

— Это Даша. — обращаюсь к Ае. — Тебе привет.

— Благодарю и ей тоже большой и пламенный привет.

Выслушиваю Дашу.

— Благодарю, что позвонила и сообщила радостную весть. Удачи тебе и твоему Дому. Берегите себя. На связи. Пока-пока. — завершаю разговор.

— В общем, у Даши все хорошо. Тихий дождь верно определил сценарий изменений в ее образе жизни, а также в образах мира и себя. Зависимости от твоей шаманской травки у нее не возникло. А мы переживали. Соответственно, и мой вирус прижился. Черную дорогу она прошла успешно. Вот уже полгода она встречается с Домом и тот предлагает ей переехать к нему. Скоро, у них будет ребеночек. Обещает скинуть фотографии их совместных сессий по Кинбаку. Он помогает расширить ее книжный бизнес. Теперь у них открывается антикафе, оборудуют игровую комнату для иммерсивных постановок с читателями. В общем, они на подъеме. Это радует...

— Дети — наше все. — мечтательно произносит Ая.

— Хозяин, что такое этот ваш Тихий дождь и какой-то вирус? — вопрошает Лис.

— Про Тихий дождь вы услышите, когда мы с клиентом будем разговаривать на Кильполе. Ну, если, конечно, он захочет стать нашим клиентом и доверить нам свою