День Рождения девочки и женщины

меня своими руками и ногами, спрятав своё лицо у меня на плече, вцепившись зубами в моё тело. В отместку, я ускорил темп и резкость толчков, стараясь сделать погружение члена ещё глубже и больше погрузить свой таран в её тело.

Безумно влажная, горячая пещерка легко пропускала в себя мой взбухший от напряжения орган и ласково обжимала его. Вика, не чувствуя больше раздирающей боли, отдалась новым ощущениям и я заметил, что её попка стала поёрзывать на подоконнике, двигаясь навстречу моим ударам. Эти движения помогли моему жаждущему разрядиться органу, проникать в её щелочку ещё легче и глубже, а нашим телам встречаться в области лобка.

Прижимая с силой девочку к себе, я с упоением наслаждался минутами обладания женским телом. Я с каждой секундой наращивал темп, приближая мгновение разрядки, и Вика отвечала мне всё нарастающими криками и движениями своего тела. Вдруг я почувствовал, как девочка очень больно вонзила в меня свои коготки и зубы, а её ножки, обхватывающие моё тело, сжались как кольца питона. Она начала так громко кричать, что я даже испугался, но тут же почувствовал как ствол моего погружённого в её пещерку члена, массируют прямо внутри. Это было так приятно и ново для меня, что я тут же кончил, забыв о боли в спине и плече.

Казалось, что я кончал целую минуту, так долго не отпускали меня приятные ощущения в паху. Я очнулся только тогда, когда услышал жалобный стон и тяжёлое дыхание Вики около уха. Я отстранился от девочки и вытащил свой орган из её тела, и увидел, как из её влагалища потекла на подоконник большая струйка жидкости. Её было так много, что я подумал, что Вика описалась. Девочка обхватила меня руками и сказала: «Подожди, не уходи!», и я снова прижался к ней. Я чувствовал, как по её телу пробегают судороги и что её продолжает немного трясти.

Мне, не имеющему большого опыта сексуальных отношений, всё это было в новинку и диковинку. Я слышал из рассказов «старшаков», что девочки могут испытывать оргазм, кричать и даже терять сознание во время секса, но сам видел это впервые. Это был наверно один из самых волнующих моментов в моей жизни. «Я настоящий мачо!» — мелькнула самодовольная мысль у меня в голове, и я заулыбался самому себе. Вика заметила мою улыбку и спросила: «Чему ты радуешься?» Я не стал говорить правду и ответил: «Тому, что нам хорошо с тобой вдвоём!».

Мы вышли из комнаты и услышали, что в спальне продолжает скрипеть кровать и попискивать Эля. «Ну не повезло девочке с первым разом, долго мучается», — почему-то подумалось мне. Мне стало любопытно, что же так долго с ней возиться Виталик и я, приоткрыв дверь, посмотрел на кровать. И очень удивился тому, что Виталика там не было. На кровати, на четвереньках (или как говорят «раком»), стояла Эля, точнее стояла на коленках только её задняя часть приподнятая и подставленная под член Славика, который с явным удовольствием, смачно наяривал девочку, а лицо девочки и её грудь, были плотно прижаты к поверхности кровати его крепкими мускулистыми руками. Вика тоже заглянула через моё плечо и, так же как и я, неимоверно удивилась произошедшим метаморфозам.

Эля услышав звуки у двери, медленно повернула к нам голову и, увидев наши ещё более удивлённые взгляды, чем в прошлый раз, почувствовав насколько пошло и низко она пала, девочка, заплакала, продолжая при этом постанывать под ударами члена Славика. Было видно, что её гордость и совесть крайне негативно относятся к происходящему, но её тело, плавающее на волнах наслаждения, подчинило себе Элю. Не желая больше видеть нас и чувствовать угрызения совести, Эля отвернулась и ещё прогнула свою спинку, поудобнее располагая свою пещерку для двигающегося в ней поршня.

Я опять обнял Вику и мы, закрыв двери, спустились вниз. Все встретили нас понимающими улыбками. Виталик вальяжно развалился на диване, и по нему было видно, что он доволен как кот, объевшийся сметаны. Справа ко мне подошёл Никита и прошептал на ухо: «Твою-то тоже можно попробовать?» Я зло посмотрел на него, и он в страхе отскочил: «Да пошутил я, пошутил!» Вика, которая видимо всё же услышала шёпот Никиты, благодарно и с восхищением посмотрела на меня. «Ты моя женщина и только моя!» — ответил я на её взгляд. Вика улыбнулась мне и прижалась. Мы сели рядышком и провели остаток ночи в разговорах о школе и будущей взрослой жизни.

Утром, мы поднялись на второй этаж, что бы разбудить Элю и отвести её домой. Девочка лежала в обнимку с Никитой, который видимо, успел сменить Славика и попользоваться пьяной и недееспособной от хмеля Элей. «Кто последний, тот и папа!» — пошутил я, но Вика сердито цыкнула на меня и стала осторожно будить Элю. Девочка чуть приоткрыла глаза и сразу нахмурила лоб: «Оооооо, как же мне плохо!» Я вежливо отвернулся, когда ворочаясь на кровати, Эля, не заметившая, что она полностью обнажена, случайно оголила свою грудь. Но мне немножко было видно происходящее через отражение в стеклянной дверце на серванте. Эля, заметившая, что она голая, стала вспоминать события вчерашнего вечера и ночи, а увидев Никиту, лежащего рядом с ней со спущенными штанами и сверкающего задницей, сразу же схватилась за щёлочку. Подняв руки и увидев на них мокрые кровавые следы, девочка, видимо, вспомнила частично затуманенные события и заплакала.

«Тихо, тихо, Эля, не реви, я тоже вчера отдалась», — начала успокаивать её Вика: «Давай одевайся, и пойдём домой мыться и приводить себя в порядок. Скоро родители вернуться!» Эля начала с помощью подруги одеваться, выискивая в комнате частицы своей одежды. Я заметил её трусики, лежащие белым комочком, рядом с сервантом и вежливо передал их, не оборачиваясь, девочкам.

Одевшись, мы спустились вниз и, стараясь никого не разбудить, вышли из дома и направились на остановку. «Вот так день рождения отпраздновали!» — горько выдохнула Вика, желая поддержать подругу: «Напились как свинки и нас поимели!» «Да чего ты так грубо и пошло?!» — возмутился я: «Что случилось, то случилось, лично мне всё понравилось, и тебе я знаю тоже и Эле, я видел, что тоже нравилось!» Эля при этих словах сильно покраснела и засопела.

«Да, да! Я же видел, как ты кайфовала! Нечего сейчас тут рассказывать, что всё было пошло! Ну, перепили, ну отдались, что теперь?! Всю жизнь себя за это ненавидеть?» — не смотря на сердитые взгляды Вики, продолжал убеждать я: «Рано или поздно, всё равно бы вы трахнулись, и сейчас не всё так уж и плохо случилось!». «Да заткнись ты уже, тебе всё равно нас не понять!» — огрызнулась Вика, но было заметно, что мои слова немного успокоили Элю. «Всё, ладно, давайте забудем эту тему и никогда не будем её при встрече вместе обсуждать! Сделаем вид, что ничего не случилось. Пусть это будет секретом!», — закончила наш спор Эля, и мы с ней согласились.

Всё оставшееся время до каникул, встречаясь в школе, мы здоровались и немного общались с девочками, но наши отношения с Викой, которые так стремительно развились, тут же потухли. Видимо желая поддержать подругу, девочка решила разорвать со мной общение, чтобы не напоминать моим присутствием своей подруге о той ночи. Я, если честно, был очень расстроен этим, но вечеринка по поводу окончания 10 класса, быстро заставила меня забыть о Вике и её верной подружке Эле. Но это уже следующая история.