Смешные видео приколы
Познакомится для секса

Дар. Часть 5: Новое расследование

то же время боится меня, вернее боится того, что может не сдержаться и выдать себя. Одновременно радость и страх мне ещё не доводилось ощущать, потому я наслаждался «общением» с другом.

— Слушай, Влад, — продолжил я разговор после просмотра видео. — Ты уже разобрался с курсовой по теор. механике?

— И не смотрел даже! — он мужественно сидел рядом со мной и делал вид, что ничего особенного не происходит, хотя я чувствовал как в нём соревнуются два желания: одно убежать из комнаты и успокоиться, а другое прижаться ко мне ближе.

— А давай поработаем вместе, — предложил я и встал с кровати.

— Давай, — согласился Влад.

Он тоже хотел встать и сесть за стол, но я не дал ему этого сделать.

— Сиди, я сейчас принесу задание. На кровати ведь удобнее, чем на стуле.

Когда я вернулся, чувства Влада немного изменились. Страх быть разоблачённым немного отступил, а вместо него появились непонимание и удивление. Меня так и подмывало ответить на немой вопрос в его глазах, но я продолжал делать вид, что тщательно работаю над заданием.

Правда, долго я не решился издеваться над другом. Через некоторое время его снова начал мучить страх. Влад явно не мог логически мыслить, а мне надоело сидеть рядом и «слушать» как бешеный ритм его сердца меняется на холодный лёд в животе и наоборот. Хорошо, что у него зазвонил телефон, а у меня появился повод встать и уйти.

На следующий день я вёл себя как обычно. Перестал выводить Влада из привычного для него эмоционального состояния, потому он даже немного успокоился. Стоя рядом с ним в лифте, я будто бы слышал его голос: «Это ж надо! Вчера показалось, что Дэн обо всём догадался. Он никогда не узнает! И лучше пусть так и будет, иначе я умру от стыда».

Но я недолго дал Владу наслаждаться покоем. Вечером мы снова занимались каждый своей курсовой работой. Я сидел на своей кровати, а Влад за столом. Мы переговаривались, как обычно. То он у меня что-то спрашивал, то я просил подать мне книгу или справочник. Он был спокоен, ничто не напоминало о вчерашнем всплеске эмоций. А мне надоела эта тишина, поэтому я встал.

— Поставлю чайник, — прокомментировал я свои действия.

— Может, поужинаем заодно? — предложил Влад.

— Можно и поужинать. Что ты предлагаешь?

— Я сегодня ходил в магазин, купил сардельки и яйца...

— Замечательно! — искренне обрадовался я.

После ужина меня разморило. Я был сыт и доволен жизнью. Но ведь недаром ещё с незапамятных времён бытует поговорка «Хлеба и зрелищ». Мне необходимо было утолить свои эмоции после того как я утолил свой желудок.

— Ну что, Влад, будем продолжать работать, или развлечёмся немного? — спросил я.

— Развлечения — это хорошо, но у меня завтра практическое занятие, необходимо предъявить хотя бы черновик курсовой, показать, что тружусь. — Мне показалось, что друг и правда жалеет, что не может бросить работу.

— Правильно, с твоим доцентом лучше жить мирно, а то потом на экзаменах туго придётся, — поддержал я Влада.

Он снова сел за стол и продолжил работать, а я вышел прогуляться, а вместе с тем и подумать. Нужно ли мне продолжать изводить и пугать друга своим неадекватным поведением, или забыть и оставить его в покое? Моя совесть говорила, что лучше таки второй вариант. Влад не виноват, что не может контролировать своих чувств, а если его не провоцировать, то со временем сможет успокоиться и забыть меня. Но любопытство снова взяло верх. Что ещё продемонстрирует мне Влад? Насколько сильно он влюбился в меня?

Я вернулся с прогулки бодрый и весёлый. Улыбаясь на все тридцать два, я изъявил желание посмотреть как далеко мой друг продвинулся в решении задания. Для этого наклонился к нему, а рукой обнял за плечи. В моих действиях не было и намёка на заигрывание. Если бы он не был влюблён в меня, то не обратил бы внимания на такие мелочи. Но Влад не мог оставить без ответа мои объятия. Он напрягся так, будто бы не руку положил я ему на плечо, а минимум — пистолет к виску.

— О, тебе уже немного осталось! — тем временем продолжил я свой монолог. — Уже делаешь проверку? И как? Сошлось? Какое отклонение?

— Ещё не подсчитал, — ответил он, боясь даже пошевелиться.

— Ладно, не буду тебе мешать, — смилостивился я над ним и отошел от стола. — Когда закончишь, расскажу кого только что встретил.

— Рассказывай, ты мне не мешаешь, — вздохнул Влад с облегчением, но одновременно я уловил в его голосе разочарование от того, что ему снова показалось, будто бы я проявляю к нему необычный интерес, а на самом деле всё как обычно и ничего особенного в моём поведении нет.

«Ну что ж, не буду тебя разочаровывать и ещё не раз дам тебе надежду на взаимность», — подумал я, а вслух сказал:

— Помнишь Олю, что в прошлом году училась на нашем потоке и жила на седьмом этаже?

— Ту, что потом вышла замуж за Грузина? — переспросил Влад.

— Она самая. Только что встретил её с коляской. Сына родила. А с Грузином больше не живет. И деньги его оказались не нужны, говорит, что такого урода ещё мир не видывал.

— А она думала, что она особая и застрахована от его бандитских замашек? Ей ещё тогда говорили, чтобы семь раз подумала, прежде чем связываться с таким отморозком, как Грузин.

Поговорили ещё немного об Оле, о Грузине. Вспомнили несколько случаев из недавнего прошлого. Влад давно забросил ручку и калькулятор, потому я уточнил, закончил ли он.

— Да, ошибка полтора процента, значит всё правильно. Есть с чем идти завтра на пары.

— Поздравляю. А теперь иди сюда, садись рядом. Я покажу тебе фото Оли и её карапуза.

На какое-то мгновение в глазах Влада я снова прочитал удивление, но он овладел собой и почти спокойным присел на мою кровать.

— О, она совсем не изменилась, — улыбнулся он, увидев фото Оли. — Так же эпатажно одета и так же разукрашена.— Нет, она изменилась, — возразил я. — Стала умнее, и, как ни странно, спокойнее. Наверное, Грузин ей хороший урок преподал. Теперь она знает, что любовь за деньги не купишь.

— А где она, эта любовь, если и за деньги её не купишь и задаром не так легко найти, — вдруг начал философствовать Влад.

— Кто бы говорил! — подшутил я над ним. При этом я повернулся лицом к нему и заглянул просто в глаза. Поскольку мы сидели на кровати рядом, то и оказалось, что наши глаза находятся очень близко друг к другу. — Да у тебя отбоя от девушек нет! Лишь я знаю троих, что неровно дышат рядом с тобой. А сколько я ещё не знаю...

— Да что мне с их неровного дыхания, если человек, который мое дыхание сбивает, даже не догадывается об этом, — окончательно осмелел Влад. Или может, наоборот, думал, что если будет говорить о каком-то абстрактном человеке, которого он любит, скроет от меня свои чувства.

— Влад, что я слышу! Ты влюблён? И кто она? — я перестал в свой голос вставлять шутливые нотки, а изображал искреннее удивление.

— Да какая разница? — горько улыбнулся он и встал с кровати.

Влад умудрился полностью закрыться от меня. Может, почувствовал что-то неладное и взял всю свою волю в кулак, что означало также укрощение всех эмоций, или, может, услышав, что я спрашиваю о девушке, окончательно разочаровался, ведь те намеки, что я вот уже второй день демонстрировал ему, были всего лишь плодом его фантазий и неосуществимых желаний. Но меня не устраивала такая неопределенность. Я хотел, я просто вожделел знать все, что в данную минуту чувствует Влад, потому ухватил его за руку и потянул назад на кровать.

— Стой, Влад! Что случилось? Почему ты такой грустный? — задал я вопрос, который следовал с предыдущего разговора, а сам пытался понять его чувства.

— Неважно, — так же сухо и без эмоций ответил он. — Говорю тебе, что человек, который мне очень дорог, не замечает меня. Я смирился, а теперь остаётся просто забыть.

Я понял, что на самом деле не закрылся Влад от меня, а именно чувствовал пустоту. Он действительно смирился с тем, что никогда не сможет насладиться взаимными чувствами. Но в следующее мгновение мне стало очень больно. После пустоты наступила боль потери. Что-то похожее люди чувствуют, когда умирает кто-то очень близкий. Теперь пришла очередь мне по-настоящему удивиться. Неужели Влад действительно так сильно любит меня?

— Это на тебя совсем не похоже! — воскликнул я. — Скажи ему о своих чувствах, может он ответит взаимностью!

— Кто?

— Ну, человек, который дорог тебе...

— Нет, не ответит... да я и сам не хочу, чтобы он отвечал. Потому, что если и правда произойдёт чудо, то одновременно произойдёт самая большая беда, которая может произойти со мной и с ним.

Я всё понял. Влад трезво оценивал реальные перспективы своей любви и возможных отношений со мной. Он решил, что лучше похоронить свою мечту навсегда, чем создавать себе столько проблем.

— Она замужем? — высказал я предположение, чтобы теперь уже не выдать себя. — Или она несовершеннолетняя? Или наоборот, намного старше тебя?

— Дэн, хватит об этом, — улыбнулся Влад. — Забудь и никогда не вспоминай. Я смирился, а время поможет вылечить.

Он прощался со мной! Что он задумал? Неужели уедет? Я ведь хорошо помнил о его упрямстве. Он вполне мог бросить учёбу, уехать лишь бы исполнить своё решение — отказаться от своей любви.

Ещё два дня назад я наслаждался новыми ощущениями, что предавались мне от Влада, и мысленно подшучивал над его страхами. Ещё пол часа назад я строил планы как буду провоцировать его на признания, как буду давать надежду, а потом делать вид, что не понимаю его влюблённого взгляда, а теперь я реально почувствовал, что терял его.

Нет, тогда о взаимных чувствах с моей стороны не было и речи. Просто он был моим другом, а я был эмпатом. Сопереживание и сочувствие — это моя природа, естественное состояние. А осознание того, что я, хотя и косвенно, навредил другу, заставляло чувствовать боль. Я не мог больше выдерживать её, потому вышел с комнаты. Постоял немного на балконе, подумал.

Оказавшись изолированным от чувств и эмоций Влада, я вдруг понял, что всё-таки зря был так категоричен, утверждая, что ничего не испытываю к нему. Я испытывал, и очень даже сильные чувства. Не скажу, что это была любовь, но кроме дружбы, которая объединяла
На Главную
© Livebig
2026
MobTop - рейтинг мобильных сайтов