Бомжиха. Часть 5

кончу. Мама Света издала протяжный стон и закатила глаза кверху.

— Ааааа. Ааааа. Ооооо. Аааа. Все, милый. Все. Костя. Я больше не могу. — голос у мамы был хриплый, надрывный.

Она впервые в жизни испытала оргазм от секса с сыном и лёжа подо мной, дрожала всем телом. Как и я на ней. Кончая, я чуть не потерял сознание от сладости порева с матерью. И я поймал себя на мысли, что с мамой Светой мне гораздо приятнее, чем с тётей Галей.

Несмотря на то, что пизда у продавщицы Светланы Николаевны была шире, и мой член ходил в ней свободно, временами похлюпывая. Лежать на родной матери сверху, ебать её и смотреть при этом ей в глаза. Было для меня намного приятнее, чем секс с её старшей сестрой. С тётей Галей я не получал такого удовольствия, как с мамой Светой.

Да и от мамы шел такой запах, который сводил меня с ума и кружил голову. Это был запах моего детства. Мама пахла уютом, домом и пирожками с капустой. И лишь водочный перегар, шедший у матери изо рта, немного обламывал удовольствие.

А вот её сестра так вкусно не пахла. От тёти Гали шел какой-то резкий запах зрелой женщины. Он возбуждал и был приятен. Но тётка не пахла запахом моего детства. Им пахла только моя мать, красивая и развратная продавщица. И я, всё ещё лёжа на матери сверху, удерживая ее ноги на своих плечах, смотря любимой женщине в глаза. Отчётливо понял. Что самый лучший кайф от полового сношения я получу только с ней. Со своей мамой Светой. И ни с кем больше. Даже с её старшей сестрой.

— Ну как, Света. Хорошо. Костя ебёт? С тебя бутылка, сестра. Я его обучила. — спросила у моей мамы лежавшая рядом Галина Николаевна, все это время с интересом наблюдавшая, как сын сношает родную мать.

— Да хоть ящик, Галя. Мне и ящика водки не жалко. Он меня продрал, так продрал. Я давно хотела такой хуй, как у Кости попробовать. Но разве его найдешь. Все средние попадались. И ебут как кролики. Только засунут. И тут же кончают. — отвечала старшей сестре мама Света, внимательно рассматривая налитый спермой презерватив, снятый с моего члена на предмет разрыва.

И, убедившись в его целостности, было хотела отнести к печке, но тётя Галя её остановила.

— Дай его сюда, Светка. Кто же такое добро выбрасывает. Я спермой твоего сына морщины под глазами мажу. Очень хорошо помогает. Получше любого крема. — старшая сестра забрала презерватив из рук младшей сестры и отнесла его на телевизор, положив сверху на газету.

— Серьёзно, Галя? Я слышала об этом. Но не верила. В таком случае нужно и мне попробовать. А то морщинки стали появляться. А крем не помогает. — мою мать заинтересовало предложение старшей сестры, и она с явным сожалением смотрела на презерватив, который забрала её сестра.

Ведь по праву он принадлежал ей. Как и вся сперма, что была в моих яйцах. Она родила меня и имела больше прав на обладание моим членом, чем её старшая сестра.

— У меня спермы много и хватит на всех. Мама. Галя. Я люблю вас обеих. И берите из моего члена сперму, сколько хотите. — смеясь, сказал я сестрам, подставляя свой вялый конец под заботливые руки матери.

Она взяла, подняла с дивана свои трусы и вытерла ими мне член от слизи.

— Они чистые, сынок. Только сегодня их надела. Как к вам в деревню ехать. — пояснила мне мать. А я и без нее знал, что она переоделась.

Так как несколько часов назад держал в руках ее грязные трусы, которые она с себя сняла. И нюхал, прижимая их к носу.

— Делать тебе нечего, Светка. Свое нижнее белье для этого использовать. В шкафу тряпок полно. Хотя я виновата. Забыла достать. — сказала моей матери тётя Галя и, шагнув за занавеску к стоявшему там гардеробу, принесла из него несколько чистых полотенцев.

Тётя Галя повесила их на спинку стула и, двинувшись ко мне, заключила меня в свои объятия и повела к дивану.

— Дай отдохнуть парню, Галка. Зачем его насиловать. — недовольным голосом произнесла моя мать, разгадав намерения своей старшей сестры.

Мама Света подошла к столу, взяла из пачки сигарету и, прикурив, села на стул, заложив ногу за ногу, жадно затягиваясь, отходя от полученного оргазма.

— Никто твоего сына не насилует, Света. У него член работал, а язык нет. Я же его не заставляю кирпичи таскать. Всего лишь сделать мне приятно языком. — ответила моей матери тётя Галя, ложась на диване на спину и увлекая меня к себе.

Прежде чем лечь между ног у тёти, я посмотрел на сидевшую на стуле мать и не увидел в её глазах былого презрения ко мне. Наоборот, в голубых глазах моей мамы сквозила откровенная похоть. Ей было по кайфу наблюдать, как сын лежит между ног у ее старшей сестры и сосет у нее влагалище.

— Да мне то что. Если ему нравится. Пусть себе лижет. Только я на очереди, сестрёнка. — засмеялась мама Света, пересаживаясь со стула на диван.

Мать сидела сбоку, курила и, положив руку мне на голову, гладила мои волосы, смотря, как я вылизываю пизду у своей тётки, и одновременно давила рукой мою голову к промежности сестры, заставляя лучше у нее лизать.

— Света. Помоги, сестра. Раздвинь пальцами мне губки. Твоему сыну будет удобнее. — попросила мою мать Галина Николаевна, лёжа на спине и постанывая от удовольствия.

Ведь я, удобно устроившись между её ног, старательно сосал у нее пизду, принося женщине наслаждение.

— Сейчас, Галя. Только сигарету погашу. — ответила согласием мама Света и, затушив окурок в пепельнице на столе, вернулась к дивану.

Мать села с краю, положив руку на лобок к сестре, и пальцами раздвинула у нее половые губы, которые мне мешали и их приходилось раздвигать языком. А после помощи мамаши пизда у тёти Гали была открыта, и я видел перед собой дырочку влагалища и горошину клитора вверху.

— Ну что, сынок. Давай, делай своей тёте приятно. Ты же любишь сосать у женщин письки. — смеясь, сказала мне мать, смотря на меня ставшими бесцветными от похоти глазами.

Её дико завел то факт, что она помогает сыну делать развратные вещи со своей старшей сестрой. А я, подняв голову, посмотрел маме в глаза и, расцеловав её пальцы, лежащие у тёти Гали в промежности, засунул язык прямиком в дырку влагалища и стал им в нём шерудить. А тётка взвизгнула.

— Ой, Светка. У твоего сына язык как у змеи. Я сейчас умру. — проговорила тётя Галя и пустила мне в рот приличную порцию любовного сока, которым я едва не захлебнулся и с трудом его проглотил, до того он обильно потек из тёткиной дырки.

Дальше я действовал как заведённый. Мне самому стало дико приятно лизать пизду у старшей сестры своей матери, тем более в её присутствии. Да ещё мамаша силком заставляла меня сосать влагалище у тёти Гали, пальцами одной руки раздвигая у нее половые губы, а другой рукой, больно схватив за волосы, давила вниз, прижимая мое лицо к промежности сестры.

Хуй у меня стоял колом. Ещё бы ему не встать, когда родная мать заставляла меня лизать влагалище у тёти и сама лично руководит процессом. И вот, доведённая моим языком и губами тётя Галя кончила. Сильно застонав, а по телу женщины прошли судороги.

Я подождал, лёжа на животе, несколько секунд, когда она закончит кончать, и рывком запрокинул ноги тёти к себе на плечи. Вогнал ей член в пизду до упора и стал ебать. Смотря на сидящую рядом мать.

— Галь. А ты залететь от него не боишься? Без презерватива ему дала. — с удивлением спросила у сестры мама Света, во все глаза смотря, как я ей засаживаю.

— Нет, не боюсь, Света. Твой сын умный парень и мне в неё не кончает. Я его обучила от и до. И он знает, как доставить женщине удовольствие, не навредив ей. А вообще я гандоны не люблю. С ним кайф не тот. Лучше, когда он голенький во мне. Как сейчас. Аааа. Ааааа. Так. Так, сынок. — ответила сестре тётя Галя и отключилась от разговора с ней, полностью погрузившись в процесс ебли с молодым племянником.

Я старательно порол тётку на диване с задранными кверху ногами, а моя мать сидела рядом и смотрела. Чем придавала мне, да и тёте Гале дополнительные приятные ощущения от секса. И когда я почувствовал, что вот — вот кончу. Привычным движением вытащил член из влагалища тёти и сунул его ей в очко. Разрядившись в задний проход маминой сестры порциями молодой спермы.

— Я тоже так хочу. Сделаешь подобное со мной, сынок? — спросила у меня мать, своими глазами увидев весь процесс ебли без презерватива.

— Сделает. Куда он от нас теперь денется, сестрёнка. У меня из смазка есть для этого. Ну, если ты захочешь сыну полностью в попу дать. Я ему давала. И мне понравилось. Кость. Пошли на кухню, я тебе головку обмою. — ответила моей матери тётя Галя и, взяв меня за руку, повела на кухню мыть мне залупу, на конце которой виднелась желто-белая смазка.

— Галя. Стой. Глазам своим не верю. У тебя на пояснице точно такое же родимое пятно, как и у меня! — воскликнула мама Света, стоя позади нас и увидев свою сестру со спины.

— Смотри, Костя. У нас с ней одинаковые родимые пятна. — сказала мне мать, вставая рядом с тётей Галей, и я увидел их голые жопы и спины внизу. На поясницах у обеих сестер были одинаковые родимые пятна.

— Я давно у нее это пятно заметил, мам. Но думал, просто совпадение. А выходит, что это лишний раз доказывает о том, что вы родные сестры. И экспертиз никаких не надо. — сказал матери, стоя позади неё и тётки, любуясь их жопами.

У моей мамы попа была побольше, чем у сестры. Но не намного.

— Какая экспертиза? Ты что, сынок? Я как только вошла к вам в дом и увидела ее, сидящую с тобой на диване. Сразу поняла, что она моя родная сестра. У нас все общее. И даже родинки. — Мама Света обняла Галину Николаевну, и они вдвоём пошли на кухню, где обмыли мне член теплой водой из чайника.

Мать поливала, а тётка мыла. И это у сестёр хорошо получалось. Ведь они ухаживали за членом общего ёбаря. И он должен содержаться в чистоте.

Прислано: Костя